“Hовый” армянин

13 ноября 2003 в 00:00, просмотров: 208

Певец и композитор Игорь Саруханов в особом представлении не нуждается. “Дорогие мои старики”, “Скрипка-Лиса”, “Лодочка” — почти каждая его песня становится стопроцентным хитом. Тем приятнее, что после полуторагодовалого перерыва Игорь вновь порадовал слушателей своим новым альбомом, который так и называется — “Новый альбом”. Простенько, но со вкусом. Чем не повод пригласить артиста на прямую телефонную линию с нашими читателями? Тем более что вопросов к Игорю у них накопилось масса. О “Новом альбоме”, о скорой смене имиджа, о семейном положении, да и просто о жизни — для Саруханова запретных тем не существует.


— Здравствуйте. Меня зовут Ирина, я из Пенсионного фонда России.

— Здравствуйте, у меня к вам тоже будет пара вопросов. Я в течение 25 лет исправно плачу налоги. Куда они уходят? В Пенсионный фонд или еще куда?

— Нет, налоги к нам не уходят. Мы занимаемся пенсиями.

— А из чего будет состоять моя пенсия лет через пятнадцать?

— По новой реформе, вы имеете в виду?

— При чем здесь новая реформа? Пенсионный фонд сколько существует десятилетий?

— Не десятилетий, нам всего-то 12 лет. Я вам объясню: от предприятия идут 14% в наш фонд, из этого и складывается ваша пенсия. А по новой реформе будет еще и накопительная система. Вам пришлют конвертики, и вы сможете выбрать систему начисления своей пенсии.

— Я понял. Какие у вас вопросы?

— Вы женаты сейчас?

— Давно.

— А у вас дети есть?

— Пока нет.

— А где вы любите путешествовать?

— Я езжу на гастроли, переезжаю из одного города в другой. Я считаю, это путешествия. Напутешествовался уже, как мне кажется.


— Здравствуйте. Меня зовут Лена. Мы с вами на сайте давно общаемся.

— А, Лена! Вот вы где мне попались.

— Так приятно вас слышать.

— С вами тоже приятно на сайте общаться. Вы остры на язычок. А я, кстати, грешным делом подумал, что это надо мной мои знакомые подшучивают. Есть у вас вопрос?

— Вы так оригинально свой новый альбомчик назвали. А следующий как будет называться — “Новее нового”?

— Я еще не написал ни одной песни для нового альбома. И о названии, понятное дело, пока не задумывался.


— Здравствуйте. Меня зовут Любовь Ивановна. Я из Рузского района. Мы с мужем живем 34 года, очень любим ваши лирические песни. Хотелось бы узнать, какие еще душещипательные песни у вас появятся в скором времени?

— В новом альбоме много таких песен. Пять из которых стали лауреатами Песни года... А вы знаете, что я тоже в Рузском районе живу?

— Тоже в Рузском? А где?

— Под Звенигородом, возле Тучкова.

— А мы на берегу Москвы-реки, возле санатория “Дорохово”.

— Понятно. Я тоже на берегу Москвы-реки живу.

— Мы желаем вам удачи. Готовы вас слушать днем и ночью. Больших вам творческих успехов и добрых песен, которые берут за душу. До свидания.

— Добрый день. Меня зовут Татьяна. Скажите, а почему сейчас на телевидении вас мало показывают?

— Наверное потому, что вы его просто не смотрите. В течение этой недели каждый день по два раза почти на каждом канале показывали. Не знаю, где вы были. Наверное, на работе. Я-то вас прекрасно понимаю, потому что сам себя видел только на Песне года. И то случайно.

— Да, я тоже работала. Но знайте, что вы нам очень нравитесь, и мы не хотим вас терять.

— Да уж, не надо.

— Все время смущало название вашей песни “Скрипка-Лиса”. Если судить по клипу — вроде как “скрип колеса”. Поясните.

— Этот вопрос мне задают, наверное, уже лет семь. Поэтому на всякий случай я зарегистрировал сразу два названия: “Скрипка-Лиса” и “Скрип колеса”. Можно выбрать любое. Но если вы помните, в песне есть образ зла — черные вороны, которые “склевали все в твоей судьбе”. А образ доброты — как раз Скрипка-Лиса.


— Меня зовут Лариса.

А как у вас дела?

— Хорошо, Лариса.

— Я очень рада. Хотела спросить насчет вашего имиджа. Сколько помню, вы никогда не менялись. Не было желания поэкспериментировать с цветом, длиной волос?

— Лариса, вы меня удивили сейчас. У меня раньше были длинные волосы, распущенные, кудрявые. Помните?

— Так они и сейчас у вас распущенные, кудрявые.

— Да вы что? Они уже три года как прямые и собраны в хвост.

