Реквием

11 июля 2003 в 00:00, просмотров: 1356

Крылья смерти коснулись каждого, кто был на роковом фестивале. В тот день тысячи родителей одновременно позвонили своим детям. Некоторые не дозвонятся уже никогда.

Каким было для этих молодых людей утро 5 июля? О чем они думали, что говорили, что делали? Да обыденным — заряжали перед концертом мобильники, бросали на ходу “Ма-а-м, пока!”, договаривались о встрече, ругали опоздавших, планировали свое завтра — обычная городская суета обычных людей, ничем не примечательных, молодых, беспечных. Если бы не одно слово — все это было последним в их жизни — и поездка на подземке, и звонок по мобильному, и это “мам, пока!”, и концерт, и само утро...

Когда думаешь об этом — становится жутко. Но думать надо. Трудно поставить себя на их место. Прячешься за спасительное: “Слава Богу, не меня, не моих”.


Всего четырнадцать. Говорят, могло быть гораздо больше. Но им, погибшим, их родителям и близким, больше быть не может. Больше не бывает. Эти четырнадцать погибли. Их больше нет.

У каждой смерти — совершенно конкретное лицо.

Вглядитесь в эти лица.

Наш реквием — для тех, кто остался жить. Чтобы не застывала душа, чтобы не черствело сердце, чтобы не привыкал разум. Чтобы каждый помнил — на их месте мог оказаться я. Могу оказаться я...


Три жертвы теракта оказались не москвичками, а жительницами маленьких городов. В провинции, где все друг друга знают, смерть девушек воспринимают как личную трагедию.


Наталья ПОТАПОВА, 21 год

Наташа перешла на пятый курс химико-технологического университета. В сентябре прошлого года вышла замуж, и этим летом они с мужем Романом решили поехать на заработки в Москву: Потаповы мечтали о своей квартире. В родном Донском Тульской области Наташа подрабатывала на обувной фабрике, где всю жизнь трудились ее родители, а в Москве пристроилась продавцом.

На фестиваль в Тушине Наташа с Романом идти не собирались. Билет на рок-концерт Роман... выиграл в рекламной лотерее и подарил жене. Чтобы купить второй билет, пришлось толкаться в очереди. Наташа оказалась совсем рядом с черноволосой девушкой, которая была одета в теплую не по погоде куртку. Шансов выжить у Натальи не было, из ее тела извлекли 40 осколков. Мужа сильно ранило, и после похорон жены он снова вернется в больницу.


Екатерина МУРЗОВА, 22 года

Юлия БЕЛОВА, 23 года

В городке Кирове Калужской области до конца не верили, что в Тушине погибли две их землячки — казалось, вероятность слишком мала...

Катя и Юля дружили с детства и в Москве продолжали встречаться. Обычно в пятницу вечером Юля (она жила у тети в Подмосковье) оставалась у Кати в общежитии и в выходные девчонки гуляли по Москве. Кате больше нравилась эстрада, а Юля любила рок-музыку и уговорила подружку пойти с ней на фестиваль в Тушино.

Как только по телевидению передали о взрыве, родители Кати Мурзовой стали набирать номер мобильника дочери, Катя предупредила их, что пойдет на концерт. “Абонент недоступен”, — отвечал механический голос.

Побежали к соседке, Юлиной маме, та была уверена, что ее дочка уехала отдыхать в Новороссийск к родственникам. А Юля тайком от мамы осталась в Москве, чтобы увидеть любимых рок-музыкантов...

У подружек было много общего, обе без троек закончили школу. Юля чуточку не дотянула до золотой медали. Поступили в вузы. Катя — в Московский современный гуманитарный институт на юрфак, а Юля — в Брянский технологический на строительный факультет. Закончили учебу и решили покорить столицу. Катя получала второе высшее в Федеральном пограничном университете и подрабатывала менеджером в небольшой фирме, Юля устроилась по специальности в проектный институт. Родители ими гордились: молодые, умные, перспективные.

Катя — единственная дочка у родителей. Мама и папа готовы были сделать все для благополучия своей девочки, планировали открыть для нее фирму в Москве, чтобы Катя могла работать по специальности.

