Зверская пилюля

21 ноября 2003 в 00:00, просмотров: 284

“Нось заклываем! Лоть отклываем”, — командует раскосая медсестра, тыча мне в лицо ложку тошнотворно пахнущей жидкости. Рвотный рефлекс не заставил себя долго ждать. Еще бы, чудодейственное лекарство настояно на тараканах, брюшках и чешуйках жуков-навозников и ногах саранчи! Это снадобье, как утверждает врач-китаец Куми Лун, помогает при переломах, суставных болях и улучшает аппетит. Для похудания есть другая настойка — тут желчь медведя, чернила каракатицы и вытяжка из змей. Лечат все и всем, что когда-то шевелилось, квакало или виляло хвостом. Дорого очень, но, говорят, безумно эффективно.

Что китайцу хорошо, то русскому кайф

Еще наши прапрабабушки сушили тараканов в печке, толкли в ступках в порошок, разводили кипятком и лечили воспаление легких, бронхиты, плевриты и отеки. Прусаков настаивали на масле и спирте, капали в нос при насморке, использовали в качестве примочек при ожогах и кожных нарывах. “А на Ямайке и практически на территории всей Юго-Восточной Азии врачи знают, что тараканы и все насекомые, в оболочках которых содержится хитин, прекрасное средство при переломах. Настойки и вытяжки из них способствуют быстрому срастанию костей”, — повествует мистер Лун, взвешивая каких-то черных блестящих жучков на аптекарских весах.

Как оказалось, у “тараканьих” лекарств есть еще побочное действие, обнаруженное китайцами: у мужчин улучшается кровоснабжение органов малого таза — а попросту эрекция, и, пардон, выводятся глисты. Кстати, все вышеперечисленные лекарственные особенности насекомых подтверждены современными медицинскими исследованиями, но только не в нашей стране. Например, препаратами, содержащими хитин, сейчас стали лечить облысение. Ученые Пенсильванского медуниверситета неожиданно для себя открыли, что кожа некоторых видов лягушек содержит природный антибиотик. Как тут не вспомнить, что наши предки клали лягушку в молоко, дабы оно не скисало. Да и царевна-лягушка, оказывается, правда, а не вымысел. Китаянки, по свидетельству Куми Луна, применяли свежую лягушачью шкурку в качестве маски на лицо. Ни морщин, ни прыщей, и кожа как у младенца. Медсестра радостно улыбается, поглаживая меня по щеке. Представила себя с жабой на носу. Нет уж, лучше умереть некрасивой.

— Да вы не бойтесь, мы ведь не злодеи, — правильно истолковал мое замешательство узкоглазый эскулап. — У нас при косметических процедурах применяется толченая кожа земноводных, живых слишком дорого доставлять самолетом.

И на том спасибо, успокоилась я, приглядываясь к разнокалиберным склянкам. В них в разных позах в заспиртованном виде покоились: змеи, скорпионы, черепахи, мозги обезьянки, зубы и когти тигра, акулий пенис и еще много чего непонятного. Причем животные и земноводные используются целиком, в лекарства идут практически все их внутренние органы, кости, глаза, язык, шкура и даже усы. Азиаты до сих пор верят, что если съесть змею, то приобретешь мудрость, слопаешь мозг мартышки — излечишься от заикания и нервного тика, а бычьи яйца на ужин — ночь, полная страсти, вам гарантирована.

Все лечит, что не калечит

Еще небезызвестный Гекльберри Финн, герой Марка Твена, пытался вывести бородавки “верным средством”: с помощью дохлой черной кошки, захороненной ночью на кладбище. В былые времена народ с ума сходил от животных лекарств. Чуму в Европе лечили собачьим калом, им же растирали грудь больного при туберкулезе легких. Кровотечения древние английские лекари останавливали порошком из крыльев летучих мышей. Ежей клали на поясницу при радикулите в Германии, а пауков жевали при ангине во Франции. Лягушками обкладывали больного горячкой в Австрии, отваром из протухшей рыбы потчевали при язве желудка и печеночных коликах в Скандинавии. Чем тошнотворнее снадобье, чем сложнее его состав, тем эффективнее считалось лекарство.

Даже при дворе русской императрицы Екатерины лучшим средством при артритах считался свежий конский навоз. Его, еще теплым, накладывали на больной сустав, а придворный медик засекал время компресса: остыл — подкладывали свежего. А бальзамом на основе заячьих экскрементов во Франции во время правления Филиппа Красивейшего лечили послеродовые кровотечения. Средневековая Европа, испытывавшая буквально эпидемию сифилиса, врачевала прогнившие носы и язвы на теле сластолюбцев порошком, в состав которого входил: пепел крысиных хвостов, сушеные перепонки нетопырей, глаза и усы черных кошек.