— Это разве изменения? Почему бы вам кардинально не поменять свой имидж?

— Думал на эту тему. Годика через два можно будет совсем налысо стричься. Но пока рано. А какие новости у вас? На сайте бываете?

— У меня с Интернетом очень плохо — я с ним не дружу... Игорь, а можно, я своей маме трубку дам? Она так хотела с вами поговорить.

— Пожалуйста, давайте маму.

— Здравствуйте, я восхищаюсь вашим творчеством, желаю дальнейших успехов. И очень мы с дочкой довольны, что к вам дозвонились. Всего доброго.


— Игорь, у вас такая шикарная прическа. Это ваши натуральные локоны или вы их закручиваете?

— Нет, натуральные, зачем мне их закручивать. Да и некогда.

— А вы не пробовали стричься?

— В 89-м году подстригся, так меня мать родная не узнала. А потом решил ходить так же, как и в школе, с длинными волосами.

— У вас в школе были длинные волосы?

— Конечно, и даже в армии тоже.

— А как же советская педагогика мирилась с этим?

— Она не мирилась. Она от меня зависела, потому что я был руководителем школьного ансамбля. Как только наступали праздники, педагоги обращались ко мне, чтобы мы выступили. Причем ничего за это не платили. Куда уходили те деньги — понятия не имею.

— То есть они на ваших локонах, собственно говоря, зарабатывали?

— Может, и зарабатывали. Экономия, по крайней мере, точно была. Но на оценках это никак не отражалось.

— Да? А какие у вас были оценки?

— Тройки. А когда я брался за ум, потому что был способным, и отвечал на “пятерку”, мне ставили “четыре”. Учительница по математике никогда не верила, что я могу сам решить задачку. И постоянно мне доказывала, что решил не я, а сосед по парте. А когда я говорил: “Хотите, я сейчас его задачку решу?” — она меня выгоняла из класса. Наверное, не любила за что-то. Может, за то, что и я не очень-то любил ее предмет.


— Добрый день, Игорь. Меня зовут Алексей, мы виделись с вами много раз. У меня два вопроса. Во-первых, как живет ваш английский спаниель?

— Хорошо. Недавно он у нас пропадал, но нашли. Жив и здоров.

— И когда будете выступать в Москве? Хотим услышать золотую гитару России.

— Золотую гитару... Спасибо, очень тронут. Я всегда считал себя... уж не знаю кем. А еще и гитарист, оказывается... В общем-то да, в школе я учился играть на гитаре. А потом в своей группе всех лучших гитаристов собрал. А насчет концертов — мы готовимся провести концерт в “России”. Будет рано или поздно. Не в этом — так в следующем году точно.


— Меня зовут Надежда. У меня к вам вот такой вопрос: насколько я знаю, ваша бывшая жена вышла замуж за Владимира Преснякова. Это так?

— Да, это так.

— Наверняка вы в тусовках с ней пересекаетесь. Общаетесь?

— Мы не общаемся лет семь-восемь.

— А почему?

— Ну просто не общаемся: у меня свои интересы, у нее свои.

— Знаю, что по национальности вы — армянин. Как человек южный, не ревнуете свою бывшую жену?

— Да нет.

— А с Пресняковым какие у вас отношения?

— Володя — бывший мой товарищ. Так скажу: он мог бы быть немножко повоспитаннее... Ребят, на самом деле все очень просто: у меня все как у всех. Ничего особенного.


— Меня зовут Олег. Хочу передать вам привет от славного города Орла.

— Спасибо.

— Просто знаю, что с Орлом вас связывают определенные воспоминания.

— Я поступал там в училище. Слава богу, меня не приняли.

— Хотел задать такой вопрос: вы каким-то образом поддерживаете отношения с ребятами, которые выступали с вами в группе “Круг”?

— Ну конечно. Здороваюсь, спрашиваю, как их здоровье.

— А чем они сейчас занимаются?

— Васильев работает в “Поющих гитарах”. Саша Лизунов сидит дома, пишет аранжировки. Миша Файнзильберг — между Америкой и Россией: то там, то здесь.

— А вы не хотите собраться тем старым составом хотя бы на один концерт?

— Мы думали об этом. Просто надо знать, зачем это нужно. Потому что на языке эмоций это звучит здорово, а на языке цифр — несколько иначе.


— Здравствуй, Игорь. Это Лена, твоя старая знакомая. Рада, что нашла возможность тебе позвонить и сказать, что ты мне очень нравишься.

— Лена, может быть, вы раскроете секрет нашего знакомства?

— Я была у тебя в гостях, и твоя кошка почему-то меня невзлюбила. Игорь, просто я действительно рада, что смогла дозвониться. Твое семейное положение не позволяет мне звонить тебе домой.

— Это правильно.




    Партнеры