Московское потрясение

3 октября 2003 в 00:00, просмотров: 807

Если бы москвичи или гости столицы знали, что происходит у них под ногами, то, возможно, сей же час бежали бы отсюда на край земли. Москву может ждать участь библейских городов Содома и Гоморры. С другой стороны, не исключен абсолютно противоположный вариант: в то время как вся планета будет охвачена огнем или погребена под толщами воды, Первопрестольная станет своего рода Ноевым ковчегом. Звучит сомнительно и не совсем понятно? Пожалуй. Однако Москва сама по себе загадка для ученых. Ведь процессы, происходящие в ее недрах, роднят столицу с каким-нибудь Бермудским треугольником.

Дрейфуем на разбитой тарелке

Долгое время считалось, что Москва стоит на незыблемой плите, в центре некоей “Великой русской скалы”. В какой-то степени это действительно так. И нисколько не врет красивая легенда о том, что наши мудрые предки построили город на семи холмах, венчающих, как природная корона, уходящий на северо-восток монолитный блок. Но с тех пор минуло много времени, стольный град разросся, а в самой земле под ним произошли серьезные изменения. Словно мощным рентгеном специалисты просветили земную кору и пришли к печальному выводу: от “русской скалы” остались одни черепки!

Во-первых, выяснилось, что Москва стоит на двух перекрещивающихся под городом континентальных разломах. Кто-то скажет: мол, подумаешь, вместо одной “скалы” стало несколько. Если бы так! По каждому из кусочков идут десятки, а то и сотни мелких разломов. Причем расположены они как бы по кругу, образуя “структуру колотой тарелки”.

— Природа, как известно, не любит пустоты. И обычно разломы цементируются различными минералами, — объясняет руководитель Центра инструментальных наблюдений за окружающей средой и геофизических прогнозов Игорь Яницкий. — Причем “цемент” этот гораздо прочнее самой породы. Вот все и думали, что разломы под столицей не представляют никакой опасности. Но когда мы поставили поперек них деформограф, поняли, что под Москвой идет постоянный колебательный процесс. Какие-то разломы поднимаются на несколько миллиметров, какие-то опускаются. Сотрудниками “Центргеологии” составлена карта неотектонического строения Москвы, где все это прекрасно видно. Именно потому, что разломов много и они постоянно дрейфуют, трутся между собой, земля не успевает пустоты зацементировать. Что в итоге? Специалисты, которые выезжают на место различных провалов, ужасаются: в некоторых районах порода превратилась в труху.

Пару лет назад доктор геологоминералогических наук, завлабораторией Института геоэкологии РАН Владимир Кутепов заметил: город стоит на решете, которое образовали русла древних рек. Под Москвой по сути, живого места не осталось. То тут, то там трескаются и даже обрушиваются здания. Но все это, по большому счету, цветочки. Вся Москва может в одночасье полететь в тартарары.

Что самое страшное, об этом ученые знали давно. Только говорить боялись… Еще бы: подобная информация потребовала бы более детальных разработок при строительстве, привела бы к необходимости редактирования нормативных документов. К тому же в Мингеологии СССР постоянно твердили, что на древней Русской платформе активных разломов нет и быть не может. Одним словом, разломы “ушли в подполье”: они были исключены из всех источников геологической информации. Никому из проектировщиков не было дела до того, что тяжелые крупногабаритные конструкции, расположенные поблизости от разломов, рано или поздно могут рухнуть и утащить за собой в подземное царство сотни людей.

Защитная стена рушится

Вообще все крупные аварии и катастрофы, включая разрывы трубопроводов, обрушение зданий, провалы, на поверку оказывались связаны с движениями разломов. И таких аварий в столице раньше было немало. Сотрудники центра опасались, что разломы начнут дрейфовать куда сильнее, будут подниматься и опускаться на несколько десятков сантиметров или даже на метры. Что могло произойти в этом случае, они и предположить боялись. Узнав об этом, кое-кто из правительства даже предлагал перенести столицу от греха подальше… Но вдруг после 30 октября 1988 года (эту дату Яницкий и его коллеги запомнили на всю жизнь) ситуация в недрах Москвы сильно изменилась.

