Время сушить сухари

14 ноября 2003 в 00:00, просмотров: 851

“Не стучите лысиной по паркету”, — говаривал известный литературный персонаж. В том смысле, что не надо, дескать, нервничать.

Если перевести это выражение на современный язык — а заодно избавиться от намека на недостаточность волосяного покрова головы у некоторых высокопоставленных господ (хотя, как утверждает нынче слабая половина человечества, недостаточность этого самого покрова — очень даже “секси”), — то получится вот что: “Истерику просил бы прекратить”.


Это наш президент так высказался.

А мы и так — ничего. Не истерим и не нервничаем. Мы уже давно ко всему привычные.

А тут наш президент опять высказался. “Надо исполнять закон всегда, — заявил ВВП, — а не только тогда, когда схватили за одно место”.

Хорошо сказал, между прочим. По-нашему, по-сове... То есть по-российски. Жаль только, не уточнил, за какое такое место хватать нужно. И на личности не переходил. Ни Ходорковского не упомянул, ни Лебедева. Так, в общем сказал. А в общем — оно, конечно, правильно: закон нужно всегда сполнять, а не только тогда, когда.

Все эти высказывания звучат на фоне слаженного мужского хора, состоящего из облеченных властью государственных мужей. Хор исполняет кантату, в которой, многократно повторяясь и усиливаясь, звучат слова: “Никакого передела собственности в России не происходит!”

И ведь действительно: не происходит. Как она была, эта собственность, так и есть. Зачем ее переделывать?

Происходит у нас — передел собственников.

Вот, к примеру, арестовала Генпрокуратура больше половины акций ЮКОСа. Потом, правда, некоторую часть вернула. А ведь могла бы и вовсе все арестовать. А так — не все, а только 44,1%. И даже как бы с извинениями. Дескать, мы только акции находящихся под стражей господ из ЮКОСа прибрали. Чтоб ежели что — было чем судебные издержки оплатить.

Между тем под стражей находятся двое: Ходорковский и Лебедев. Им принадлежат 16,5% акций. Ну, еще есть 7% акций, принадлежащих Шахновскому. Владелец пока еще не задержан, но приплюсуем и их. Так сказать, на всякий случай. Итого — 23,5%. С тем количеством, на которое Генпрокуратура покусилась, все равно не сходится. Может, в Генпрокуратуре с арифметикой плохо?

Да нет, граждане. С арифметикой у прокурорских все в порядке. Хотя я бы и не поручился. А просто арест остальных акций — я бы сказал, превентивный. Кому конкретно принадлежат оставшиеся 20,6%, мне неведомо. Но, думаю, именно эти господа на очереди у Генпрокуратуры. Чтобы потом за их акциями не бегать.

И самое главное: чем бы ни закончился скандал с ЮКОСом, арестованные акции к их владельцам, я уверен, уже не вернутся. Ну, потеряются или еще что. Тут у Генпрокуратуры большой опыт имеется — по отъему чужой собственности. Руководствуясь, понятное дело, революционным правосознанием.

Это и есть передел собственников.

* * *

Но вот что любопытно. За семьдесят с лишним лет страх так прочно въелся в нас, что, казалось бы, он уже в наших генах и еще долго будет передаваться от поколения к поколению. Ан нет. Многие осмелели настолько, что никакие увещевания не помогают.

А увещевания имели место. Поначалу, так сказать, наглядные. Как в “деле” прежнего НТВ и Гусинского. Нам тогда ясно дали понять: не лезьте, потому как все равно не поможет. И на общественное мнение — пусть даже не всей его части, а лишь той, не слишком многочисленной, которая особенно остро чувствует несвободу, — властям в высшей степени наплевать.

Однако наглядные увещевания, похоже, не сработали. Более того: в “дело” ЮКОСа и Ходорковского неожиданно оказались вовлеченными совсем, что называется, простые люди — не защищенные ни громкими именами, ни состояниями, дающими возможность безбедно жить за границей. Похоже, мы начали избавляться от страха значительно раньше, чем надеялись товарищи в погонах.

Особенно развернулся Интернет. Его клиенты могли бы сохранять инкогнито — особенно в столь щекотливой и непредсказуемой ситуации, как с ЮКОСом и Ходорковским. Однако, защищая их, люди предпочитают бой с открытым забралом — сообщают свои фамилии и адреса. Следовательно, они не боятся.

