Езда пленительного счастья

8 октября 2003 в 00:00, просмотров: 368

Мерный гул, словно издаваемый миллионом гигантских пчел, слышен за несколько километров. От разноцветных флагов всех стран мира рябит в газах. Это — Хоккенхайм. Мекка автомобильного спорта. Здесь когда-то гонялись великие Ники Лауда, Нельсон Пике, ругались и мирились Ален Прост и Айртон Сенна. Здесь, расположившись на трибуне напротив стартовой прямой, можно было успеть съесть порцию сосисок с горчицей и запить кружечкой пива, пока за пролетевшим пулей Михаэлем Шумахером покажется кто-нибудь следом. У нас такого нет. И вряд ли когда-нибудь будет. У нас и у них — совсем по разному, это как сравнить коробку спичек и извержение вулкана.

Чемпионат Германии по шоссейно-кольцевым гонкам — соревнование особое. Элитные пилоты — Жан Алези, Карл Вендлингер, Берндт Шнайдер — здесь гоняются, не очень сожалея о “Формуле-1”. И в самом деле, в сверхмощной категории DTM скорости и шумовое оформление практически те же. Если не больше. Зрители — разговор особый. Например, в день объединения Германии во время обыкновенной свободной тренировки автодром собрал больше 100 тыс. человек. Иные за определенную плату попросту разбивают здесь палатки и живут весь уик-энд семьями, всячески поддерживая своих. Тинейджеры, надрываясь, катят по асфальту покрышки от “Формул”, майки исписаны автографами кумиров. Это праздник. Восхитительный, трогательный. Я моментально представил себе нечто подобное на “Невском кольце”, и мне стало смешно. И грустно.

* * *

Совсем недавно исполнилось три года знаменательному событию. Российская автоспортивная элита, разочаровавшись домашними перспективами, потянулась в Европу. И одновременно в прессе появились сообщения о том, что русские стоят на пороге “Формулы-1”. Прошло немало времени, и где они все? Известный автогонщик, чемпион СССР, а теперь тренер Александр Орловский констатирует: “Дело не в том, что у нас плохие пилоты. Нет, проблема в неправильном подходе. Что такое, скажем, “Формула-БМВ”, “Трешка” и все остальное? Посмотрим правде в глаза: это утешительные гонки для тех, кто еще или уже не попал в первую “Формулу” или тот же DTM. Но чтобы достичь вершины, нужно идти поэтапно, научиться филигранно водить свой детский болид, чтобы когда-нибудь пересесть на более серьезный. Дальше — годы совершенства, повышения в классе. Те, кому повезет, рано или поздно окажутся тест-пилотами Ф-1 (опять же за большие деньги) и только потом, возможно, выйдут на гонку”.

Не согласиться нельзя. Модель общепринятая. Что же происходит у нас? Российские драйверы хотят всего и сразу, не задумываясь о том, что к солидным соревнованиям их не допустят и за километр. “Давно прошли те времена, когда в “Формулу-1” пускали за бабки, — говорит Александр, — последним был Бельмондо-младший. К слову, Поль ни разу не прошел квалификацию”.

...В германском чемпионате представлены и наши. Володя Лабазов, которому не исполнилось и 20, сел за руль гоночного болида меньше двух лет назад. Очень перспективный гонщик нового поколения. В “Формуле-БМВ” гоняется один сезон — и далеко не безуспешно. Компания впечатляет: этот своеобразный гоночный колледж собрал воедино чемпионов по картингу из разных стран — от Чехии до Ирландии. Ребята амбициозны и быстры. “Запомни эти имена, возможно, они станут известны на весь мир”. Швейцарской девочке Наташе Гашнан 15 лет, но она уже однажды побила всех соперников-парней. “Кляйне медхен” — сумасшедшая в хорошем смысле этого слова. На последней шпильке перед финишной прямой, которую боится даже Жак Вильнев, она тормозит позже всех и — вылетает на гравий.

— Интересно, а что творится в голове этакого сумасшедшего?

— Ничего. Гонки — это прогноз. А еще — включение сознания перемещения в пространстве.

— А реакция?

— Все на автомате. Ты видел их глаза перед гонкой? Их же колбасит! Они вот прямо сейчас готовы всех порвать. Но это все уходит с зеленым сигналом светофора. Да, гонщики из элиты, которых показывают по телевизору в России, научились скрывать свои эмоции. Но это дела не меняет.

— Как с этим делом обстоит у Владимира?

— Он излишне спокоен, но поэтому мы и здесь — надо с человеком заниматься. Я от него не отстаю практически 24 часа в сутки. Наблюдаю за ним во время утренней пробежки, когда он, работая мышцами, моделирует гонку. Заставляю его питаться: в гонку нельзя уходить голодным, хотя многие русские так и делают.

Да, им еще далеко до Шумахеров. Но начало положено. Не забуду рассказа молодого ирландца, выигравшего один из этапов: “Ничего я в гонке не запомнил. Потому что подхватил грипп и сел в кокпит с температурой 39. Кажется, это и помогло!”



* * *

Финальный этап DTM — это как сладкое блюдо после доброго ужина. Уши безнадежно заложены, глаза не поспевают за проносящимися “Мерседесами”. Но не покидает ощущение того, что прикоснулся к чему-то великому. Жан Алези, кумир моего детства еще по выступлениям в “Ф-1”, улыбнулся. “Мне здесь хорошо и уютно, и ничуть не жалею, что променял монокок на кузов...” Он не обещал мне выиграть, но было предчувствие, что маленький сицилиец с французским паспортом сделает это. Его черный “Мерседес” пришел к клетчатому флагу первым, и я — уж простите за наглость! — ощутил себя соавтором этой победы...






Партнеры