А за стенкой — бомба

3 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 1025

Не так давно в небольшом, но уютном здании на шоссе Энтузиастов праздновали юбилей. Уже 10 лет здесь работает Центр эндохирургии и литотрипсии (ЦЭЛТ). За эти годы Центр стал известен не только среди москвичей, но и среди жителей многих регионов. Только в одном хирургическом отделении ЦЭЛТ число оперативных вмешательств уже превышает десять тысяч. Для человека несведущего эти цифры мало что скажут. Но в российской и даже европейской эндоскопической хирургии мало найдется бригад, которые могли бы продемонстрировать столь внушительный опыт успешной хирургической практики.

Именно таким опытом обладает бригада ЦЭЛТ в составе главного хирурга Центра Олега Эммануиловича Луцевича, заведующего операционным блоком Юрия Анатольевича Прохорова и нашего сегодняшнего собеседника, заведующего отделением хирургии ЦЭЛТ Сергея Александровича Гордеева. Хороших врачей в России много, пациенту только нужно знать, где их искать, уверен Сергей Александрович. Его мы и попросили рассказать о специфике “работы со скальпелем”.

— Сергей Александрович, в информации о Центре эндохирургии и литотрипсии часто используется термин “многопрофильная клиника”. Что это за профили и каких больных и с какими заболеваниями лечит ваше отделение?

— Название Центра было придумано давно. Эндохирургия — это отрасль хирургии, где применяются малотравматичные вмешательства. В основном это лапароскопические операции, которые делаются через проколы брюшной стенки, без традиционного разреза. Литотрипсия — в переводе означает “дробление камней”. Собственно, с дробления камней в почках и желчном пузыре в свое время Центр начал свою работу. Это уже история. Сегодня Центр — это действительно многопрофильное лечебное учреждение, включающее хирургическое, гинекологическое, урологическое, сердечно-сосудистое и лечебно-диагностическое отделения. Есть детский однодневный стационар и поликлиника. Мы принимаем больных с самой различной патологией. Спектр хирургических вмешательств в Центре самый широкий, однако наши приоритеты — это применение малотравматичных, щадящих методов лечения. Что касается дробления камней, то в лечении мочекаменной болезни наши урологи являются, если можно так выразиться, “мастерами спорта”. Они владеют массой отработанных методик по удалению и дроблению различных по размеру и локализации камней мочевыводящей системы. Знаете, уже даже был поднят вопрос о переименовании Центра, с тем чтобы в новом имени была отражена его многопрофильность. Но мне кажется, людям тяжело отказаться от старого, ставшего почти родным названия “ЦЭЛТ”, так что решить этот вопрос оказалось нелегко.

— А вот дроблением камней в желчном пузыре ваши специалисты занимаются?

— Будем так говорить: существует все необходимое оборудование для этого. Центр был одним из первых учреждений, начавший дробление камней в просвете желчного пузыря. Однако результаты не оправдали надежд. Многие больные вернулись с рецидивами камней и уже попали на операционный стол. Мне приходилось оперировать таких больных. Стенка пузыря после ударно-волновой литотрипсии сильно страдает, желчный пузырь в большинстве случаев уже не способен полноценно сокращаться и фактически становится “камнесборником”. Кроме того, выведение осколков камня после дробления по желчевыводящим протокам очень непростой процесс. Велика опасность блокирования (закупорки) протока осколком камня с соответствующими последствиями. Именно по этим причинам много лет назад мы почти отказались от применения метода дробления желчных камней, излечивая эту проблему хирургически.

— И как же быть тем больным, кто боится ножа хирурга?

— На самом деле, если пациент хочет радикально избавиться от желчнокаменной болезни и навсегда забыть о проблеме, ему следует свыкнуться с мыслью, что камни надо удалять вместе с желчным пузырем. Что касается ножа хирурга, то для этого и существует лапароскопическая хирургия. Через маленькие проколы в брюшную полость вводятся длинные тонкие инструменты. Руки хирурга держат инструмент и манипулируют им над брюшной стенкой пациента. Травма тканей минимальная. Через эти проколы мы удаляем желчный пузырь вместе с камнями. Сегодня такая операция в опытных руках занимает от 17 до 40 минут. Больные уже вечером в день операции самостоятельно поднимаются с постели. Через день 98% больных самостоятельно уходят домой. Нет разреза, нет трудностей, связанных с его наличием, особенно болевого синдрома.

— Но ведь желчный пузырь — важный орган, и без него человек будет болеть и всю жизнь сидеть на диете...

— Не все так страшно. Желчный пузырь своего рода “насос”, который подкачивает желчь и обеспечивает порционное ее поступление по протоку в двенадцатиперстную кишку. Представьте, в таком “насосе” песок и камни. Кроме того, воспалительные изменения пузыря приводят к потере его функции. Зачастую больной ходит с “отключенным” желчным пузырем и не осознает, что природа уже сделала операцию на больном пузыре и человек живет практически без него. Но внутри такой пузырь — это “бомба замедленного действия”, поскольку рано или поздно неизбежны осложнения. После удаления пузыря физиология не нарушается. Желчь так же, как и раньше, поступает из печени в двенадцатиперстную кишку, только не заходит в желчный пузырь. Что, кстати, легко компенсируется организмом. Качество и продолжительность жизни человека от этого никак не страдают. Что касается диеты, то мы рекомендуем соблюдать ее только в течение месяца после операции.

