Собачье дело

17 июля 2003 в 00:00, просмотров: 978

Последние теракты выбили людей из равновесия. Мы встали перед выбором: ходить и ждать очередного взрыва либо вместе искать варианты спасения.

В Израиле, где теракты — явление частое, к защите людей в толпе от террористов-смертников последнее время активно привлекаются собаки. Считается, что это наиболее перспективное направление в развитии систем безопасности граждан. Ведь только собака может безошибочно учуять в толпе человека со взрывчаткой.

Возможно ли у нас использовать собак в этих целях? С этим вопросом мы обратились к специалисту-кинологу Сергею КАЧКИНУ — директору спортивно-кинологического центра, который занимается подготовкой собак по поиску взрывчатых веществ и наркотиков и преподает в Дмитровском колледже на кафедре кинологии, готовит будущих кинологов для МВД.

“Теоретически собаки могли предотвратить теракты последних дней. В любом случае такого числа человеческих жертв можно было избежать”, — Сергей Качкин в этом уверен.

Если бы на подходе к месту проведения фестиваля работали кинологи, то собаки “просеивали” бы своими носами людей, направляющихся к аэродрому, словно через сито. Почуять запах взрывчатки на поясе шахида, особенно если он распространяется по ветру, некоторые из них могут за 10—15 метров. Причем неважно, какое число людей проходит через такой собачий фильтр. Работа нюхающей собаки ограничивается лишь временем: 30 минут обнюхивает, 15—20 минут отдыхает.

Можно было поставить неподалеку от двух входов на Тушинский аэродром восемь собак с кинологами. Находясь в толпе и поочередно меняя друг друга, они могли бы обнаружить шахидок далеко на подступах к кассам, где еще не было такого скопления людей.

Конечно, работать с людьми, передвигающимися по улице, полю или аэродрому, собаке гораздо сложнее, чем осматривать неподвижный предмет. Подготовка такой собаки требует огромного труда и знаний дрессировщика. К сожалению, сегодня у нас в МВД подобных специалистов нет.

Нет их, судя по всему, и в армии. Об этом можно судить по теракту, который произошел в прошлую субботу на трассе Итум-Кале—Шатой, где попал в засаду, подорвавшись на фугасе, армейский “КамАЗ” и погибли сразу девять военнослужащих.

“Афганистан был лебединой песней кинологической службы Минобороны, — говорит Сергей, — так четко она уже больше никогда не работала”. Там ни одна колонна не двигалась с места без боевого охранения и собачьего расчета. Впереди машин шли автоматчики, перед ними по дороге — два кинолога с собаками (двое других отдыхали на броне). Следом — саперы со щупами и миноискателями: это группа разминирования из 10—15 человек. Такая отработанная система давала хорошие результаты.

К смерти взрывотехника Георгия Трофимова, погибшего на Тверской, Сергей часто мысленно возвращается в эти дни и, анализируя ситуацию, не находит ответа на вопрос: почему к опасной сумке еще до робота не пустили собаку?! Если там была взрывчатка, собака однозначно определила бы это, и тогда, возможно, был бы выбран другой вариант уничтожения заряда...

* * *

Сегодня хорошо подготовить собаку, способную работать по взрывчатке, можно только в частном питомнике. У Минобороны и МВД, конечно, тоже имеются соответствующие службы, но у них осталось мало хороших специалистов. Штат кинологов в столичном ГУВД укомплектован меньше чем наполовину, поскольку профессионалы постепенно ушли на пенсию или в коммерческие структуры.

В нашей стране кинологические службы сейчас профессионально работают лишь в частных фирмах. В некоторых есть даже свои питомники и курсы по подготовке кинологов. Но коммерсанты и бандиты предпочитают брать на службу инструкторов из силовых структур — соответственно, и платят им, конечно же, не 3—4 тысячи (рублей), как в МВД, а значительно больше.

У коммерсантов нет проблем с приобретением подходящих собак. Для такой работы предпочтительнее спаниели, лабрадоры и, конечно, немецкие овчарки. “Но сейчас даже овчарку стало трудно выбрать, — жалуется Сергей, — можно из 50 просмотренных взять только одну. Им ведь приходится работать при большом скоплении людей, а значит, не проявлять агрессии и злобы”. В последнее время слишком много появилось заводчиков, которые выводят красивых шоу-собак с “куриными” мозгами.