Начну, впрочем, не с Интернета, а с “Заявления представителей политических и общественных организаций Костромской области:

Арест Ходорковского стал кульминационным моментом в беспрецедентной кампании давления Генеральной прокуратуры РФ на отечественный бизнес. По нашему мнению, эта кампания носит исключительно заказной и политический характер. Удар нанесен по руководителю компании, одним из основных принципов деятельности которой является открытость и прозрачность. Компании, реализующей социально значимые проекты. Мы убеждены, заключение Ходорковского под стражу преследует только одну цель: показать обществу, что к власти в России приходят силы, взявшие курс на сворачивание демократических завоеваний последнего десятилетия.

Арест Ходорковского влечет за собой самые неблагоприятные последствия как для экономической, так и для политической ситуации в стране. Поставлена под угрозу политическая и экономическая стабильность России. Иностранные инвесторы получили ясный сигнал: вкладывать деньги в экономику нашей страны опасно. То, что арест Ходорковского совпал с началом активной фазы избирательной кампании по выборам депутатов Государственной Думы, показывает, что антидемократические и антиреформаторские элементы в силовых структурах готовы к тому, чтобы ввергнуть Россию в политический хаос.

Мы обращаемся к Президенту Российской Федерации В.В.Путину с просьбой вмешаться в ситуацию вокруг НК “ЮКОС”. Отсутствие однозначной, недвусмысленной и публично заявленной позиции главы государства по этому вопросу чревато тем, что события в стране начнут развиваться по самому непредсказуемому и самому опасному сценарию.

Заявление подписали: депутат Думы Костромы Николай Сорокин; координатор Инициативной группы жителей города Костромы Сергей Хьютти; президент благотворительного фонда “Воскресенье”, член Комиссии по правам человека при губернаторе Костромской области Петр Шпанченко; член Московской Хельсинкской группы священник Георгий Эдельштейн; координатор Костромского регионального некоммерческого партнерства Ассоциации “В защиту прав избирателей “Голос” Алексей Андреев и другие.

Отмечу упование “подписантов” на ВВП, на его “публично заявленную позицию”. А Президент между тем уже заявил. Совершенно “однозначно и недвусмысленно”. Во-первых, в том смысле, что не надо стучать лысиной по паркету. А во-вторых, что торг тут неуместен, и потому его, торга, не будет.

Ну, на “нет” и суда нет. Хотя что это я... Суд нашелся. Очень подходящий суд. Басманный.

А теперь — нырнем в Интернет. Познакомимся с некоторыми мнениями наших непугливых сограждан.



* * *

“Больше всего поразило выступление Путина и его слова о том, что ни с кем он встречаться не будет — ни с РСПП, ни с Госдумой — в отношении дискуссии по этой проблеме. Как так не будет? Путин избран народом, а отношение людей к Ходорковскому по меньшей мере уважительное. И если избиратели хотят, чтобы он не сидел в тюрьме, то как к этому можно не прислушаться? Мы все взрослые люди и все прекрасно понимаем, что и откуда растет. Такой произвол просто бесит. Если потребуется, то я готов помочь собрать подписи избирателей (тех, кто избрал Путина) в поддержку пересмотра действий Генпрокуратуры в отношении Ходорковского. Потому что я не хочу испытывать неприятные ощущения от того, что и ко мне завтра могут прийти “люди в черном” для предъявления мифических обвинений.

С уважением и поддержкой, А.С.Ольховский, г. Омск”.


“Я в полной мере поддерживаю позицию главы компании ЮКОС г-на Ходорковского и не принимаю лживые заявления Генпрокуратуры по поводу якобы неуплаты налогов. Это, увы, все знакомо.

В высшей степени ценимо то, что Михаил Ходорковский нашел в себе силы не уехать из России, как Березовский или Гусинский, хотя, с другой стороны, имел полное право на это.

С.Н.Каменев, директор Центра пакистанских исследований, Институт востоковедения Российской академии наук, Москва”.

2“СМИ вещают, что народ ненавидит олигархов. Брехня.

Я представитель того самого народа, причем в некоторой степени сразу трех его слоев. Происхождение у меня самое пролетарское. Работаю доцентом технического университета. А еще у меня есть свой маленький бизнес.

