Лицо европейской национальности

16 июля 2003 в 00:00, просмотров: 386

В небольшую комнату для брифингов вошли двое охранников. Они внимательно осмотрели помещение и, не обращая никакого внимания на русских журналистов, быстренько удалились. Через несколько секунд появился комиссар — высокий, подтянутый, в темно-сером костюме, розовой рубашке и золотистого цвета галстуке. Он сел за стол, улыбнулся и без всякого вступления сказал, что готов отвечать на наши вопросы.

С этого и началась беседа с комиссаром Евросоюза по внешней политике и безопасности Хавьером Соланой — о том, быть или не быть России европейской страной. В течение нашего 30-минутного разговора Солана несколько раз просил не записывать его речь, чтобы совсем уж откровенные моменты не вышли за стены комнаты для брифингов...

Вышеописанная встреча происходила в Брюсселе в одном из зданий, принадлежащих Евросоюзу. Корреспондент “МК” отправился туда, чтобы увидеть изнанку ЕС, с которым совсем скоро у России появится общая граница. Это “сближение” произойдет 1 мая 2004 года, когда 10 стран — среди которых наши соседи: Польша, Литва, Латвия и Эстония — станут членами единой Европы. Кроме того, в следующем году Евросоюз обретет все государственные “признаки” — Конституцию, постоянного президента и единое министерство иностранных дел. А значит, и общую внешнюю политику. Словом, у России под боком будет серьезный сосед — самые настоящие Соединенные Штаты Европы. Почти как США.

В чем сила, брат?

Вообще ЕС часто сравнивают с Америкой. Многие считают, что именно стремление быть во всем похожим на “старшего брата” — США — заставило объединенную Европу ввести единую валюту, принять в свои ряды 10 новых членов, не очень интересных с экономической точки зрения, всерьез задуматься о собственной армии (пока у ЕС всего 700 тысяч солдат) и так далее. Кстати, больше всех новому расширению противились Португалия и Греция, а идея единого МИДа уж очень не понравилась Великобритании. В Лондоне считают, что у Европы не может быть общей внешней политики.

В самой Европе сравнение со Штатами не любят и громко говорят о разнице между Старым и Новым Светом. “Если в США один общий язык, то в ЕС каждое государство имеет свой собственный. Если у них одна культура на всех, то у нас каждый народ имеет свою. Если у нас какая-то страна захочет выйти из Союза, то сможет сделать это совершенно свободно”, — перечисляет мне все отличия сотрудник Еврокомиссии Жорж Ингбер.

Отношения Евросоюза и США в последний год переживают не лучшие времена. Это и противоречия во внешней политике (военная кампания в Ираке), и более частные разногласия, касающиеся новых требований к паспортам, которые США собирается ввести уже в октябре этого года. Претензии европейцев — не к самому факту появления новых требований. О том, что для более эффективной борьбы с терроризмом паспорта будут снабжаться специальным микрочипом с биометрическими данными человека (отпечатки пальцев, сетчатка глаз владельца), американцы благополучно договорились с Великобританией, Россией, Францией, Канадой, Германией, Италией и Японией. Но сроки, на которых настаивают США, вызывают у других стран приступ возмущения. Кстати, как пообещал Герман Греф у нас такие паспорта появятся в 2006 году.

Тем не менее, несмотря на существующие разногласия, факт остается фактом: во многом, особенно в вопросах, касающихся Ирака и большой политики в целом, единая Европа идет на уступки США или предпочитает не вмешиваться. Так, например, один из депутатов Европарламента на мою просьбу прокомментировать информацию о крупной переброске американских частей в восточноевропейские страны, граничащие с Россией, сказал, что это проблема России и тех стран Восточной Европы, которые дали согласие на размещение войск США.

