Мозговая атака генерала Романова

27 сентября 2003 в 00:00, просмотров: 1610

“Толя, война закончилась. Прости всех, прошлое ушло. Ты мне нужен”. Эта аудиозапись сделана специально для генерала Анатолия Романова. Его друзья и сослуживцы записывают свои обращения под диктовку врачей. С помощью наиболее передовых разработок ученые ищут тот единственный стимул, который вызовет у генерала Романова желание вернуться в строй. В субботу Анатолию Александровичу исполнится 55 лет, восемь из которых он находится по ТУ сторону жизни.

“Состояние минимального сознания” — такой диагноз поставили генералу Романову военные врачи. Он не меняется уже четыре года, но именно сейчас возможен настоящий прорыв. В лечении Героя России, самого уважаемого генерала в наших войсках, едва не погибшего в результате покушения 6 октября 1995 года в центре Грозного, применяется новейшая методика. Но...

Для продолжения уникального эксперимента не хватает трех тысяч долларов. Их не хватает уже целый год.

— Несмотря на серьезнейшее повреждение мозга, у генерала Романова он по-прежнему живой. И это доказано научными исследованиями, — говорит Вячеслав Клюжев, начальник госпиталя им. Бурденко. — У Анатолия Александровича за эти восемь лет ни разу не было трофических язв (нарушение питания тканей. — Е.М.). У него поистине удивительный запас здоровья, плюс мы нащупали правильную тактику лечения. Анатолий Александрович общается с миром глазами, выполняет команды, его можно обидеть словом, он даже может от обиды заплакать... За две чеченские войны из всех раненных в голову, прошедших через наш госпиталь, мы потеряли только семерых человек — это самый низкий процент летальности в мире. Остальных мы выходили, причем больше 90 процентов из них снова вернулись в строй. У нас был солдат с точно такой же травмой, как у генерала Романова. Два года парень был в том же состоянии сознания, а сейчас живет нормальной жизнью, недавно даже на работу устроился. Чудо? Просто солдата мы лечим, как маршала, а маршала, как солдата. Да и наука не стоит на месте: эксперименты со стволовыми клетками продолжаются, отрабатываются технологии. Кто бы еще несколько лет назад поверил, что мы научимся на 4—5 лет замораживать развитие рассеянного склероза? Да, эта болезнь по-прежнему неизлечима. Но то, что на какое-то время можно отсрочить ее прогрессирование, уже огромный шаг вперед.

При серьезной черепно-мозговой травме больному показан щадящий режим — такова традиционная схема лечения, которую применяют во всем мире. В палате поддерживается одна и та же температура, раненого кормят по часам, он слушает приятную музыку и смотрит любимые фильмы. С ним занимаются врачи и медсестры. Мозгу очень комфортно, ему не приходится ни о чем беспокоиться. Сейчас врачи пришли к выводу, что этот путь — тупиковый и без ученых не обойтись.

— Все, что можно было сделать на данном этапе развития медицины, уже сделано. Сейчас мы применяем новый метод — это стимуляция эмоционально-мотивационной сферы человека. Мы относимся к генералу Романову не как к больному, а как к личности. И делаем это на основании электроэнцефалографии и методики математического анализа сердечного ритма, — говорит Алексей Лисицкий, начальник лаборатории прикладной психофизиологии госпиталя им. Бурденко. — Анатолию Александровичу нужна мощная установка на выздоровление. У каждого она своя. Аналогичные травмы не такая уж и редкость, посмотрите, сколько таких больных после автомобильных аварий. У нас в реанимации долго лежал парень после страшной автокатастрофы, и мы никак не могли найти к нему “ключик”. Потом разыскали в другом городе девушку, с которой он расстался несколько лет назад. Оказалось, в подсознании она важна для него до сих пор. Перепробовав все, мы пришли к выводу, что для генерала Романова самое эмоционально значимое — это его служба, его старые друзья.

С помощью специальных методик и схем, контролируемых компьютером, врачи выверили каждое слово, каждую запятую, чтобы заставить его мозг работать.

“Командир, я приехал из Новосибирска специально, чтобы тебя поднять. Ты очень нужен войскам. Нам без тебя очень плохо. Другая жизнь наступила, и люди ждут тебя. Не только люди, ждут все наши друзья. Поднимайся и пойдем, хватит лежать! Ты здоровый, крепкий мужик, ты спортсмен! Я тебя умоляю, я тебя прошу, вставай, и будем работать, как работали раньше. Я готов везде с тобой пойти”. Эти слова говорит Юрий Баранников, генерал-майор, зам. командующего Сибирского военного округа, друг и товарищ по службе Анатолия Александровича. Эту кассету невозможно слушать — рвет душу. Приборы четко фиксируют, что в этот момент происходит в голове у генерала Романова. “У меня много новой работы. Мы должны быть вместе. Врачи делают все. Выполняй их команды”, — так говорит другой друг Анатолия Романова, генерал Овчинников. Эти два послания сейчас для Анатолия Александровича наиболее эмоционально значимые, и они — самый мощный для него стимул.

Мозг должен упражняться, иначе он умрет за ненадобностью. Из сохранившихся резервов мозга можно создать новую интеграцию, если он будет работать в нужном направлении, — смахивает на цитату из научно-фантастического романа, но военные врачи говорят об этом без тени иронии. С помощью новейших достижений нейрофизиологии, вычислительной техники и электроники специально для генерала Романова делается датчик и синтезатор речи. Сначала в нем будут запрограммированы лишь несколько простых фраз, ведь главное сейчас — установить контакт. Если врачи смогут вступить с ним в диалог — это будет настоящая победа.

— Ну почему он не возвращается в нормальную жизнь? Ведь мы же делаем все, и даже больше? — иногда не выдерживают жена Лариса Васильевна и дочь Вика. Вот уже восемь лет каждый день они рядом с ним.

Врачи лишь качают головами:

— Один раз его уже убивали...


P.S. “На мой взгляд, следствие, которое ведется в течение уже восьми лет по факту покушения на генерала Романова, неоправданно затянулось, — заявил вчера на пресс-конференции бывший командующий Московским округом внутренних войск Аркадий Баскаев. — Во время этого теракта погибли многие офицеры и солдаты спецназа”. Объективного расследования добивается и супруга раненого генерала Лариса Романова: “Несколько раз я обращалась по этому поводу к следователям Генпрокуратуры. Каждый раз мне объясняли, что в Чечне ведутся боевые действия и нет возможности завершить проведение следственных действий на месте теракта в Грозном”.



Партнеры