Юлина мама одна тянула двух дочерей, муж умер три года назад. Младшая в этом году закончила школу и собиралась поехать к сестре в Москву, поступать в университет. Теперь уже не поедет...


Анна ГЛУХОВА, 23 года

Несмотря на возраст, девушка уже была состоявшимся человеком. Некоторое время она работала продавщицей в продовольственном магазине. Со временем ее повысили до заведующей. В последнее время Аня работала в обменном пункте в должности кассира.

— Аня очень общительная, компанейская девочка. Подобные концерты никогда не пропускала, — вспоминает знакомая погибшей Лена. — Она собиралась идти со своей компанией, но никто не смог. Тогда я пригласила ее с собой. Благодаря ей я осталась жива. Она прикрыла меня собой...

Аня только успела занять очередь в билетные кассы, как раздался взрыв.

— Я стояла впереди, Аня — за мной. Взрыв прогремел за спиной у нее, — продолжает Лена. — Видимо, шахидка стояла как раз рядом с ней. Ее отвезли в 67-ю больницу. У нее наступила клиническая смерть. Врачи пытались вывести ее из состояния комы, но сердце не выдержало. Она умерла через пять минут.

Через две недели Аня вместе с подругами собиралась в Геленджик. Уже забронировали билеты.

— За два дня до субботних событий семья Глуховых въехала в новую квартиру. Еще не успели распаковать вещи. Аня все обдумывала, как же обставить свою комнату. Собирались отметить новоселье.

Похоронили девушку на Хованском кладбище, в одной могиле с отцом, который скончался от тяжелой болезни семнадцать лет назад. На похоронах Ани ее бабушка плакала: “Думала прийти на свадьбу к внучке, а пришлось идти на похороны...”


Елена КОСЕНКО, 21 год

Лену Косенко хоронили в закрытом гробу. Она умерла через несколько часов после взрыва, так и не приходя в сознание. Смерть наступила от разрыва внутренних органов. Прощались с девушкой на пятый день после гибели.

В этом году Лена закончила Московский государственный университет печати с красным дипломом. В августе собиралась начать поиски работы. А весь июль — посвятить отдыху.

— Лена всегда стремилась все делать на “пять” — будь то учеба, подготовка к какому-то празднику или свидание с молодым человеком, — говорит ее одноклассница. — Правда, с последним у нее возникали проблемы. Достойного она никак не могла найти. Все любила повторять: “Зачем разбрасываться чувствами — вот увидите, я еще найду своего принца, вы все обзавидуетесь”.

И нашла. Месяц назад Лена познакомилась с молодым человеком Игорем, который был на несколько лет старше ее. Он тоже должен был прийти на рок-фестиваль в Тушине. Однако его срочно вызвали на работу. Он позвонил любимой девушке и сообщил, что обязательно подойдет к 17.00. Игорь ничего не слышал о взрыве. Перед выездом в Тушино купил около метро желтую розу...

— Мои коллеги меня еще отговаривали: не покупай цветы такого цвета, примета плохая — к разлуке... А я, дурак, не поверил! — с горечью говорит Игорь.

“Смерть забирает лучших” — эта фраза звучала на похоронах Елены не один раз, и здесь она была более чем уместна.

— Таких детей не бывает, мне завидовали все знакомые, — говорит мама покойной, Татьяна Анатольевна. — Она ведь и по хозяйству все делала, и за младшей сестрой Викой следила, от нее никогда слова грубого не услышишь, могла уладить любой конфликт, разрешить самую трудную ситуацию. А еще она была гораздо взрослее нас всех, несмотря на свой юный возраст...


Людмила ВОРОНИНА, 22 года

“Люда... Людочка... Людмила... девочка” — написано на двери подъезда, откуда Людмила Воронина 5 июля вышла в последний раз. Когда сообщили о трагедии, родители взмолились: “Господи, только не забирай нашу дочь...”

Стрелки часов перевалили за полночь, но домой, в подмосковное Лыткарино, Люда так и не вернулась...