Берлускони—Шульц: 1-0

В скандале, который разыгрался в начале июля в Европарламенте между новым председателем ЕС, итальянским премьер-министром Сильвио Берлускони, и немецким депутатом Мартином Шульцем, многие наблюдатели тоже видят результат непростых отношений между объединенной Европой и США. Некоторые считают, что Сильвио Берлускони специально устроил склоку на заседании парламента, дабы угодить своим партнерам — американцам, которые из-за страха перед быстрорастущим ЕС мечтают о расколе в его рядах.

Кстати, тот самый немецкий депутат Мартин Шульц, которому Берлускони предложил роль фашистского надзирателя, после скандала, сделавшего его знаменитым на всю Европу, избегает общения с журналистами, видимо, опасаясь сказать что-нибудь слишком эмоциональное в адрес нового председателя Евросоюза.

Тем не менее тема дальнейшего развития конфликта в парламенте не давала мне покоя все дни пребывания в Брюсселе. Как это ни парадоксально звучит, но конфликт нового председателя с депутатами может навредить России. Ведь все знают о теплых отношениях “друга Сильвио” с “другом Вовой”. И развитие многих программ, которые существуют между Россией и ЕС, теперь может зависеть от того, какой финт выкинет итальянский премьер в Евросоюзе. Заявил же он недавно, что Россия скоро станет членом ЕС! Так из-за этого наша страна чуть не разругалась с еще одним “другом” — канцлером Германии Шредером.

В конце концов скандал согласился прокомментировать представитель Италии в ЕС, правая рука Берлускони — Умберто Ваттани. Наша встреча была назначена на 8.30 в итальянском представительстве. Но в последний момент господин Ваттани решил пригласить российских журналистов, приехавших посмотреть, как работает объединенная Европа, к себе в резиденцию на завтрак...

Резиденция оказалась довольно симпатичным двухэтажным особняком. Когда мы приехали, Ваттани с интересом читал свежие газеты на веранде. После короткого знакомства он широким жестом пригласил нас в комнату для гостей за длинный, уставленный “утренней” едой на серебряной посуде стол. Несмотря на тот факт, что полчаса назад я уже благополучно поела в отеле, отказываться от приглашения обаятельного человека было как-то неловко.

Так, в паузах между теплыми круассанами, ароматным кофе и настоящим бельгийским шоколадом Умберто Ваттани высказал официальную точку зрения (другой для прессы у чиновника такого ранга просто не должно быть) о скандале в парламенте. По понятным причинам в его высказываниях не было ничего удивительного. Он осторожно говорил, что не может обсуждать это, сидя за завтраком, а потом, доев булочку с джемом, заявил, что “все обвинения со стороны парламента против Берлускони выглядят как полная клевета. Он был выбран своим народом, а значит, это был демократический выбор. Берлускони — очень известная фигура в мире. Естественно, что у него есть друзья и в США. Ведь он — успешный бизнесмен и политик. Кроме того, он пользуется поддержкой итальянского парламента. Поэтому все претензии к нему со стороны парламента нужно было обсуждать легально, не прибегая к сомнительным уловкам, как это сделали некоторые депутаты”.

Вскоре кофе был выпит, оставшиеся круассаны тоже хорошо пошли бы под продолжительный рассказ господина Ваттани о российско-итальянской дружбе, последовавшей после комментария скандала в парламенте, но он, посмотрев на часы, засобирался на работу. И мы распрощались.

“Форточка” в Европу

Кроме политической подоплеки в конфликте Берлускони—Шульц есть еще и этический момент. В ЕС очень болезненно относятся к скандалам, связанным с финансовыми махинациями. А как известно, господин Берлускони у себя на родине обвинялся именно в одном таком “денежном деле”. Поэтому и возмутились депутаты. Это удивительно, но считается, что в ЕС практически нет коррупции. Все шаги сотрудников рассматриваются буквально под увеличительным стеклом счетной палатой Союза. И не дай Бог, если что-то где-то не так! Сами ЕСовцы даже жалуются на чересчур пристальное внимание к своим делам.

