Ножом по сердцу

29 сентября 2003 в 00:00, просмотров: 312

Тихий подмосковный Клин бурлит вторую неделю. Здесь произошла трагедия, объяснить которую до сих пор не в силах ни ее непосредственные участники, ни следователи. Во время обычной потасовки между мальчишками был убит 11-летний клинчанин Сережа Анохин. А нанесла смертельный удар... школьница, которая всего на три года старше Сергея.

Сейчас Наде Наседкиной уже предъявлено обвинение, но для многих так и остается загадкой — как эта милая девушка с большими ангельскими глазами смогла пырнуть ножом Сережу? Откуда в этом ребенке из благополучной и уважаемой семьи такая жестокость? В этом попытались разобраться журналисты “МК”.

“Не волнуйтесь, ваш сын умер”

Тот вечер в семье Анохиных ничем, казалось, не отличался от других. Отец принес с рынка два арбуза и устроил для сына небольшой праздник. “Лопай сколько сможешь, сладкие попались арбузики!”

— Он съел с удовольствием два огромных куска, — вспоминает Владислав Анохин, — отложил себе на тарелку еще два и отпросился погулять возле дома. Только и крикнул напоследок: “Вернусь, пап, все доем!” Мы с женой отпустили его, но ненадолго — уже был девятый час... А через 40 минут к нам забегают его двое друзей и кричат: “Там вашего Сережку зарезали, его в больницу увезли!”

— У меня ноги подкосились, — плачет Оксана Анохина. — Мы сели с мужем в машину, в больницу поехали. Тогда я жила одной надеждой, что мой мальчик жив. В районной больнице его не оказалось, поехали в другую — недавно построенный новый комплекс. А потом... Помню, как к нам из реанимации врач вышел и сказал очень глупые, бессмысленные слова: “Вы не волнуйтесь, все очень серьезно — он умер...” Только позже мы узнали, что Сереженьку можно было спасти, если бы его привезли на несколько минут пораньше. Нож угодил прямо в сердце, и мальчик умер от того, что правый желудочек заполнился кровью.

Оксана беспомощно уронила голову на руки и зарыдала:

— На следующий день в милиции к нам подошел отец Наседкиной. Положил мне руку на плечо и, смахивая слезу, сказал: “Это Надька моя, говорят, убила. Да только не могла она”.



Убийство на “стрелке”

События того вечера оперативники и следователи восстанавливали по крупицам. Выяснилось, что Сережа встретился на улице с приятелями — пацаном и девочкой. Все они живут на полудеревенской улице Лесная в частных домах и дружат с детства. А в десятом часу детвора зашла во двор дома по Сосновскому переулку (совсем недалеко от дома Анохиных). Здесь у Сережи, оказывается, была назначена “стрелка” со Стасом Стариковым из “конкурирующей” компании ровесников во главе с Надеждой Наседкиной. Поддержать Стаса пришла и сама Надя с 17-летней подругой Юлей.

— Днем Стас и Сережка поссорились, — расскажет позже Надежда. — Кажется, кто-то из них не таким тоном поздоровался с другим. Вот они и назначили “стрелку” для разбора...

Две компании собрались на обычном месте — возле сарайчика. Разговор между Стасом и Сережей начался на повышенных тонах и вскоре перерос в драку. Схватившись, пацаны упали на землю под задорные крики окруживших их ребят. И тут неожиданно в драку ввязалась Надя. Когда Сережа поборол противника и буквально оседлал его, придавив к земле, Наседкина, по версии следствия, схватила его за шкирку и... пырнула ножом в сердце. Вскрикнув от боли, мальчик вскочил на ноги и в агонии пробежал еще несколько метров. Потом, обессилев, упал и пополз из двора к дороге.

Стоны ребенка услышала жительница соседнего дома, Татьяна Луговская. Выбежала на улицу. Мальчик уже терял сознание. Схватив Сергея на руки, Татьяна заметалась по безлюдной улице в поисках машины.

