Прописка преткновения

9 октября 2003 в 00:00, просмотров: 137

— Вся жизнь псу под хвост, — подвел итог нашей беседы Сергей Иванович Мишин, — хоть начинай все с белого листа...

Рассуждать так он начал совсем недавно. Мишин со вздохом вспоминает, как с женой Еленой и сыном Костей каждое лето ездил отдыхать, как радовались они кооперативной “трешке”, как принимали у себя гостей и сами ходили в гости. В общем-то, нормальная жизнь, нормальные семейные отношения. Впрочем...

Так получилось, что, окончив институт, сын почти не жил дома — поселился у своей знакомой. О будущей избраннице Константина родители и не догадывались, пока не раздался телефонный звонок.

— Ну что, будущие родственники, когда кольца покупать будете? — на том конце провода была их будущая сваха.

Мишины онемели. Новость о том, что их сын женится, стала полной неожиданностью. В голове не укладывалось: их мальчик женится? Как, на ком? Вскоре сын представил живой ответ — привез на дачу будущую жену. У Кати к тому времени уже была двухлетняя дочка и штамп о разводе в паспорте. Невестка Мишиным не приглянулась.

— Я сразу Косте сказал, — говорит Сергей Иванович, — незачем такую обузу на себя брать.

Но сын ходил как шальной. “Мы с Катей любим друг друга”, — только и твердил он.

В загс отец молодых не повез — запил. На регистрацию Катя и Костя отправились пешком...

Сын по-прежнему обитал в трехкомнатной квартире жены в Дзержинске. Молодая семья жила как в коммуналке — делила “трешку” с братом Екатерины. Правда, как только у младших Мишиных родилась дочь, деверь сбежал к родителям. На радостях молодые даже сделали в пустых хоромах хороший ремонт. Увы, мечты стать полновластными хозяевами на отремонтированной жилплощади так и остались мечтами.

— Теща хотела отдельную квартиру для своего сына, — рассказывает Константин. — Она требовала разменять “трешку” на две однокомнатные.

Через суд родственники жены поделили финансово-лицевой счет. В освободившуюся комнату теща то и дело грозилась пустить квартирантов. Что было делать? Константин пошел к родителям: предложил обменять их “трешку” на двухкомнатную квартиру. На доплату он собирался купить жилье для брата Кати.

— Мне как воздух нужны были деньги, — голос у младшего Мишина дрожит.

Скрепя сердце, Сергей Иванович развесил объявления по району. Но ни один вариант старших Мишиных не устроил.

— Да они просто не хотели размениваться, — считает Костя. — Если я что-то предлагал, родители начинали дуться.

Теперь уже никто и не вспомнит, когда тлеющий исподволь семейный конфликт приобрел вполне осязаемые формы. На совместных праздниках молодые ели только то, что принесли с собой, на дачу привозили собственное белье, запрещали детям есть конфеты, которые для них оставляла бабушка.

— Мы с женой решили от них ничего не брать, — объясняет Костя. — Дача, приглашения в гости, сладости — подачки, которыми от нас хотели откупиться...

Константин все реже бывал у родителей. Объявился, лишь когда у Сергея Ивановича умерла мать и старший Мишин получил в наследство 30 тысяч долларов. Костя потребовал от отца 20 тысяч.

— Либо деньги, либо я прописываю в вашей квартире дочь, — выдвинул он ультиматум.

— Не понимаю, зачем ему были нужны такие деньги, — возмущается Сергей Иванович. — Квартира в Дзержинске стоит от силы 15 тысяч долларов.

— Я ни копейки не положил себе в карман, — парирует Костя. — К тому же это были мои деньги. Последние полгода только я ухаживал за бабушкой. Она вообще хотела оформить завещание на меня. Я даже возил ее к нотариусу, но довести дело до конца не успели.

Старшие Мишины сидели на валерьянке, не спали ночами. В конце концов деньги все-таки отдали. Но — с условием: получив доллары, Константин в недельный срок выписывается из квартиры. Сын даже обязательство написал. Однако ни через семь дней, ни через месяц у жены не прописался.

— Почему я должен выписываться? — возмущается Костя. — Деньги я честно отработал, когда ухаживал за бабушкой. Я тогда всего себя истратил, нервы не выдерживали. А обязательство написал только для того, чтобы эти 20 тысяч получить.

Сын уверяет: отец любит выпить. И что папаша может сделать в таком состоянии с квартирой, никому не известно. У матери слабое здоровье. А значит, случись что — прощай московская квартира...

Сейчас старший Мишин ищет адвоката и пишет исковое заявление. Он готов судиться с сыном. Для Константина судебное разбирательство с родственниками скорее норма, чем исключение: совсем недавно Костя уже делил квартиру с братом жены...

Современных “отцов и детей” не интересуют проблемы мироздания. Причиной разногласий становятся не идейные убеждения, а квадратные метры и пачки зеленых бумажек. Посягательства на эти святыни не прощают никому, даже самому близкому человеку. Не страшно терять родственников, не страшно остаться в одиночестве. Главное, чтобы у одиночества была собственная комната и прописка.




    Партнеры