Несмотря на это, Евросоюз не обошли финансовые скандалы. Пару лет назад один из ведущих комиссаров, француженка Эдит Крессон, пользуясь служебным положением, стала пристраивать на работу в ЕС своих ближайших родственников. Председатель Еврокомиссии (тогда им был Жак Сантер), который мог просто ограничиться увольнением нарушительницы, принял решение подать в отставку всем составом своего ведомства.

Нынешний председатель Европейской комиссии Романо Проди, в отличие от своего предшественника, не стал бросаться в крайности и уходить с поста. А лично возглавил расследование нового коррупционного скандала, который на днях обрушился на Евросоюз. На местное статистическое управление легло пятно позора: тамошних руководителей поймали за руку на краже из бюджета ЕС суммы в размере 40 млн. евро. Деньги немаленькие, если учитывать, что весь бюджет ЕС 2003 года составляет 100 млрд. евро. Причем самая большая статья расходов Евросоюза — сельское хозяйство. Похоже, что у провинившихся статистиков будут проблемы не только с руководством ЕС, но и с французскими фермерами, от которых то и дело страдает Брюссель.

Бельгийская столица, став фактически штаб-квартирой Европейского Союза, обрела все вытекающие отсюда неприятности. То антиглобалисты пакостят в честь очередного саммита, то упомянутые выше французские фермеры из-за несогласия с каким-либо еврозаконом привозят в город своих коров, которые в знак молчаливого согласия с хозяевами усыпают город навозными кучами. Но сами брюссельцы по большому счету довольны крупномасштабным присутствием ЕС в разных районах своего города. Во-первых, это приток огромных денег, во-вторых, это статус, который возвышает Брюссель в глазах всего Европейского сообщества.

Из 40 официальных зданий ЕС большинство находится в бельгийской столице, причем 13 из них принадлежат главному исполнительному органу Евросоюза — Европейской комиссии. Это целый городок многоэтажек из стекла и бетона. Здесь трудится многочисленная армия чиновников, экспертов, переводчиков и обслуживающего персонала. Так, в одном из брюссельских домов Еврокомиссии на ресепшне мой вопрос о количестве офисов в данном здании оказался сложнее, чем вопрос о бюджете ЕС. “Здесь 14... то есть 15 этажей, — растерянно сообщила мне молоденькая сотрудница. — Но сколько комнат... этого я не знаю”.

В целом местные офисы имеют стандартный интерьер за исключением апартаментов высшего звена. Например, кабинет руководителя Еврокомиссии Романо Проди больше похож на музей: на стенах висят огромные полотна эпохи Возрождения, а в комнатах — антикварная мебель.

Требуются латыши со знанием родного языка

В одном из зданий Евросоюза на доске объявлений висят листочки с предложениями о работе, адресованные переводчикам с родным чешским языком. Что поделать! В институтах ЕС работает около 20 тысяч человек, но даже при таком количестве народа здесь просто не хватает рук. А вот с Латвией совсем нехорошо получается. В Еврокомиссию никак не могут набрать 40 латышей, которые помимо латышского могли бы работать хотя бы с одним европейским языком. Вот они — первые проблемы расширения на Восток, с которыми ЕС уже столкнулся.

Каждый работающий в Евросоюзе должен знать как минимум два иностранных языка (английский и французский). Иначе ЕСовцы просто не смогут друг друга понять. Представьте себе такую картинку: каждый день в полвосьмого утра верхушка Еврокомиссии (все 20 комиссаров) за завтраком обсуждает текущие проблемы. Как вы думаете, как бы комиссары выглядели, если бы болтали друг с дружкой каждый на своем родном языке? Думаю, в таком случае ЕС не просуществовал бы и дня.

