Честь отымею!

14 ноября 2003 в 00:00, просмотров: 209

Суд был закрытым. Интеллигентный дедушка в очках, по-морскому подтянутый и строгий — ни дать ни взять командир подводной лодки, — как школьник, зубрил перед адвокатом свое последнее слово. “Пенсия у меня маленькая, вот и решил подработать — открыть в Тамбове баню, пусть люди моются. Разве за это можно в тюрьму сажать?” — откровенно удивлялся он.

Бывший моряк, а ныне подсудимый Анатолий Иванович Георгиев (фамилия изменена. — Авт.), по кличке Дед, виновным в содержании притона себя не считает.

И действительно, разве ж виноват он, что его маленькая парная превратилась в элитный бордель, где без устали трудились малолетние “внучки”: отличницы-студентки и даже одна школьница.

“В гостях у Деда”

Такое название получила на первый взгляд обычная приусадебная банька в центре Тамбова. Дед Толя соорудил ее неподалеку от железнодорожного вокзала, среди уютных одноэтажных домишек с болтливыми и вездесущими бабульками-соседками. Заветный адресок передавался из уст в уста: “парились” здесь и местные, и москвичи с поезда.

Во дворе стоял гараж, на втором этаже которого открылся “номер люкс” для самых дорогих и любимых клиентов-завсегдатаев. Дедова “крепость” была обнесена высоким забором. “Очень мирный и спокойный наш сосед, — удивляются жители близлежащих домов. — Ни в чем предосудительном мы его не замечали. Не то что некоторые мужики, которые с утра выпьют и вечером на ногах уже не стоят. Одно слово, порядочный!”

— Дед — классный. Он мне всегда организовывал встречи с приличными людьми. Аванс выдавал до секса, а не после, — это уже мнение одной из “работниц” дедовской баньки.

Обычно тамбовские проститутки голосуют вдоль двух главных улиц: Интернациональной и Советской. Стоят их услуги по столичным меркам копейки: 200 рублей с клиента. С этой нехитрой суммы, как водится, идет процент мамкам.

— Здесь можешь получить чистыми рублей пятьсот, — объяснила мне Алина, уличная “ночная бабочка”. — Я студентка, и стипендия у нас в провинции 396 деревянных в месяц. Почему я этим занялась? Очень хочется познакомиться с обеспеченным парнем и выйти за него замуж. Именно такие клиенты часто попадаются. А там как его охмуришь. В столице, конечно, пацаны побогаче. Но я бы туда на заработки добровольно не поехала: слишком уж опасно.

На двадцати метрах обочины — шесть человек рядком. Конкуренция, однако. Снял клиент девушку и едет с ней к Деду. В баньке тепло, просторно. Не то что в лесу. Анатолий Иванович подключил городской и внутренний телефоны, по которому в постель всегда можно было заказать ужин и выпивку. Даже сигнализация имелась, чтобы заранее предупредить о приходе посторонних. И, что самое интересное, урна для использованных кондомов.

— Дед не допускал девочек к уборке помещения. Он все делал сам, порядок любил, чистоту, ведь он бывший военный, — рассказывают оперативные работники. — Гражданин Георгиев регулярно менял постельные принадлежности и даже стирал их.

Презервативы Дед тоже закупал оптом. И о здоровье девочек заботился, выдавал им противозаточные средства.



Эсмеральда, дитя порока

Самой юной из проходящих по уголовному делу сотруднице баньки было семнадцать лет. Ее уникальное имя клиенты воспринимали как псевдоним.

Со своими первыми “работницами” Дед Толя знакомился через клиентов. Те привозили проституток с улицы. Отработала девчонка ночку, а добрый дедушка, если она ему внешне и по аккуратности приглянулась, уже тут как тут, телефончик записывает. Малолетняя Эсмеральда, напротив, предложила домашний номер сама — смелая школьница.

Кстати, почти все девочки почему-то не рисковали давать мобильный телефон — предпочитали домашний. “Да у них мобильных и не было”, — судачат горожане.

Ничего подобного — среди “банщиц” сплошь приличные девушки из хороших семей. Абы кого Дед на работу не принимал. После долгих раздумий Анатолий Иванович отобрал в записную книжку 21 постоянный телефон.

— В принципе в баньке у Деда можно было просто так попариться за двести рублей в час, — рассказывают оперативники. — Отдых с девушкой стоил уже 500—600 рублей. Из полученных от клиентов денег Дед отдавал проститутке ровно половину.

Вдобавок ко всему Анатолий Иванович оплачивал красотке такси домой — мало ли что в дороге случится. Например, хулиганы пристанут…

Провинциальный публичный дом отличался от столичных борделей домашней атмосферой, уютом и теплотой. До последнего дня не случалось склочных разборок. Баня топилась круглосуточно, без технических перерывов.

— Есть клиенты. Просят двух скромных девочек. Ты сегодня сможешь? — обычно вежливо интересовался Георгиев по телефону.

Популярность Дедовой баньки росла. Многие студентки приводили в “бордель на дому” близких подруг. Дед Толя постепенно стал разборчив и устраивал претенденткам на вакансию настоящий кастинг. Неряшливые и неаккуратные выпроваживались сразу же.

А еще все девочки, например, знали, что заигрывать с хозяином нельзя — больше всего на свете тот боялся свою ревнивую женушку, хотя и любил ее сильно.

— Дед никогда не принуждал меня к сексу с неприятными людьми, — клянется одна из “банщиц”. — В принципе мне у него нравилось. Интеллигентно очень.

Банное благолепие закончилось 23 июля 2003 года. Под видом навороченных клиентов внутрь проникли милиционеры. “Была проведена проверочная закупка проституток. После получения гражданином Георгиевым помеченных денег в сумме 1600 рублей девушки разделись. И мы им объявили о проведенной операции и ликвидации притона”, — рассказывают оперативники.



“Верните Деда!”

“Верните Деда!” — требуют большинство клиентов. Даже узнав о начавшемся уголовном расследовании, многие посетители бани все равно звонили Георгиеву и просились “попариться” тет-а-тет — пока, типа, Дед еще на свободе.

Анатолий Иванович не представлял опасности для общества, и поэтому его отпустили под подписку о невыезде. Процесс, который начался на днях в суде Советского района Тамбова, должен стать образцово-показательным. Ведь статья УК РФ об организации притонов в провинциальных российских судах никогда раньше не применялась.

Посторонних на процесс не пустили. Как объяснили — чтобы свидетельницы не боялись рассказывать об интимных подробностях своей работы.

Конечно, проституток в Тамбове меньше не стало. Только теперь “внучки” Анатолия Ивановича играют в любовь в других злачных местах — массажных кабинетов и дорогих саун в городе хватает.

Элитный притон “В гостях у Деда” просуществовал чуть больше полугода. Поговаривают, что закрыли его вовсе не из-за борьбы за нравственность, а потому, что своей простотой и “домашним” уютом он привлекал слишком много денежных клиентов — вот конкуренты и постарались.






    Партнеры