— Мы без нее осиротели, — родная тетка не может сдержать слез. — Помощница, умница...

Семья многодетная — две сестры и брат. Старшая, Люда, из кожи вон лезла, помогала домашним. Каждое утро вставала в пять утра, готовила завтрак, а потом отправлялась в Москву, где подрабатывала швеей.

— Она никогда не любила шумные тусовки, — вспоминают родственники. — Зачем она туда пошла?..

В тот день к Людмиле забежала подруга из соседнего дома.

— Рванем в Москву?.. Там Земфира будет!

Делать было нечего, погода стояла отличная, и Люда согласилась...

В то, что дочь погибла, родители не верили до последнего момента. Сутки они мотались по больницам. Надеялись увидеть ее живой — пусть раненой, пусть калекой, но живой. В одной из больниц сообщили: в морге девушка лет 25.

— Не ваша это, — буркнул полупьяный работник морга и указал родственникам на дверь. — У вашей белые брюки были, у этой — черные.

И снова поиски по больницам...

Позже окажется, что “девушка лет 25” и есть Люда, а тот работник по пьяни не разобрался и принял обгоревшую кожу за цвет брюк.

Хоронили Людмилу в закрытом белоснежном гробу. Людей было немного — пришли только родственники и близкие друзья. Ни местная администрация, ни управление соцзащиты почему-то не посчитали нужным сказать родственникам Люды простых человеческих слов сочувствия.


Галина и Геннадий ОСИПОВЫ, 38 и 39 лет

О том, что у него больше нет родителей, Антон Осипов узнал только в среду днем. Об этому ему сказала бабушка, прилетевшая из Казани. 15-летний подросток до сих пор лежит в травматологическом отделении 33-й больницы. Врачи не могли подобрать слов, чтобы объяснить мальчику, который двое суток провел в реанимации, что мама и папа больше никогда не придут. Галина и Геннадий Осиповы погибли сразу же. Их сыну Антону, которого они прикрыли собой, удалось выбраться с того света.

Семья Осиповых перебралась в столицу несколько лет назад. Сначала приехал Геннадий. Работал юристом в аудиторской фирме. Его жена Галя очень часто бывала в Казани, где ее ждали старенькие родители. Сына Антона забрали из Татарстана прошлым летом. В 9-й класс он пошел уже в Москве.

— Гена был очень заботливым семьянином, — говорит друг и коллега Осипова Александр Шулунов. — Отличительная черта его характера — умение владеть собой.

Улыбчивый и общительный, исполнительный и пунктуальный — вспоминают коллеги. И еще: “Это счастье для любой женщины, когда рядом такой муж, как Гена”.

Они были идеальной парой. Бытовые заботы никогда не ссорили их. Даже когда бывали трудности с деньгами, Галя не попрекала мужа.

В обеденный перерыв Геннадий часто рассказывал коллегам о том, что хотел устроить сына в художественную школу, что Антон увлекается карате, а в пятницу поделился радостью:

— Завтра мои приезжают! Три недели не виделись — так соскучился!

...В квартире на Тимирязевской до сих пор лежат нераспакованные сумки Гали и Антона. Они умчались на “Крылья” сразу же по приезде.

Московские друзья и коллеги простились с Осиповыми возле морга. Два запаянных цинковых гроба вчера отправили в Казань.

Антон Осипов проведет в больнице еще неделю.


Светлана РЫБКИНА, 17 лет

В тот роковой день они собирались пойти на концерт вчетвером: Аня Попкова, Света Рыбкина и еще две подружки — Аня и Оксана. Последняя девушка чудом останется в живых — на похороны подруг она придет прямо из больницы, с перепачканными зеленкой ногами.

— Они давно собирались на этот концерт, так что пропустить его никак не могли. Даже своего молодого человека Артема Света не взяла — сказала, что они решили пойти девичьей компанией, — рассказывает подруга Светланы Рыбкиной. — С Артемом они встречаются совсем недавно, он тоже из нашего района, ему, как и Светлане, 17 лет. Думаю, для обоих это было не просто мимолетное увлечение — они очень друг другу нравились...