Поцелуй пиявки

При словосочетании “целебные животные” у всех моих коллег и друзей почему-то возникал в мозгу в основном образ пиявки. “Кровососы и сейчас на страже здоровья человечества”, — согласился с мнением большинства доктор Лун, выуживая пинцетом из банки здоровенную пиявку. Маслянистое черное тело судорожно извивалось в руках эскулапа. В Поднебесной ими лечат не только мигрени и варикоз, но и бесплодие, улучшают иммунитет. Большим минусом при герудотерапии является то, что на местах укусов часто остаются небольшие шрамы. Еще на ощупь кровососы холодные и склизкие, даже после одного прикосновения к ним по мне минут пятнадцать бегали мурашки. Для себя решила, что проще согласиться на укол в попу, чем на “поцелуй” пиявки в висок.

— За один укус пиявка высасывает около 15 мл крови, и для человека такая кровопотеря не страшна, а даже полезна, — продолжает убеждать меня китайский врач. — У нас все пиявки одноразовые, после сеанса мы их сразу утилизуем...

В былые времена кровопускание с помощью пиявок считалось универсальным средством лечения, чуть ли не панацеей от всех болячек. В XVIII—XIX веках кровососов прописывали при заболеваниях сердца, печени, легких, желудка и глаз. И дело не в том, сколько крови отсасывает пиявка: весь лечебный эффект заключается в слюне, вспрыскиваемой в ранку кровососом, — это более 60 биологически активных веществ! “Слышал, что с помощью герудотерапии лечат рак некоторые целители на моей родине. Но мы этого не обещаем и не практикуем. У нас из пиявок изготавливается очень хорошая мазь от синяков и ушибов”, — Куми Лун с гордостью демонстрирует нечто похожее на гуталин.

В России пиявки раньше тоже были в цене: их использовали даже в цирюльнях как общеукрепляющее и оздоравливающее средство. В XIX веке мода на пиявок достигла апогея — например, в Москве одна особь стоила 10 копеек, а курицу можно было купить за 20. Во время Крымской войны известный врач Пирогов в 1854 году ежедневно ставил раненым солдатам в Севастополе от 100 до 300 пиявок. По мнению медиков, они обезболивали, заживляли раны и снимали воспаления.

Но кровососов разводили не только для личных нужд: на широкую ногу был поставлен целый пиявочный промысел. В европейских аптеках висели объявления, что в продаже имеются “свежие русские пиявки”! Особенно хорошо наши кровососы раскупались во Франции и Германии: в год экспорт пиявок достигал 60 миллионов штук.

Люди! Вы звери!

Пол-Москвы сейчас чихает и кашляет — я не исключение и на интервью к китайскому эскулапу явилась в полном расцвете ОРЗ, осложненного бронхитом. Мой кашель сотрясал стены клиники, и медиками было принято решение провести мне процедуру под названием “зан сяо”. Вот это самое “сяо” состояло из зеленовато-коричневой мази, ее втирают в зону декольте и в область легких, пациента заворачивают в целлофановую пленку и гладят обернутыми в шерстяную ткань теплыми чугунными “утюгами”. 20 минут “глаженья”, вдыхания сладковатого дурмана от благовоний — и о том, что кашляла всю ночь напролет, забыла. В груди, по-моему, загорелся вечный огонь. Куми Лун хитровато улыбался, наливая мне в пиалу зеленого чаю — только после лечения он рассказал, из чего состоит “горячая” мазь. Основа из коровьего масла, в малых долях яд особого вида кобр, обитающих в Китае, вытяжки из тутового шелкопряда и гусениц листоверток и еще около десятка трав с труднопроизносимыми китайскими названиями. Этой мазью лечат даже воспаление легких, обморожения конечностей и радикулит. Меня успокоило только то, что ни одно животное из-за моей простуды не пострадало.

К сожалению, отказаться от лекарств на основе животного материала мы пока не можем. Конечно, мы не поджигаем хвосты живым кошкам, чтобы, надышавшись дымом, избавиться от насморка, не подкладываем бешеных собак в постель к парализованным. Просто лечим простуду нутряным свиным салом и медвежьим жиром, капаем в нос интерферон, приготовленный из лейкоцитов человеческой крови, ценнейший пантокрин добываем из молодых рогов северных оленей, пользуем змеиный и пчелиный яды.

В заключение хотелось бы сказать, что ни одно из лекарств и настоек, о которых шла речь, не имеет сертификата соответствия, не прошло фармакологических испытаний на территории России и, соответственно, не может применяться и продаваться.





Партнеры