Нелегкий труд в Еврокомиссии хорошо оплачивается. Годовой доход комиссаров и других сотрудников высокого ранга колеблется от 800 тысяч до 1 миллиона евро. Специалисты среднего звена довольствуются более скромным достатком — приблизительно 12 тысяч евро в месяц. Большинство сотрудников ЕС — иностранцы, поэтому им оплачиваются съемная квартира, походы в рестораны, отпуск на родину два раза в год и даже учеба детей в университете. Несмотря на приличную зарплату, руководители разных уровней, работающие в ЕС, не считаются богатыми людьми, потому что чиновники такого ранга меняются каждые 3—4 года.

Доходы сотрудников еще одного института ЕС — Европейского парламента — практически такие же, как и у комиссаров, плюс очень высокие “командировочные”. А в самом здании парламента — для того чтобы такой труд не казался каторжным — созданы все благоприятные условия. Есть свой салон красоты, несколько кафе и столовая в стиле хай-тек, которая считается лучшей в числе подобных заведений Евросоюза из-за более разнообразного меню и невысокой стоимости обеда (здесь дешевле в несколько раз, чем в любом обычном ресторане Брюсселя). Отобедать в парламентскую столовку периодически наведываются “товарищи” из Совета Европы. Поскольку ЕС и Совет Европы — абсолютно разные организации (и в Евросоюзе сей факт постоянно подчеркивают), можно увидеть в этом гастрономическом единении сотрудников двух разных союзов некий глубокий смысл.

Служил Солана комиссаром

В Европарламент одна за другой приезжают делегации из России и Чечни. Такие регулярные встречи — часть отношений ЕС с Россией, потому что Евросоюз ежегодно отправляет в Чечню гуманитарную помощь. Например, в этом году ее размер составил 28 млн. евро.

— Я только одного не могу понять. Вы отправляете в Чечню гуманитарную помощь, проводите встречи, семинары... А вы вообще знаете, что война не закончилась? — спросила я у одного европарламентария из Финляндии. — Вот недавно в Москве был теракт, погибли люди — и этот ужас устроили чеченские террористки-камикадзе...

— Мы прекрасно понимаем, что и Дубровка, и Тушино, и другие трагедии — это не борьба за свободу. Мы прекрасно понимаем, что люди, которые все это устраивают, не освободители. У этого явления есть только одно название — терроризм, и с терроризмом нужно бороться, — ответил он.

Россия является не только одной из нескольких стран, с которыми ЕС имеет самые тесные отношения. Наша страна — еще и основной продавец энергоносителей в страны Европейского Союза. Поэтому то, что Владимир Путин на саммитах Россия—ЕС обычно говорит об “интеграции России в Европу” и о “перспективах безвизового режима”, имеет под собой определенную почву, но не более того. Одна из причин, по которой мы еще долго не сможем ездить в Европу без виз: Россия находится на пути тысяч нелегальных иммигрантов, которые, по мнению экспертов из ЕС, в случае отмены виз хлынут в Европу непрерывным потоком.

Другая, совсем уж карикатурная причина — с нами очень трудно договариваться.

— Ваши представители никогда не могут самостоятельно принять решение, — рассказывает Диего де Охеда, спикер комиссара Криса Паттена. — Мы хотим прийти к какому-то концу, а они предлагают для решения проблемы встретиться еще несколько раз. И так ничего не двигается с места! Мы стараемся искать техническое решение технических проблем, а ваши пытаются из всего сделать политику. Проблема России — в излишней политизированности и любви к созданию новых структур для решения любой мелочи.

И это еще не все доводы, по которым нам в ближайшую десятилетку придется ограничиться только экономическими отношениями с ЕС. Хавьер Солана, который, пожалуй, больше других в Евросоюзе знает о перспективах развития наших отношений, назвал еще одну причину, по которой россиянам придется еще долго попадать в Европу не через “большое окно”, а через “узкую форточку”:

— Россия имеет двусторонние отношения с США, видимо, пытаясь быть сверхдержавой. И в то же время ваша страна рассчитывает на тесное сотрудничество с ЕС. У вас нет твердой позиции. В таких условиях невозможно говорить о более тесных контактах между нами.




Партнеры