О смерти своей девушки Артем узнал по телефону — позвонила подруга Светы: “Артем, ты слышал про взрыв в Тушине?! Там Светка погибла!” Артем несколько раз переспрашивал — не мог поверить, что именно о его Светлане идет речь...

— Света была очень живой, открытой девочкой. Ее все любили, и друзей у нее было очень много. Светлана училась в престижном колледже “Мосэнерго” на платном отделении, хотела стать экономистом. В свободное время участвовала в театральном кружке при колледже. Кружок часто устраивал концерты, а Света принимала в них самое активное участие.

— Она нравилась парням из-за веселого характера, да и внешне Светка была симпатичной девушкой. В колледже у нее было немало поклонников.

С Аней Попковой Света познакомилась несколько лет назад благодаря старшему брату Светы Алексею, и с тех пор они не расставались, стали как две сестры. Они даже жили вместе. Несколько дней Аня поживет у Светы, несколько — Света у Попковых. И родителей своей подруги Аня называла “мама Таня и папа Вова”.

Маленькая худенькая Света и высокая статная Аня внешне были совсем не похожи, но вот внутренне — абсолютные копии друг друга. Обе оптимистки, хохотушки; обе в своих компаниях были центром внимания и любимицами.

— Как ни странно, я не смогла найти ни одной общей фотографии дома, — говорит выжившая Оксана, — а мы ведь так дружили...

Четыре подруги договорились встретиться перед концертом в метро, но одна из них — Аня Степанова — в назначенное время так и не появилась. Ждали ее минут тридцать. Эти полчаса и стали роковыми. Если бы девчонки пришли вовремя — они успели бы пройти очередь до того, как прогремели взрывы у касс.


Анна ПОПКОВА, 21 год

Анюта, как ласково называли девушку близкие, была человеком добрым и отзывчивым. К ней всегда обращались в трудную минуту за советом и поддержкой многочисленные друзья.

— Она была такая красивая, высокая, статная, — вытирает слезы Анина тетя. — Однажды мы с ней ехали в метро, так она, глядя на какого-то парня сверху, шепнула мне: “Мелкий такой!” — “Да для тебя все мелкие, это ты у нас девка видная!” Я как только услышала про взрыв в Тушине — у меня сразу сердце защемило: знала, что Анюта там.

Аня училась на эколога, была единственным ребенком в семье, но, как ни странно, эгоизм ей вовсе не был присущ. Воспитывал девушку отчим, который любил ее как родную дочь. Будучи девушкой значительных размеров, по поводу своей комплекции Аня не комплексовала — только улыбалась: “Хорошего человека должно быть много”. Так уж вышло, что высокий рост Анюты спас жизнь другой девушке, но не помог ей самой. Собою Аня загородила четвертую подругу — Оксану.

— Я не ездила на опознание — мне сказали, что там не на что смотреть, — говорит Анина мама. — Говорят, вся спина у Анюты была в ранах, и одежда порвана в клочья. Они ведь целый день пролежали на улице под солнцем... Когда их тела привезли в морг, то сразу почему-то не заморозили. Сотрудники морга сказали нам, что эта услуга платная, и пока указаний заморозить тела погибших сверху не поступало. Когда же указания наконец поступили, гримировать уже было нечего... Хоронить пришлось в закрытых гробах. Аня была вся упакована в полиэтилен, а платье, в котором мы ее собирались хоронить, пришлось просто положить сверху. Мне до сих пор не верится, что это моя дочь, — я ведь так и не видела ее мертвой!


Анна СТЕПАНОВА, 20 лет

Аня из города Куровская (ее фото, к сожалению, достать не удалось) училась в том же колледже, что и ее подруги Попкова и Истомина. Там они и познакомились. Именно Аня задержала подружек, которые торопились на концерт. В тот день пунктуальная Анюта почему-то очень долго собиралась. То никак не могла найти любимую юбку, то куда-то пропала расческа, то забыла ключи от дома. Про ключи Аня вспомнила, когда была уже на улице. Пришлось вернуться. Мама ей крикнула вслед: “Посмотрись в зеркало, возвращаться — плохая примета!” Но Аня только крикнула: “Да ладно, ерунда!” Когда по телевизору сообщили о взрыве, мама Анюты тут же кинулась звонить дочери, но безрезультатно. “Может, она еще в метро?” — успокаивала себя женщина, хотя знала, что по времени та давно уже должна быть в Тушине.