Щенков служебных собак нельзя, как поросят на свиноферме, откормить и вырастить в вольере: из такого пса получится лишь агрессивный Маугли. Собака должна быть социально адаптирована к той среде, где ей предстоит работать. Поэтому собак, которых будут обучать, покупают уже во взрослом возрасте — от восьми месяцев до полутора лет, — и только к двум годам они начинают стабильно хорошо работать.

Поддерживать рабочую форму собаки, натасканной на взрывчатку, нужно ежедневно. Иначе она постепенно теряет квалификацию, а ее подготовка стоит немалых денег. Продажная цена такой собаки — около $2,5 тысячи, а в Европе — от 10 тысяч евро и выше.

* * *

Знаете, что такое “Сибуде”? Симуляция бурной деятельности. Именно так можно охарактеризовать действия наших правоохранительных органов после очередного теракта. Мы все тоже становимся невольными участниками “Сибуде”, когда утром, застряв на дороге в пробке, судорожно связываемся по мобильнику с руководством и пытаемся объяснить, что все это из-за милиции, устроившей досмотр всем въезжающим в Москву машинам. В процессе этой игры у нас всех, видимо, должно родиться чувство удовлетворения: вот как бдительно нас охраняют!

Несколько лет назад, когда прогремели первые взрывы в Москве, руководство МВД, “махнув шашкой”, распорядилось на каждом посту ГАИ при въезде в Москву поставить собачьи будки. Им тогда казалось, что проблема провоза в столицу взрывчатых веществ решена. Так ли это? Сергей Качкин объяснил:

— Сколько проходит машин через такой пост за день? Тысячи. А собака по нормативу должна отработать 30 минут, а потом отдыхать. Обнюхать полностью 14-метровую фуру, где лежит 1—2 кг взрывчатого вещества, заваленного товаром, — невыполнимая задача даже для самой высококлассной собаки.

Я занимался этой проблемой для МВД и для Шереметьевской таможни. Найти в такой фуре взрывчатку возможно только с помощью одорологической экспертизы (“одоро” — воздух, “логия” — наука). Любой контейнер имеет массу конструктивных отверстий, из которых на обычную фланелевую тряпочку пылесосом собирается воздух. Его молекулы оседают на ней, оставляя запах. Затем эта тряпка кладется в банку и среди прочих одинаковых банок предлагается для обнюхивания собаке. Если собака показывает, что тряпка пахнет взрывоопасным веществом, фуру смело можно задерживать для дальнейшего досмотра.

Такая процедура вместе с досмотром и экспертизой занимает максимум 30 минут. И делать ее лучше не на въезде в Москву, а за 20—30 км от столицы, где можно было бы организовать зоны досмотра. Но у нас всерьез этим никто не занимается.

Нашему собеседнику приходилось довольно плотно общаться с иностранными коллегами. Лучше всего, считает он, “собачье дело” поставлено в Германии, Бельгии, Финляндии, Франции, Израиле. Израильтяне несколько лет назад в России активно покупали собак, чтобы готовить их у себя для минно-розыскного дела. Много российских специалистов выехало в Израиль, и сейчас они с успехом работают с нашими собаками и по нашим методикам. Очень хорошо организовали кинологическую службу американцы. События 11 сентября их многому научили. На мой вопрос, чему нас научили последние теракты, Сергей ответил:

— Ничему. У нас наверняка начнется очередная партия игры в “Сибуде”. Произойдет всплеск внимания к кинологии, он продлится месяца 3—4. Высокие начальники начнут ругать тех, что пониже, они, в свою очередь, начальников кинологических служб. Те станут составлять отписки: “с помощью собак увеличено количество раскрываемых преступлений...” Затем наступит затишье, и мы будем ждать очередного взрыва.

На днях в подмосковном Дмитрове состоится открытый чемпионат России по дрессировке собак. Несмотря на то что пройдет он на территории Центральной школы служебного собаководства Минобороны “Красная звезда”, в нем не будут участвовать представители силовых ведомств. В предыдущих соревнованиях команды силовиков обычно терпели фиаско, особенно в упражнениях по следовой работе.

В качестве главного гостя чемпионата ожидается Борис Грызлов. Организаторы подчеркивают, что он будет присутствовать как лидер партии “Единая Россия”. Жаль. Так хотелось бы, чтобы он посмотрел на “собачью проблему” с точки зрения руководителя МВД, отвечающего за предотвращение терактов...




Партнеры