— Как раз проезжал ее сосед-таксист, — рассказывает Владислав Анохин, — и они вместе отвезли моего Сережку в больницу. Но слишком поздно. Потом Татьяна рассказала нам с матерью, как умоляюще смотрел на нее перед смертью наш сын. Просил ее о помощи, цеплялся руками за ее платье. Рассказала она и том, как услышала в это время доносящийся из темного двора наглый, истеричный хохот каких-то подростков...



“Я ничего не помню”

На допросах, мальчишки и девчонки из обеих компаний дали показания против Надежды Наседкиной. Подробно описали нож. Рассказали, что Надю многие побаивались за ее дерзкий нрав. Сейчас 14-летней Надежде уже предъявлено обвинение в убийстве. По словам сотрудника прокуратуры, все доказательства вины девушки уже собраны. Осталось найти орудие убийства — нож бесследно исчез.

Но родители девушки уверены в обратном — их дочь не могла совершить такого.

— В тот вечер ровно в десять я заехал на своей машине за дочкой на Лесную улицу, — рассказывает отец Нади Сергей Наседкин, сотрудник районного ГАИ. — Мы раньше жили на этой улице, там она выросла, вот и ходила поиграть к старым друзьям. Я против этой компании ничего не имел — все младше ее, да и ребята хорошие, не пьют, не курят. Надя как обычно ждала меня вечером в доме у подруги. Спокойная была, тихая, ничего не рассказывала. Мы вернулись домой, поужинали, и дочка легла спать. А в третьем часу ночи в дверь позвонили. Открываю — оперативники из нашего УВД, Надю требуют. Я, конечно, перепугался — мол, что случилось? Ребята рассказали, что недавно убили мальчика, а Надя им нужна, чтобы допросить ее в качестве свидетеля. Дочку забрали одну. Домой привезли только под утро.

Но той ночью Надежду уже допрашивали как главную подозреваемую в убийстве Сергея Анохина. И она призналась во всем. Подробно рассказала, что якобы защищала своего друга, но убивать не хотела...

До конца следствия девушка будет находиться дома под ответственностью родителей. На наш неожиданный визит отец семейства отреагировал спокойно:

— Дочку все обвиняют, — вздохнул он, — но ведь не виновата она! Не могла моя Надя этого сделать! Откуда у нее взялся какой-то нож? Да сроду его не было — только пилочку для ногтей с собой носила. Почему-то все твердят, что Надька была “грозой местной детворы”, била всех. Да она и мухи-то не обидит! Сейчас вот все время плачет, из дома выходить боится, переживает сильно.

В комнату входит Надя. Хрупкая, с большими глазами и личиком ангела. Невозможно поверить, что она кого-то держала в страхе.

— Я не убивала никого, — тихо говорит Надя, опустив глаза. — Ничего не помню, темно слишком было. Мы подрались, я тоже упала, даже руки себе об стекла на земле оцарапала. А потом Сережка вскочил и побежал куда-то. Вот и все... Да он сам был — кого хочешь обидит. Да и вообще, может, его и не убивал никто? Может, он напоролся на что-то? А призналась я на первом допросе в милиции, потому что очень испугалась остаться там...



“Стану директором и все дострою”

На похороны Сергея собралась вся школа №1, где он учился, друзья, да и просто те, кто от всего сердца сочувствовал этому горю. Люди рыдали, а одноклассники из 6 “Г” подходили к гробу и со словами: “Ты всегда будешь с нами” целовали Сережу.

Он был для многих примером и очень любил учиться (пятый класс закончил с кипой грамот за успеваемость). Особенно хорошо давались ему математика и французский язык.

— Мой сын мечтал получить высшее образование, — плачет Оксана Анохина. — Стать инженером. Один раз он проходил мимо заброшенного завода и спросил: “А почему такая разруха? Ведь можно же все восстановить!” Бабушка ему объяснила, что, мол, разворовали все. Тогда сын подумал и со знанием дела заявил: “Вырасту, стану директором и обязательно все дострою!” Господи, за что его Надя убила?! Ведь сразу две ангельских души пропали — одна погибла, а другая себя погубила...

Незадолго до гибели сына Оксана увидела сон — будто они получили новую квартиру, а в ней посреди комнаты колыбель стоит, накрытая голубым покрывалом с огромной черной дырой посередине. Увы, сон оказался в руку.






Партнеры