— Пока мы ждали Аню, ругали ее: “Это же надо, так опаздывает, там концерт вовсю идет, а мы тут в душном метро стоим, — вспоминает Оксана. — Нервничать уже начали, думали, может, она вообще не придет, раньше ведь никогда не опаздывала. Мы даже подумали, вдруг с маршруткой что-нибудь случилось, в последнее время ведь в Москве много аварий было с этими машинами, а Аня жила в Подмосковье, добиралась до города на маршрутном такси. Когда она все-таки появилась, мы с облегчением вздохнули, хотя всю дорогу укоряли ее. Она долго извинялась перед нами...

Она была очень обязательной, поэтому в колледже педагоги ее любили. У Анюты тоже было много друзей, она любила шумные компании и рок-музыку. Особенно группу “БИ 2”. Она очень хотела попасть на их выступление.

Взрыв застал припозднившихся подруг у касс. Из четверых девушек выжила только одна. Аню хоронили первой. На ее похороны выжившая подруга Оксана Истомина прийти не смогла, она еще находилась в больнице.


Андрей ПОЛОЗОВ, 31 год

Андрея хоронили в минувший четверг на 18-м участке Ваганьковского кладбища, рядом с его бабушкой. Администрация погоста выделила дополнительное место для захоронения. Проститься с погибшим пришли порядка пятисот человек. Он скончался в 36-й больнице через три часа после взрыва. Все внутренние органы были разорваны, тело обгорело на 30 процентов...

За всю свою жизнь Андрей не пропустил ни одного шумного массового мероприятия. Он и в этот раз собрал компанию из десяти человек. Семеро из них опоздали...

— Андрей завел всех с этим концертом. Он так спешил в Тушино, подгонял народ, но я не успела накраситься, и мы с мужем подъехали спустя полчаса, — вспоминает сестра Полозова Ольга. — Мы третий год посещаем “Крылья”. Но никогда не стоим в толпе. Обычно мы приносим с собой покрывало, бутерброды, пиво. Садимся где-нибудь в стороночке и подпеваем музыкантам. Так должно было быть и на этот раз.

Андрей работал менеджером по рекламе в одной крупной фармацевтической компании и заканчивал 3-й курс Московского государственного областного университета. В субботнее утро он сдавал последний экзамен. Но голова была забита предстоящим весельем. Поэтому экзамен он провалил.

— Андрей мне был больше, чем брат. Мы 16 лет прожили вместе в 8-метровой комнате и ни разу не поссорились. На похороны собралось много народа, и это не случайно. Его любили все. Андрюша был душой любой компании, организатором всех мероприятий. Поэтому у него и друзей столько. Ради друга он был готов на многое. Сколько раз последние деньги отдавал, чтобы выручить приятеля; если кому-то негде было жить, он всегда мог приютить, накормить. А главным человеком в его жизни всегда была мама. Если он где-то задерживался, всегда звонил, сообщал, когда вернется. Не хотел, чтобы она волновалась.

Четыре года назад Андрей познакомился с Юлей. В этом году они собирались играть свадьбу. Через год планировали родить ребенка.

— Юлька сейчас находится в Склифе. У нее серьезное ранение ноги и плеча. Она последняя узнала о гибели Андрюши. Вот уже пять дней плачет, не может в это поверить.

Мы вместе с сестрой листаем альбом с фотографиями. На одной изображена железная дверь с надписью “Морг”.

— Это склад Андрюхи, кто-то пошутил и оставил такую надпись, — говорит сестра. — Вообще, брат умер с чистым сердцем и, главное, с хорошим настроением. Ведь в тот день он встретил Юльку, которая только что вернулась с юга, радостно напевал возле билетной кассы... Правильно говорят, что Господь забирает самых лучших. Андрюша уже столько добрых дел сделал на этой земле!..