— Но ведь через проколы можно оперировать не только желчный пузырь?

— Конечно! Просто холецистэктомия была первой операцией, которую в мире и у нас в стране выполнили лапароскопически. Сегодня с использованием лапароскопической техники мы выполняем широкий спектр хирургических вмешательств. У нас большой опыт лечения паховых грыж, отработаны операции на толстом кишечнике при его опухолевых заболеваниях, на желудке при язвенной болезни, на почках и надпочечниках, в общем, список может включить практически все операции, выполняемые на органах брюшной полости и забрюшинного пространства. Наши гинекологи вообще 99% операций выполняют через проколы.

— И что, после этих операций больные тоже выписываются через два дня?

— Не все так просто. Есть операции, которые являются как бы “золотым стандартом” лапароскопической хирургии, они хорошо отработаны, сопровождаются стабильными хорошими результатами и коротким периодом реабилитации. Но более массивные операции, например, такие, как резекция толстой кишки или нефрэктомия, естественно, занимают больше времени на восстановление больного. Но можно с уверенностью сказать, что любое лапароскопическое вмешательство переносится пациентом гораздо легче и с меньшими временными затратами, чем аналогичная операция, выполненная традиционно. И старое выражение: “большой хирург — большой разрез” на современном этапе несколько теряет свою актуальность. Хирургия, можно сказать, повернулась сегодня “лицом к пациенту”.

— Значит, у вас в отделении все операции выполняют только лапароскопически?

— Нет. Лапароскопическая хирургия — это приоритетное направление. Но в нашем отделении много выполняется и открытых (традиционных) вмешательств. Мы принимаем практически всех больных с любой хирургической патологией. Способ, каким будет оперирован больной (открытый или лапароскопический), зависит от характера заболевания и решается хирургом после обследования.

— Какие еще операции выполняются в вашем отделении?

— Как я уже говорил, наша бригада работает в основном на органах брюшной полости. Однако в Центре работает большое число узких специалистов: хирург-эндокринолог, проктолог, нейрохирург, онколог, пластический хирург, травматолог-ортопед. Так что спектр предлагаемых хирургических услуг весьма широк, как говорится, “от макушки до пяток”. В центре выполняют операции на щитовидной железе и на надпочечниках, на позвоночнике, на молочной железе, на крупных суставах, в общем, все перечислить здесь трудно. Недавно мы начали работу по хирургическим способам лечения морбидного ожирения, это новая и очень интересная отрасль хирургии, которая еще не “раскручена” в нашей стране. Еще раз подчеркну, что подавляющее число всех этих операций в Центре выполняется с использованием малотравматичных, щадящих больного методик.

— Услуги Центра платные, и, наверное, лечиться в вашем отделении довольно дорого для большинства москвичей?

— Хирургия вообще область довольно дорогая. Однако все зависит от того, насколько человек ценит свое здоровье. Сегодня основным конкурентом для нас является так называемая “бесплатная” медицина. Не секрет, что лапароскопические операции сейчас выполняются повсеместно и если не бесплатно, то за сравнительно небольшие деньги. Здесь нам приходится много думать и много вопросов отрабатывать. Могу с уверенностью сказать, что в отделениях у нас очень чисто и уютно, работает прекрасно воспитанный и доброжелательный персонал. Согласитесь, это немаловажно для больного человека. Каждая палата с душем и туалетом. На операциях мы используем дорогой расходный материал, который закупается у ведущих фирм мира. Нитки, которыми мы шьем, только фирменные, соответствующего качества. Но самое главное — это, конечно, результаты. Когда больной спрашивает, какие гарантии я ему могу дать, я отвечаю: наш опыт. Мы были одними из первых, кто начал в нашей стране делать лапароскопические операции. За 15 лет мы накопили достаточный опыт этих вмешательств, особенно при желчнокаменной болезни, грыжах брюшной стенки, заболеваниях толстой кишки и желудка. Есть операции, которые наша бригада выполнила впервые в нашей стране. И, что немаловажно, все это время наш состав не менялся, я уверен в своих коллегах, знаю, кто какое движение сделает в следующее мгновение. Для кого-то, может, это и лирика, а я отношусь к этому серьезно и считаю очень важной составляющей успеха. В общем, в нашей группе есть авторская система работы, которая помогает нам в борьбе за хорошие результаты.

Более подробно узнать о работе хирургов Центра эндохирургии и литотрипсии вы можете по телефону ЦЭЛТ 788-33-88 и в Интернете на сайте клиники по адресу: www.celt.ru

Лицензия Комитета здравоохранения Москвы серии МДКЗ 12781/4240. Срок действия по 31 января 2004 г.




Партнеры