Слезы и грезы

27 августа 2003 в 00:00, просмотров: 195

...Третий день чемпионата мира в Париже был для сборной России крайне нервным. Да и о каком спокойствии могла идти речь, когда пришло время собирать медали. Но урожай всегда капризен. И “золото” в результате у нас оказалось только в кармане у прыгуньи с шестом Светланы Феофановой. Ее коллега Елена Исинбаева, установившая в этом сезоне мировой рекорд в шесте, оказалась на “бронзовом” месте. Ярослав Рыбаков в прыжках в высоту смог преодолеть лишь очень скромную для себя высоту — 2,25, а чемпионка мира Наталья Садова, после квалификации лидировавшая в метании диска, вообще откатилась на шестое место. Прогулка в Париже перестает быть томной...


Феофанова — умница! Накануне старта у нее была температура 38. Сбивали аспирином и поддерживали аскорбинкой. Жара, отсутствие кондиционеров в номере, сквозняки очень не вовремя сделали свое дело. Но и Света вопреки всему — сделала свое.

— Эмоционально, — говорит Светлана, — я была, конечно, ниже нижнего уровня. Но это же чемпионат мира, и от борьбы никуда не денешься. И главное, что я понимала: должна собрать все силы, как бы мало их ни осталось. Теперь счастлива — потому что мечта сбылась и я все-таки стала чемпионкой мира. Соперницы не были для меня раздражителем, я знала, что если планка будет подниматься еще выше, то и я буду собираться все больше. Но на рекорд, опережаю ваш вопрос, идти смысла не было — выдохлась сильно, и прежде всего внутренне.

Мировые первенства трескают эмоции спортсменов за обе щеки. Накануне один из американских спринтеров долго и упорно отказывался пойти на беговую дорожку, вторично допустил фальстарт. Его уговаривали, пытались уводить с дорожки, грозили перед носом карточкой, а он увертывался и возвращался вновь и вновь. Показывал язык, взывал к публике и настаивал на своем: ничего не было, ничего не нарушал, и вообще это был не я. В конце концов расплакался, а на следующий день схлопотал еще и дисквалификацию.

Лена Исинбаева тоже отчаянно рыдала в секторе, только-только выпустив шест из уже обессилевших рук.

— Лена, но “бронза” же...

— Нет, я не расстроилась, ну а рыдала... Просто я была уверена, что возьму 4,75, я чувствовала, что смогу. Но, видимо, силы меня уже покинули. Потому что в этом сезоне это был уже 15-й старт, и сейчас я ужасно рада, что он почти последний — потому что сезон был напряженнейший. На протяжении всего лета я билась-билась... И честно, очень рада сегодня и “бронзе” тоже. Но первые слезы были немножко... А сейчас — видите, улыбаюсь.

— Вы предполагали, что кто-то пойдет на штурм мирового рекорда?

— Здесь, на мире? Да, думала, что будут штурмовать. Не сложилось. Вообще, те потери, которые сегодня были в секторе, встречаются на всех стартах. Просто на чемпионате мира — атмосфера, зрители, какое-то маленькое давление все-таки чувствуется. Но рекорд-то у меня не отобрали. Я еще пока действующая рекордсменка мира. Вот!

— Эра грозной когда-то Драгилы прошла?

— Думаю, да. Она выплескивает из себя последние силы.

— Что вы бормотали себе под нос все время?

— “Я прыгну, я прыгну”, а остальное — секрет. На самом деле квалификации я отпрыгала нормально, а к финалу чувствовала, что не восстановилась полностью. Но я не могла себе позволить, чтобы не быть в тройке призеров. Это было бы просто... ну просто я не знаю, я бы с вами и не разговаривала сейчас, наверное.

— Кокетство у вас в крови?

— Вы о зрителях? Я их обожаю. И всегда стараюсь благодарить — поцелуйчик отправить, еще что-нибудь, раскланяться, гримаску состроить. Нет плохих зрителей, они везде хорошие. А я их просто завожу, всячески работаю на публику.

— А тренеру гримаску состроить можете? Он же тоже среди зрителей?

— У меня вообще тренер просто золото. Он самый дорогой человек. А здесь — и отец, и друг, и не знаю кто еще. Короче, 90% успеха — его, если бы был глупый тренер — ничего бы этого не было. Я там в секторе рыдала, а он говорит: “Лен, ты чего плачешь-то? У нас такой сезон! Глупая!” А я: “Не могу, не могу!” Тут журналисты уже набежали. И я давай лицо скорей тереть. Действительно, думаю, я молода и у меня все еще впереди.

— То есть в домике с фанерными перегородками, где вы живете, не пойдете стены крушить?

