Пекинская опера лучше пекинской утки

10 июня 2003 в 00:00, просмотров: 332

Что может женщина Китая? Практически все, и даже больше, — утверждает древняя опера “Му Квей-Инг”, с грандиозным успехом показанная на Чеховском фестивале. Во всяком случае ее героиня одна разбила 108 отрядов воинов, спасла от смерти возлюбленного да и женила его на себе. В роли невероятной сказочной героини выступила самая знаменитая актриса Тайваня Вей Хай-Минг. Прима пекинской оперы — в интервью Марине РАЙКИНОЙ.


— Госпожа Вей, каждый ли артист может выступать в пекинской опере?

— Нет, не каждый. Мы учимся 10 лет, и это только начало. В Китае считается, что за 3 года можно подготовить хорошего чиновника, но за 10 лет нельзя подготовить хорошего актера. Конечно, главное — это голос. Но не меньшее значение имеет владение боевыми искусствами, собственным телом, специальной мимикой.

— Что сложнее для вас в представленной опере — взять очень высокую ноту или владеть оружием?

— Практически все. Хотя в этом спектакле больше, чем в других, приходится сражаться, применять боевые приемы. Эти приемы основываются на специальных дыхательных упражнениях, которыми мы занимаемся с 9 лет, а также используются боевые искусства шаолиньских монахов.

— Существуют ли какие-то ограничения для актрис пекинской оперы, например в весе?

— Артисты не должны быть очень высокие или слишком маленькие. Очень худые или толстые. К тому же они должны быть умными. Конечно, если я играю юную девушку, я никак не могу быть толстой. Мне никто не поверит.

— А вот у нас верят, если на сцене Большого театра крупноформатная певица поет юную Аиду.

— У нас это невозможно. Я стараюсь держать форму. Не могу сказать, что придерживаюсь железной диеты. После спектакля хочется много есть. Мой вес — 57 кг. На протяжении нескольких лет он практически не изменялся.

— Вопрос о мимике: вращение глазами, которым так знаменита пекинская опера, — как это достигается?

— Существует несколько упражнений. Например, надо набирать скорость при вращении глазами или быстро-быстро смотреть направо и налево.

Госпожа Вей тут же демонстрирует свое искусство. Ее карие глаза с невероятной скоростью бегают справа налево, как будто следят за пластиковым теннисным шариком в игре мастеров спорта.

— А в жизни такая стрельба глазками помогает?

— Иногда мне говорят: “Ну ты же не на сцене! Остановись”. Но что я могу сделать, если эта сила взгляда тренируется много лет?

Как вам объяснить, чтобы вы поняли? Смотрите: вот идет взгляд, моя рука, снова взгляд. Таким образом мы добиваемся эффекта крупного плана, как в кино. Это очень важно в пекинской опере.

— Тяжело ли носить громоздкий многослойный костюм на сцене?

— Ох, как это тяжело. И дело даже не в его весе, а в том, что он очень сдавливает вот тут, в области груди, и голову. Иногда просто невыносимо.

— Вот, кстати, о вашей фантастической шапке на сцене. Фазаньи перья... Вы их вращаете, перекручиваете. Это несет какой-то смысл?

— Безусловно, это не просто так. Следите за мной. Вот мой взгляд, тут же левая рука пошла в сторону, точнее два пальца (указательный и большой), и в это время я пером — оно у меня в левой руке — как бы ставлю точку. Действие закончено.

— Ваша героиня, женщина-генерал Му, весьма решительная дама в знаменах и перьях, защищает одного мужчину, убивает других. А вам нравится быть сильной?

— Потрогайте мою руку. Чувствуете: вот здесь, у плеча, и вот здесь, у локтя, твердые мышцы. Мышцы должны быть очень накачаны, иначе оружие не поднимешь. Это — годы тренировок. Но вообще мне нравится быть сильной женщиной.

Многие со стороны считают меня сильной. И я считаю, что женщина должна занимать равное положение с мужчиной, уметь за себя постоять. А то, что сегодня мужчины слабее, в этом ничего такого нет.

— Ваше участие в традиционной опере мешает работать в классической европейской или современной пьесе?

— Знаете, пекинская опера настолько огромна, у нее колоссальная палитра, что это только помогает в работе над классическими ролями. В нашем театре идут пьесы Шекспира. Я играю леди Макбет, и когда мы выступали в Лондоне, то в газетах написали: “Это самая мягкая леди Макбет, которую нам приходилось видеть”. А я была вовсе не мягкая, просто краски из пекинской оперы сделали этот образ необычным.

— Огромный костюм, сложный грим... Сколько времени нужно вам, чтобы подготовиться к спектаклю?

— На подготовку уходит два часа.

— Я знаю, что, находясь неделю в Москве, труппа вашего театра ела только в тайваньском ресторане. Вам не понравилась русская кухня?

— Нет, дело не в этом. Просто мы боялись, что с переходом на другую еду могут возникнуть какие-то неожиданности. А они, в свою очередь, могут даже сорвать спектакль. Правда, после последнего спектакля нам организаторы фестиваля устроили грандиозный прием с шикарным русским столом. Это очень вкусно, особенно селедка, но очень непривычно. И очень много.

А вообще Москва мне очень понравилась — у вашего города большой потенциал.

— Последний вопрос. Пекинская опера лучше пекинской утки?

— Я не люблю пекинскую утку.

За кулисами

Яркость костюмов, акробатические трюки, боевые искусства буквально положили на лопатки искушенную московскую публику. Ошеломленная, она не в состоянии была разобраться в тонкостях древнего китайского искусства. А между тем именно тонкости и нюансы составляют суть этой огромной древней машины, насчитывающей два тысячелетия. Поэтому только за кулисами удалось выяснить, из чего же состоит пекинская опера.


ПОЛОВОЙ ВОПРОС В ПЕКИНСКОЙ ОПЕРЕ. Традиционно в ней все партии всегда пели только мужчины. Но уже в 20—30-е годы двадцатого столетия на сцену допустили женщин. Любопытно, что многие у нас продолжают считать, что женские партии поют все-таки контратеноры. На самом деле в пекинской опере нет классического разделения голосов на теноры, контратеноры, а женских — на драматическое и колоратурное сопрано. Есть хорошие голоса и не очень хорошие голоса. Если артист может брать любые ноты, он может играть главные роли.


КОСТЮМЫ. В опере, привезенной в Москву, их более 100. Изготавливаются только из шелка и атласа. Цвета — красный, лиловый, изумрудный, бирюзовый, синий. Такое ощущение, что на костюмах нет живого места: они вдоль и поперек расшиты разноцветными нитями. На каждом платье примерно по 40 полосок, и все они отдельно вышиты. В прежние времена для этого использовалось еще и золотое напыление, но таких мастеров сейчас нет. Костюмы расшивают на материковом Китае. И только вручную. Одежда главных героев достаточно тяжелые — не менее 6 кг каждый.


ГОЛОВНЫЕ УБОРЫ. Такие же громоздкие, как костюмы, и вызывает удивление, как актеры в них могут активно двигаться. Так, головной убор главной героини состоит из плетения, искусственных камней, меховой отделки. Камни на головном уборе — фианит. Самое шикарное украшение на нем — два полутораметровых фазаньих пера. Перья придают величественность. Эти перья скорее смысловая, чем эффектная деталь.






Партнеры