Прокуратура перешла грань

7 октября 2003 в 00:00, просмотров: 100

Уже больше трех месяцев идет война Генеральной прокуратуры с нефтяной компанией ЮКОС. За это время чего только не искали правоохранительные органы в организациях, которые имеют хоть какое-то отношение к этой нефтяной компании. Начали с поиска убийц, продолжили расхитителями государственного имущества и налоговыми нарушениями. На этот раз кривая следственная дорожка привела силовые структуры в подмосковный интернат для детей-сирот.

Кто, зачем и какие цели преследует — непонятно. Комментарии рождаются с той и другой стороны, но “маски-шоу” не прекращаются. Вчера на пресс-конференции руководитель компании ЮКОС Михаил Ходорковский, отвечая на вопросы журналистов, с трудом скрывал недоумение.

— Все началось 20 июня, — вспомнил Михаил Борисович. — Тогда арестовали бывшего сотрудника компании, которого прокуратура подозревала в организации заказного убийства. Никаких доказательств так и не предъявили. Равно как и не извинились за то, что человек уже три месяца сидит в тюрьме. Попади дело в суд — развалится обязательно. Потом арестовали Платона Лебедева, который ни от кого и не думал скрываться. Дескать, он нарушал приватизационное законодательство. По этому делу давно достигнуто мировое соглашение между структурами ЮКОСа и государством. Тем не менее прокуратура продолжает искать.

За три месяца Ходорковский впервые решил лично вмешаться во взаимоотношения своей компании и Генпрокуратуры. Все это время он пытался оставаться в стороне от всех этих перепалок. Однако в пятницу, в момент, когда на трибуне выездного Давосского экономического форума в Москве ждали Владимира Путина, ему позвонила жена и сообщила, что его личный дом окружен автоматчиками. Одновременно вооруженные до зубов люди блокировали территорию подмосковной школы-интерната в Коралове, которую уже почти десять лет содержит нефтяная компания. По словам Ходорковского, прокуратура перешла “моральный рубеж”. Если речь идет о деньгах, давайте о них и говорить. При чем же здесь дети?

Действительно, в интернате учатся 120 совершенно обычных ребят из абсолютно различных социальных групп. Есть сироты, дети погибших пограничников, дети из неполных семей. Как сообщил первый директор интерната генерал-майор погранслужбы Юрий Мамонов, лицеистов вывозили из-под огня прямо на военных вертолетах, когда они вместе с родителями оказались в эпицентре гражданской войны. И сейчас ребята вновь испугались людей в камуфляже...

Сотрудники интерната предположили, что Генеральная прокуратура натравила автоматчиков на ребят только лишь для того, чтобы в списанном юкосовском компьютере попытаться отыскать остатки “утаенного криминала”! Впрочем, найти что-либо в компьютере, где давно хранятся игры и учебные планы, а не бухгалтерская информация, невозможно. Этого не могли не знать следователи. Скорее всего это был обычный акт устрашения. Ведь сотрудники Генпрокуратуры смогли унести с собой только переписку по поводу постройки прачечной, несколько хозяйственных распоряжений, план комплекса зданий. Все это не имеет даже отдаленного отношения к делу. Одновременно автоматчики прочесали небольшой поселок из 18 домов, окружили жилище самого Ходорковского. Впрочем, на этот раз руководителя ЮКОСа следователи не беспокоили. Ограничились обыском дома Платона Лебедева и еще одного сотрудника компании.

Отвечая на вопрос журналиста о том, чего же добиваются следователи, Ходорковский сообщил: “И мне бы хотелось об этом узнать. Хотя бы через прессу. Если кто-то хочет сделать из меня политэмигранта — не выйдет. Из России я не уеду. Если хотят посадить в тюрьму, то и это в нашей стране теперь не составит труда. Все эти события вынудили меня отказаться от командировки за границу. Однако бизнес есть бизнес, и засиживаться дома я не могу. А значит, уже сегодня улетаю. Так что до субботы меня не будет в Москве. Прошу прокуратуру меня пока не искать”.




Партнеры