Позвольте выразить Вам, г-н Ходорковский, мое уважение и поддержку. Кроме всяких видимых достижений, Вы решаете еще одну незаметную, но очень важную государственную задачу. Вы показываете российским пацанам, каким должен быть настоящий мужик: умным, предприимчивым, интеллигентным.

Сергей Федосеев”.


“Возмущен действиями Прокуратуры в отношении ОАО “НК ЮКОС” и Михаила Ходорковского. Это невероятный беспредел и попрание закона со стороны “ока государева”, которое поставлено как раз на то, чтобы не допускать нарушений закона. Если Прокуратура позволяет себе такое, то что же ждать от остальных “правоохранителей”? И если такое возможно сделать с ЮКОСом, то что же можно сделать с миллионами более мелких организаций, о которых даже и не знает никто? Поэтому в сложившейся ситуации надо дать коллективный отпор беззаконию, иначе собирай чемоданы и “дергай” отсюда.

По стране гуляют тысячи реальных преступников и мошенников, в отношении которых никто ничего делать не хочет, и добиться справедливости или хотя бы возбуждения уголовного дела практически невозможно, а прокуратура занимается беспределом и разбазариванием денег налогоплательщиков. Создается впечатление, что они забыли, кто их содержит.

Адвокат Д.А.Трусов”.


“Как это ни наивно звучит, можете рассчитывать на меня лично и моих коллег. Мы, мягко сказать, возмущены происшедшим и считаем это, извиняюсь за арестантский жаргон, беспределом. Не могу сидеть спокойно при виде этих событий, но не знаю, что могу сделать. Мне стыдно за свою страну, но я верю, что ее можно изменить, и Михаил Ходорковский делает правильные вещи. Это сильный человек, за ним пойдут люди, которым есть что терять.

А.Пироженко, замдиректора экономических программ фонда “ЭПИцентр”, Санкт-Петербург”.


“Я простой предприниматель из Сочи, владелец небольшой информационной компании, со штатом 4 человека, хочу выразить поддержку Михаилу Ходорковскому.

Все обвинения Генпрокуратуры против него и против ЮКОСа являются надуманными, а его арест — произволом, который переходит все допустимые в нормальном обществе границы. Это является частью войны, которую ведут против российского бизнеса определенные властные круги, прежде всего — близкие к силовым структурам. Приходится только сожалеть о подобном отношении власти к бизнесу. Это показатель того, что в нашей стране до сих пор нет нормального гражданского общества. Но это также и показатель того, что ситуация меняется, что это действительно “последний бой” людей, которые не приемлют изменений в обществе, которые старательно пытаются “подпереть” разваливающуюся систему, основанную на страхе граждан перед правоохранительными органами. Они чувствуют, что их время прошло, что Россия меняется.

В.Красовский, г. Сочи”.


“Больно смотреть на то, что происходит в России в последние годы. Очень неприятно видеть, как не признающая закона власть давит все то, что может хоть как-то способствовать возникновению ростков гражданского общества.

У меня вызывает искреннее уважение позиция Ходорковского в конфликте вокруг ЮКОСа. К сожалению, не вижу сейчас благоприятного для него выхода. Ведь президент, без ведома которого, естественно, такие вещи происходить не могут, не знает иных способов решения проблем, кроме принятых в КГБ: провокация, силовое давление, шантаж, запугивание.

Мне кажется, у этой страны очень плохие перспективы с такими правителями.

Р.Хахалин, председатель Самарского отделения общественной организации “Гражданское оружие”.



* * *

Остановимся на этом последнем, виртуальном письме. Мнение его автора о действиях сотрудников ФСБ может показаться преувеличением. К тому же сами они, эти сотрудники, настойчиво уверяют нас: нынешняя ФСБ — совсем не то же самое, что прежний КГБ. Практика, однако, свидетельствует о том, что нынешние чекисты, приобретя некоторый внешний лоск и умение пользоваться “мобилами”, в сути своих методов изменились очень мало. Или даже совсем не изменились.

Имея в виду последние события, я говорю даже не о скандале с самим Ходорковским. Речь идет о совсем уж малоприятном инциденте, на который мало кто обратил внимание, — о визите сотрудников ФСБ в школу, где учится дочь олигарха.

Не так давно в эту школу, где учится Настя Ходорковская, заявились чекисты с удостоверениями офицеров Центрального управления ФСБ. Пожаловали они не с визитом вежливости и не в гости, а якобы для проверки готовности школы к противодействию террористам.