— Да нет, и, кстати, у нас там вполне прилично — ничего суперзвездного и ничего уродского. Это американцы такие холеные. А нам — чем хуже, тем лучше.

— Но туалет-то — один на всех?

— А, да, туалет — в конце этажа, и вход в него по карточкам.

— ???

— Да по тем же, что и в комнату. Я, кстати, с таким уже сталкивалась — на чемпионате мира по юниорам. Да ерунда все это — завтра мы пойдем с тренером Евгением Васильевичем Трофимовым в “Диснейленд”, на Эйфелеву башню, в Нотр-Дам, а потом будем орать на трибунах.

...Самая загадочная история в Париже произошла с чемпионкой мира (до вчерашнего дня) Натальей Садовой. Первый же день чемпионата потряс информацией — у Садовой отобраны медаль и призовые за прошлое мировое первенство. Допинг-пробы показали незначительные превышения кофеина. Дисквалификация ей не полагалась — полагалось по международной терминологии публичное порицание. И произошло это порицание якобы еще весной, а разбирательства длились аж полтора года. Наши чиновники, с их слов, бились-бились, доказывали-доказывали, что кофеин — это так себе нарушение и вообще он может быть в чем угодно (например, в грейпфруте), но потом им сказали: не будете выполнять международные нормы, вообще пойдете вон. На этом битва и закончилась. А информация прошла в первый же день чемпионата, отчего было обидно почти до слез — что за рок такой! То знаменитый скандал с Ольгой Егоровой в Эдмонтоне, теперь — Наталья! И мутная история, похоже, только начинается. Потому что Садова мало того что ничего о ней не знает, так еще и во всех протоколах значилась до сегодняшнего дня действующей чемпионкой мира. И если даже допустить, что наши чиновники, в свойственной им манере, решили несколько слукавить, а попросту — дело замолчать, то миру-то чего щадить чьи-то чувства и утаивать такую сладкую для многих информацию — русские опять прокололись!

После финала Наташа, несмотря на то что была страшно расстроена, все-таки согласилась ответить на несколько вопросов.

— Наташа, сначала скажите, что не получилось сегодня? Вы лидировали после квалификации, и вдруг...

— Не знаю, пока вообще не знаю, что — стоим там на поле, настроение ужасное, ну полная задница. Простите, что я так говорю, ну а что теперь делать? Все не получилось теперь — абсолютно все от начала до конца. И ведь работа была проделана колоссальная перед чемпионатом, почему сбой произошел? Сейчас приедем, будем разбирать. Но вы знаете, вот какая вещь существует. Каждый год в нашем виде лидеры меняются, это уже какая-то закономерность — и еще пока никто из чемпионов дважды им не становился. Может, это и произошло? Хотя... не было даже плохого настроения — я не была расстроена, вроде и кураж был, и все было — просто ничего не получалось. Представляете — вообще ничего!

— Грешите на историю с кофеином?

— Я вообще не понимаю, о какой истории вы говорите. После квалификации журналисты сразу начали задавать какие-то вопросы. А я просто была в шоке. Что это за история? Я об этом не знаю ничего. Никто мне ничего не говорил.

— И никто вам не сообщил, что вас лишили “золота”, отобрали призовые?

— Меня никто не лишал золотой медали. Я не могу ее вам продемонстрировать, с собой не вожу, но, поверьте, она есть. Потом вы же слышали — когда меня объявляли, то объявляли чемпионкой мира.

— Извините, что спрашиваем об этом, но мы окончательно запутались. Хоть кто-то из наших руководителей вам что-нибудь сказал? Дело, получается, уже давнее.

— Никто и ничего.

— И никто не звонил: отдай медаль?

— Нет.

— И никаких уведомлений не было: публично порицаем, мол?

— Нет.

— И ни у кого ничего не спрашивали?

— Я, естественно, ничего не спрашивала, потому что мне надо было выступать, сейчас соревнования закончились — пойду разбираться.

— Когда последний раз у вас было такое неудачное выступление?

— Никогда. Шестое место — первый раз в жизни. Хотя не знаю, здесь результаты довольно плотные были. Раньше кто во что горазд бросал и можно было вклиниться. А сейчас... Ну что делать, остается успокаивать себя тем, что хотя бы на сегодняшний день у меня лучший результат — 69 метров.

— Вы всегда говорили, что любите с призовыми прошвырнуться по магазинам...

— Ну здесь я сначала на разборки пойду, а потом видно будет. Вообще, за шестое место платят мало, так что скорее всего ни на какой шопинг я не пойду. Хотя, может, и передумаю.

— И кофе пить будете?

— Вот не дождутся! От этого я отказаться не могу! Кофе я пью очень много, всегда пила и буду пить. У меня дома даже аппарат есть. Без этого я не я.




Партнеры