Самое страшное было для родных Андрея услышать, что его не стало.

— Главврач 36-й больницы даже головы не поднял, когда я спросила его о самочувствии брата, — вспоминает Оля. — Он так равнодушно бросил: “Полозов умер в 18.30”. И все...

Никто из родных и друзей не мог поверить в гибель Андрея. До позднего вечера друзья продолжали объезжать все больницы, куда свозили раненых и убитых во время взрыва. Надеялись, что среди неопознанных живых может находиться Андрей. Ведь при нем не было никаких документов, да и в списках погибших Андрею по случайности указали другое отчество. Но позже выяснилось, что в больнице он еще несколько минут был в сознании, поэтому смог назвать свою фамилию и телефон.


Юлия СОКОЛОВА, 18 лет

За минуту до взрыва Юля с подружкой заняли очередь за билетами на фестиваль. Подруге повезло: она отошла уточнить, в ту ли кассу они стоят.

Пять подружек, в черных майках и джинсах, показывают Юлины фотографии. На них — девушка с точеной фигуркой. Каждое утро Юля занималась зарядкой, сама придумала комплекс из обычных упражнений для пресса, бедер и талии. У очень немногих хватает на них терпения...

— Юля вообще очень следила за собой, могла часами в ванной плескаться. Кремы, масла, молочко — как она это все любила! — вспоминают подруги. — Ей как ни позвонишь, папа так и отвечал всегда: “Юля в заплыве”.

Близкие вспоминают: после того как Юля чистила зубы на ночь, ее нельзя было соблазнить никакой, даже самой заманчивой вкуснятиной.

Воспитана была Юля так, что подбирала чужие фантики на асфальте и доносила до урны. Рядом с ней все подруги отучились сорить на улице. В ближайшем лесу бросали в костер не только свой мусор, но и тот, что нашли вокруг. Любимого Шевчука называла не иначе, как Юрием Юлиановичем. Мечтала о кепке “Формула-1” и вместе с папой болела за московский “Спартак”. Ее любимым футболистом был Франческо Тотти, нападающий итальянской “Ромы”. Юля мечтала о путешествии “к нему” в Италию. А еще Юля обожала классическую литературу. Читала взахлеб, что по нынешним временам вообще редкость. Любимый автор — Виктор Гюго.

У Юли дома живет обожаемый ею кот Кузя. Рыжий, как апельсин, и очень пушистый. В Юлиной комнате остался целый фотоальбом Кузьмы.

— Юлька всегда боялась, как бы с котом чего не случилось, переживала о нем, не спускала с рук.

Юля училась в педагогическом колледже №5. От Боровского шоссе до улицы 1905 года неблизко, поэтому первокурснице Соколовой приходилось вставать в пять утра, чтобы успеть сделать любимую зарядку и наплескаться в ванной. Раз в неделю будущие учителя вели группу продленного дня в родной школе №1015. “Не успели уйти, а уже вернулись”, — шутили про девочек преподавателя.

В деревне у бабушки в Юлиной комнате в углу за шкафом сплел сеть здоровенный паук. Юля назвала его Тимофеем и иногда подкармливала мушками. Приехавшим погостить подругам объяснила просто: “Паучка нельзя убивать, потому что у него есть мама”.

С Юлиными родителями сейчас живет двоюродная сестра Юли Аня:

— Их нельзя оставлять одних.


Инна ГАЛКИНА, 25 лет

Инна Галкина с детства была очень целеустремленной девочкой. Несмотря на хвори, школу она закончила с серебряной медалью. Хотела стать психологом и долго рыдала, когда не поступила. Ей всегда нравилось помогать людям, и выбор созрел сам собой — в медицинский. Инна закончила училище с красным дипломом, пришла работать на Центральную подстанцию “Скорой помощи”, а потом поступила в РГМУ, на факультет педиатрии. Поставила себе цель и готовилась днем и ночью. А потом совмещала учебу с суточными дежурствами на “скорой”, успевала заботиться о родителях-пенсионерах. Было нелегко, но она никогда не жаловалась.