Ни до, ни после этого посещения, а также ни в одной другой московской школе никаких “антитеррористических проверок” не проводилось.

Впрочем, и на этом единственном “объекте”, выбранном чекистами, такая проверка тоже не проводилась. Визитеры проследовали в школьную канцелярию, где потребовали личные дела учеников в возрасте от 11 до 13 лет.

Насте Ходорковской исполнилось 12.

У этой чекистской традиции — многолетняя история. В первые годы советской власти семьи “социально чуждых” истреблялись под корень. Позднее, когда чекисты получили сталинское разъяснение — “сын за отца не отвечает”, — появились специальные лагеря и поселения для “детей врагов народа”. Во времена Брежнева—Андропова, с разгулом демократии, детишек и вовсе сажать перестали. Опекали только. Вот так же приходили в школы, где учились дети инакомыслящих, интересовались их отметками, поведением, высказываниями по “политическим вопросам”. Словом, давали понять родителям: имейте в виду, ваши дети — вот они, ежели что — вы пусть не себя, так хоть их пожалейте...

Сейчас, похоже, происходит то же самое. И удивляться тут нечему: нашей преемственностью традиций мы очень даже гордимся. Сначала мемориальную доску тов. Андропову повесили, “крестному отцу” психушек для диссидентов. Теперь вот, и уже не впервые, требуем вернуть Железного Феликса на Лубянскую площадь. Под тем предлогом, что нужно, мол, вернуть ей, площади, ее исторический вид.

Между прочим, до памятника Дзержинскому на той площади был фонтан. Вот его бы и восстановить, если уж мы так жаждем воссоздать исторический облик. Но фонтан нам не нужен. Не назидательно. Должные почтение и страх отсутствуют.

Так что подождем памятника Дзержинскому на площади его имени. Я так полагаю, ждать осталось недолго. А пока понаблюдаем, как чекисты используют свои отработанные методы — “опекают” детей тех, кто почему-либо не нравится власть предержащим.

Ну что — так и будем наблюдать? Молча? Тогда самое время — сушить сухари.



* * *

В заключение еще одно письмо.

“Я — обыкновенный священник Русской Православной Церкви, а потому в своем письме представляю только себя. Однако это не меняет сути моих слов и чувств.

Казалось бы, Христианство относится равнодушно к богатству и богатым людям, но оно не относится равнодушно к подлости, лжи, лицемерию и вероломству, а Вы, Михаил, стали жертвой именно этих свойств нашей новой государственной системы.

Еще недавно нам всем хотелось, чтобы в нашей стране человек мог свободно жить и трудиться. Чтобы мог, применяя свой талант, реализовать себя в разных сферах деятельности, в том числе и в частном бизнесе. И чтобы мог свободно верить в Бога. Когда-то и я боролся за это, возглавляя одну из демократических организаций в Твери. Еще недавно я думал, что это время пришло. Пусть это свершилось трудно, пусть с перегибами, но уже не вернется “телефонное право”, по которому из “властного центра” решат, кому жить на воле, а кому идти по этапу. И вот сегодня, с горечью глядя на Ваши мытарства, я вынужден констатировать возвращение произвола властей.

Еще недавно у нас, простых людей, была надежда, что, будь наша власть чуть-чуть посильнее, она лучше бы защищала российских граждан, да и на международной арене выглядела бы достойнее, не позволяя вытирать о Россию ноги всем кому не лень. Но Ваш арест говорит, что, обретая силу, эта власть соблазняется применить ее в преступных целях. Начать передел собственности (хотя собственность для христианина — не великая ценность). Не экономическими методами (это тоже было бы подло, но выглядело бы хотя бы легитимно), а грубыми полицейскими методами. Если Вы выстоите и государственный рэкет потерпит фиаско, то наша малая надежда на будущую справедливость русского истеблишмента еще сохранится. Поверьте, что без нее станет труднее (точнее, больнее) любить нашу многострадальную Родину.

Дорогой Михаил! Я не знаю, нужны ли Вам мои молитвы, но я буду молиться за Вас! Ваша выдержка и терпение — это часть моего патриотизма и моей веры в то, что Россия будет еще великой, процветающей державой. Молю Вас, сохраняйте терпение! Не идите на компромиссы с Генпрокуратурой!

И да поможет Вам Бог!

С глубочайшим уважением, священник Георгий Белодуров, г. Тверь”.





Партнеры