Приборы стали писать другие, почти что прямые линии. Причем за пределами области все было по-прежнему. Через полтора года статистические исследования показали, что аномальные процессы в Московском регионе значительно ослабли. Более того, на составленной карте метеопроцессов четко выделялся контур “нулевой зоны”, где за это время не произошло ни одной природной аномалии. Так вот, он точно совпадал с границами Московской области. С тех пор ни один сильный шквал приблизиться к ней не мог. Не было здесь и серьезных техногенных катастроф. В радиусе 200—300 км неустойчивый мегаполис оказался за стеной мощной геофизической защиты. Ее природу объяснить современная наука не может. В среде ученых стали поговаривать о том, что на Москву надели колпак. Засекреченная информация о “колпаке” каким-то образом достигла ушей различных “пророков”, руководителей сект, которые не преминули ей воспользоваться и заявили, что именно они спасли мир от Апокалипсиса и защитили российскую столицу.

Что думают по этому поводу мировые светила? Некоторые настаивают: мол, ничего необычного с Москвой не происходит. Правда, тут же оговариваются: дескать, что вообще понимать под “необычным”? Можно ведь к нему отнести все, что еще до конца не изучено наукой… Другие убеждены, что Москва — центр... нашей планеты и, возможно, даже Солнечной системы! Группа французских астрофизиков доказала, что из креста, который образуют два главных разлома, кверху идет энергоинформационная ось. Через нее Земля как бы общается с космосом, обменивается энергиями. И именно благодаря этому при всемирном катаклизме столица России останется “на плаву”. Ну чем не волшебный бальзам на самолюбивые души москвичей? И эта теория чудненько вписывается в рамки происходящего со столицей. В конце концов сама ось может создавать этот так называемый колпак. Кстати, не исключено, что он был всегда — территория Москвы в той или иной степени давно ограждена от различных катаклизмов.

— Очагов местных землетрясений в Москве почти никогда не было,— говорит ученый секретарь Института физики Земли Алексей Завьялов. — До столицы лишь докатывались волны толчков, происходивших в Туркменистане, Румынии. Вообще, землетрясение — это тектонический процесс в недрах, связанный с накоплением энергии и ее разрядкой в виде сейсмоволн. Видимо, под Москвой энергии не так много. А может быть, она каким-то другим способом рассеивается… Что же касается существования множества разломов, с этим ведь не все согласны. Как у нас говорят, там, где два геолога, — три мнения.

Теоретически, конечно, можно предположить, что блоки под столицей станут разъезжаться сильнее, — продолжает Завьялов. — Однако, согласитесь, можно представить и что Земля расколется на части. Для всего нужны определенные условия.

Условия, говорите? А кто или что их создает? И почему в 1988 году “колпак” стал более непроницаемым, стена прочнее, чем когда бы то ни было? Версий много, но вот одна, самая интригующая, из них: цивилизация достигла критической точки своего развития, и ей просто необходима была дополнительная защита (дабы избежать Апокалипсиса). Это, по крайней мере, хоть как-то объясняет, почему с тех пор Москву штормило буквально пару-тройку раз, и то “по мелочевке”. Но не дает ответа на вопрос, почему слишком уж тихо в земных недрах все это время было, так тихо, что настораживало. Будто перед грозой.

— С одной стороны, штиль — это, конечно, хорошо, — говорит Яницкий. — Но с другой… В геофизике известно правило накопления глубинной энергии во времени. К тому же без периодической встряски все конструкции как бы ржавеют, а стимула для их упрочения в условиях штиля нет.

И вот грянуло: приблизительно год-два назад разломы начали просыпаться. Земля под Москвой ожила и, словно девчонка-проказница, собирается пуститься в пляс. Количество различных аварий резко возросло, снова стали рушиться здания. Теракты, взрывы и катастрофы. Маньяки, убийцы, душевнобольные (люди, которые особенно чувствительны к любым патологическим природным процессам) активизировались и полезли со всех концов, словно на шабаш. А разломы раскачиваются все сильнее, техногенных катастроф становится все больше… Одна из последних — авария 9 июня в метро. Напомним, что у поезда, следовавшего от станции “Театральная” в сторону “Новокузнецкой”, выскочила передняя пара колес. Во всем обвинили строителей, возводящих в этом районе многоэтажный торговый центр, который и не смогла вынести земля. Что интересно, за 12 часов до происшествия (именно в этом интервале зарождается и развивается процесс возмущения всех полей и сред с выходом на патологию) сейсмостанция РАН “Москва” зарегистрировала землетрясение в 6 баллов, причем ударная волна возникла из недр строящегося центра.

Кстати, в последнем сейсмическом районировании столицу уже отнесли к зоне пятибалльных сотрясений… Выходит, защитная “стена” все-таки начинает рушиться? Москвичи вовремя не отстегнули “крыше” чего-то такого, в чем она нуждалась?

