Сергей Ястржембский: “Женщинам с Репиным не повезло”

4 июля 2003 в 00:00, просмотров: 235

Что нужно политику? Войти в историю. Лучше — лицом. Что нужно художнику? Тоже войти в историю. Лучше — эпохальным полотном. Оба желания сошлись в данное время в городе Москве. Впервые после художника Налбандяна живописцы Фарид Богдалов и Сергей Калинин решили сделать коллективный политический портрет современной России. В качестве образца взято эпохальное полотно Ильи Репина “Заседание Государственного совета” (1904 год).


Новое полотно — почти абсолютное повторение старого. Те же размеры — 4 на 9 метров. 89 персонажей. Даже антураж и мундиры повторяются. Новые только лица — весь цвет современной политической сцены. До сих пор происходило изучение различных рейтингов и голосование народа в Интернете — кто из политиков достоин попасть “в историю”. Пока таковых набралось 28 человек. И лишь один из них проходил без голосований — президент.

В одном из залов Геологического музея на Моховой уже установлен огромный подрамник с натянутым на него холстом. Видны кое-какие прорисовки. У другой стены — холст поменьше с контурами фигур. Твердо пронумерована лишь одна, понятно, чья. Начинается самое важное — фотосессии. А это значит, каждого политика нужно отснять в разных ракурсах, при разном освещении. Художники не скрывают, что будут писать картину по фотографиям — устраивать для каждого из 89 весьма занятых деятелей живописные сеансы нереально. Тем более окончание эпохального полотна намечено на ноябрь, к 200-летию Государственного совета России и заодно к 100-летию картины Репина.

Самым “смелым” из политиков оказался председатель Государственной думы Геннадий Селезнев. Без лишних разговоров и подробностей он приехал на фотосъемку. Благо от Думы до музея метров 500, не больше. Следующим стал помощник президента Сергей Ястржембский, фотосеанс с которым проходил буквально на днях. На фотосессии присутствовал и ваш корреспондент, который почерпнул много любопытного из политического закулисья.

Точность — вежливость королей. Добавим: и их помощников. Ровно в 12.00, как и было договорено еще неделю назад, дверь открылась, и вошел помощник президента. Позади маячила единственная фигура то ли водителя, то ли охранника, которая тут же скрылась за дверью. Как всегда, элегантный, с иголочки, Ястржембский сразу расслабился и, засунув руки в дорогие брюки, с интересом разглядывал картинную схему с именами избранных.

— Так, ошибка в моей фамилии.

— Это компьютерщики напортачили, исправим.

— Сложно вам будет, ребята. Некоторые точно не приедут — у них и минуты нет для неработы. Шойгу — вряд ли, Сергей Иванов — тоже сомневаюсь. Грызлов... Вы когда картину должны закончить?

— К ноябрю...

— Приедет. Под выборы. Для него это сейчас важно.

Помощник президента — именно тот человек, который знает все нюансы политического протокола. Чем и воспользовались художники:

— Для нас большая проблема — где кто должен сидеть на торжественном заседании.

— В таком случае рядом с Путиным всегда сидит Волошин. Возьмем первый ряд. Рядом с императором, то есть с президентом, кто должен быть? Премьер-министр Касьянов, затем — Миронов. И Селезнев. Вот ваши пять центральных фигур российской политики. Слева, там, где у Репина изображен Столыпин, можно посадить министров и лидеров политических партий. За ними — аппарат, люди президента. Справа — Совет Федерации и Госдума. Черномырдин, конечно, харизматическая фигура, но сейчас — посол. А в этом статусе он может и стоять.

В интерьер репинского полотна, как известно, включены два портрета — Александра III и Николая II.

— А вот Горбачев и Ельцин — они ведь могут присутствовать на торжественном заседании? Может, их поместить на портреты?

— А что — в этом логика есть Но тогда Горбачева правильно было бы повесить слева, а Ельцина — прямо над Путиным. Как преемником.

Воспользовавшись паузой, мы тоже решили задать свой вопрос Ястржембскому. В первую очередь, как ему такая идея.

— Очень симпатичная. Вполне вписывается в нашу нынешнюю политическую палитру. Видите, у Репина — до 1905 года еще есть время, а пока — период стабильности. И у нас сейчас стабильность.

— Вы представляете себя в парадном мундире?

— Мне кажется, в этом нет ничего страшного. В МИДе, например, опять форма введена. А разве прокурор Устинов плохо смотрится в мундире? Или тот же Иванов? У Черномырдина есть мундир — кажется, черный китель с золотыми позументами. Так что традиция возвращается.

Съемка продолжалась минут пять. Фотограф быстро нащелкал помощника во всех ракурсах, пока тот, вертя головой, балагурил по поводу того, что николаевские чиновники проигрывают путинским по части растительности на голове (“у Репина все лысые и седые”), но выигрывают растительностью на лице. Как оказалось, Ястржембский вполне в курсе художественных событий и старается не пропускать ни одной крупной выставки или ярмарки современного искусства. А вот художественные предпочтения президента ему неведомы: “Надо у шефа спросить...”

Уже в дверях Сергей Ястржембский еще раз обернулся к эскизу нового полотна и вздохнул: “Вот женщинам не повезло. У Репина — ни одного женского лица...”

К слову сказать, о женщинах мы как-то и не подумали. Вот помощник президента — острый глаз, схватывает самую суть. Хотя представить Хакамаду или Матвиенко в мундирах с позументами — это был бы уже авангард какой-то. А здесь важна чистота жанра.




Партнеры