— Инну все время тянуло в медицинский экстрим, — вспоминает ее подруга Карина. — То она хотела в МЧС работать, то в Службу спасения просилась, а потом серьезно подумывала о поступлении в Военно-медицинскую академию, чтобы стать военно-полевым хирургом.

Подруги говорят, она очень любила читать, души не чаяла в лошадях, немножко даже занималась верховой ездой, обожала животных, выпросила у матери кота, купила рыбок, а недавно принесла крошечную крольчиху Фросю. Показала маме зверушку на ладошке: “Правда, славная?” Инна была Айболитом для соседских собак, очень переживала, всех лечила.

Веселую, смешливую, отзывчивую девчонку любили все друзья.

— Однажды на турбазе на Селигере мы все спали, — вспоминает подруга Карина, — а Инна решила сделать нам завтрак. Сварила пшенную кашу на воде без сахара и без соли. Мы ели, а Инка искренне удивлялась: “А чего не хвалите?” В ту же поездку она взяла с собой огромный будильник. На наши недоуменные вопросы отвечала, что это для того, чтобы не проспать рыбалку.

На “Крылья” она пошла с друзьями после ночной смены, не столько на сам фестиваль, сколько отдохнуть большой компанией, вместе с ней был и ее суженый — фельдшер Дмитрий Аксенов.

Дмитрия Аксенова взрывной волной сильно ударило о заграждение. Когда он открыл глаза, увидел, что окровавленная Инна встала с земли, видимо, в шоке, сделала шажок, покачнулась и упала. Дима бросился к ней, стал перевязывать ее своей футболкой. Быстро появилась “скорая” с их родной подстанции.

— Я увидел шестерых наших среди трупов и пострадавших, и все раненые, — говорит врач бригады интенсивной терапии Центральной подстанции Кирилл Маринченко. — Просто сюжет из глупого фантастического фильма. Литвин и Галкина были самыми тяжелыми, и мы их забрали с собой. Инна по дороге все спрашивала про Диму и просила нас не бросать ее...

Ребята с подстанции сразу побежали сдавать кровь, а после операции, когда раненая лежала в реанимации, правдами и неправдами пробирались в палату, доставали редкие лекарства. Всем хотелось верить...

Родители вместе с врачами надеялись на чудо, хотя сразу знали, что дело плохо.

— Мы в Склифе были, — вытирает глаза мама Инны Софья Флоровна. — Сидим плачем, в сознание дочка не приходит, из живота вынули осколок, а весь кишечник как решето. Вдруг парень прибегает, ее коллега, весь светится: “Инна открыла глаза и пожала руку!” Мы воспрянули духом: есть надежда!

А 8 июля со страшным известием отправился домой к Галкиным Леон Акопов, заведующий Центральной подстанцией “Скорой помощи”.

— Я боялся, что они по радио услышат... По телефону сказал маме: “Мы со старшим фельдшером рядом, можно зайдем?” А когда мы зашли, мама растерянно посмотрела на нас и все поняла... Мне оставалось только сказать: “Да. Это случилось...”

Оказалось, что отец уже все знал, увидел по телевизору, выключил сразу и близким ничего не сказал.

Любимый человек Инны, Дима Аксенов, который с закрытой черепно-мозговой травмой все еще лежит в Склифе, узнав о гибели девушки, словно окаменел. Наташа Байрамова, которая лежит в ожоговом отделении Склифа, узнала случайно, не спала всю ночь и теперь все время плачет: “Я была ближе, Инка стояла за мной, ну почему ей все это досталось?” Коллеге Инны Галкиной Станиславу Литвину, который пока еще находится в реанимации, вообще запрещено говорить о ее смерти.

— Вот я только боюсь, что в субботу, когда будут похороны, он может об этом узнать, — переживает за врача Акопов. — Знаете, у нас есть такая традиция: работников “скорой помощи” принято провожать сиренами машин. Если Стас услышит, сразу все поймет про нашу добрую и веселую Инку...

Гражданская панихида по Инне Галкиной состоится в институте им. Склифосовского в субботу, 12 июля, в 9.30. Похоронят Инну на Перловском кладбище.




Партнеры