Москву спасут десять заповедей

И тут начинается самое невероятное. На основе экспериментальной физики ряд ученых пытается доказать, что Земля воспротивилась деяниям современного человечества и его безумное потребительство вызывает у нее ответную реакцию. Пока мягкую, пока защитную, пока предупредительную. А если принять теорию о том, что Москва является центром планеты, то конец света может начаться именно с нее. А чтобы избежать этого, нужно всего лишь начать… соблюдать моральные законы, например, те же заповеди! Которые-де и являются своеобразным кодом космического мироздания. Все это кажется каким-то бредом, но не спешите с выводами.

ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ

— Что такое добро и зло с точки зрения науки? — объясняет Игорь Яницкий. — Две фазы синусоиды, являющейся не чем иным, как колебательным процессом. Его разделение на положительный (над уровнем нуля) и отрицательный (ниже нулевой линии) абсолютно невозможно — это означало бы остановку движения, прекращение развития вообще. Бытие — это как бы “качели” с обязательными восходящей и нисходящей фазами, образующими любой цикл. Напрашивается неизбежное следствие: реально существует возможность некоторой нормализации Бытия, где путем собственных усилий каждый может уменьшить последствия прохождения отрицательной фазы, ослабить ее пагубную роль. Способы такого управления были в деталях разработаны нашими предками. В их основе — нравственные законы.

ВЕРСИЯ ВТОРАЯ

Заключается она в теории пульсации. И тут как нельзя кстати будет мнение вице-президента Российской академии космонавтики имени Циолковского (РАКЦ), профессора, доктора технических наук И.Мещерякова: “Жизнь на нашей планете определяется ее частотной пульсацией. У любого небесного тела она своя, отличная от земной. Потому биосфера Земли в целом и ее составляющие не могут прижиться на других планетах”.

А теперь представим, что планета, развивающаяся по собственным законам, пульсирует в одном ритме, а люди — в другом. Получается диссонанс, который природа будет стремиться устранить. Если один человек нарушает общий ритм, она наказывает его болезнями, если целая цивилизация — глобальными катаклизмами (российскими учеными уже доказан и даже запатентован высший уровень организации природных катастроф и крупных техногенных аварий). И, чтобы пульсировать в ритме, нужно всего лишь играть по правилам. Они были известны с древних времен и назывались опять-таки то заповедями, то нравственными законами.

ВЕРСИЯ ТРЕТЬЯ

Действительный член РАКЦ Виктор Комаров (увы, покинувший наш мир) пришел к выводу, что нравственность является антиподом энтропии, согласно второму закону термодинамики означающей хаос и смерть. Получается, что нравственность определяет порядок и жизнь. Самое интересное, что Комаров в своих выводах не одинок. Ему вторят действительный член Международной академии информатизации Н.Заличев и академик РАН В.Струминский. Правда, после выступлений последнего на него набросились коллеги: дескать, что же вы, академик РАН (!), под видом науки подсовываете нам боженьку?

Вообще “верующие” и “неверующие” ученые разделились на два лагеря. У каждого есть свои “веские” аргументы, основанные на серьезных исследованиях в той или иной научной области. Кто из них прав, принимать ли “качели бытия”, пульсировать ли в ритме планеты, соблюдая заповеди, или нет, решать нам. Кстати, на вопрос, как относятся к теориям Яницкого в ГРУ, куда он регулярно предоставляет прогнозы своего центра, ученый ответил: вполне нормально. Впрочем, спецслужбы были всегда в этом смысле довольно продвинутыми, активно изучали все сверхъестественное, искали людей с паранормальными способностями и заставляли их работать на себя, в то время как из обывателей с помощью различных идеологических штучек лепили махровых материалистов.

Как бы там ни было, мало кто из ученых сегодня сомневается в том, что Земля является предельно энергонасыщенной и высокоорганизованной системой, обладающей неограниченным объемом памяти. Так почему бы нам действительно не начать налаживать рабочий контакт с “суперкомпьютером Земля”? Тем паче что Москва является особого рода полигоном, где природа пытается продемонстрировать свои неограниченные возможности. А иначе… Все тот же профессор Комаров рассчитал, что только триллионной части имеющейся в недрах Земли энергии достаточно для того, чтобы в течение библейских “сорока дней и ночей” поднять уровень океана на три, а то и на пять километров. То есть вызвать Всемирный потоп и избавиться от неразумной цивилизации, предварительно сняв с ее центра — Москвы — защитный колпак.



Партнеры