Мэр не без добрых идей

5 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 464

До выборов мэра Москвы осталось всего два дня. Наверное, исходя из соображений политкорректности, так говорить нельзя, но они точно ничего не решат. С теми, кто не согласен, готов спорить на что угодно.

Вернее нет, не готов. В победе Лужкова может сомневаться разве что сумасшедший. А как учил меня мой тесть-психиатр, с сумасшедшими спорить нехорошо.

Делать предвыборное интервью с кем бы то ни было — малоинтересно для журналиста. Но Лужков как был, так и останется мэром. А значит, никакой предвыборности в интервью с ним нет по определению.

Это — просто разговор с мэром. Или просто с Юрием Михайловичем Лужковым. Начать который мы не могли ни с чего другого, кроме как с события, потрясшего всю Москву, — страшного пожара в общежитии университета Дружбы народов.

Кто виноват в трагедии в РУДН?

— В ночь с 23 на 24 ноября в Москве произошла трагедия — сгорело общежитие в университете Дружбы народов. Погибли десятки человек, множество пострадавших сейчас в больницах. Как такое могло случиться? Как идет расследование причин пожара?

— По чьей конкретно вине это случилось, я сейчас сказать не могу: следствие продолжается. Говорят, что 7 лет назад здание ремонтировали. Но тем не менее очевидно, что оно было абсолютно не готово к пожарной ситуации. Элементарные требования безопасности не соблюдались, электропроводка не менялась больше 30 лет, противопожарное оборудование отсутствовало, запасные выходы были завалены всяким хламом. Кроме того, комнаты в общежитии были перенаселены, там готовилась еда, работали электрообогревательные приборы... Так что к руководству университета и к Министерству образования, которому он принадлежит, есть вопросы.

Нужно еще проверять информацию, но, по некоторым данным, в этом общежитии жили нелегалы, и они устраивали там склады вещей, которыми торгуют на рынках. Честно говоря, не удивлюсь, если это так. Мы за последние полгода вычистили целый ряд общежитий, которые превратились в такие нелегальные склады. До РУДН руки не дошли, но теперь, после всего этого кошмара, мы наведем там порядок. Кроме того, мы сейчас начинаем еще одну полную проверку всех общежитий в Москве.

Конечно, в этой трагедии свою роль сыграли и другие факторы. Про старое здание я уже говорил. Кроме того, сигнал о возгорании поступил в службу “01” только через полчаса после начала пожара! Наверное, где-то в другом месте жертв оказалось бы меньше — многие студенты ведь недавно приехали и не знали ни слова по-русски...

К сожалению, 37 человек погибли. Еще 171 человек ранен. Сейчас они находятся в городских больницах, оказывается вся необходимая помощь. От себя лично и от имени правительства Москвы еще раз выражаю искреннее соболезнование родным и близким погибших...



Что делать со снегом и “пробками”?

— Стоило в ноябре выпасть первому снегу, как его уборка сразу стала среди москвичей темой дня. Прозвучала резкая критика: город убирают неправильно. А как вы считаете?

— Несмотря на то что я нахожусь в непривычном для меня отпуске, за ситуацией в городе слежу внимательно. Я далек от паникерских настроений. У меня нет особых причин отказываться от раннее данных оценок: город к зиме готов. В тех погодных условиях, которые сложились в тот момент (я имею в виду резкое похолодание уже ночью, а не утром, вопреки всем прогнозам), городские службы сделали практически все возможное. Вы сами видели — ледяной дождь приводил к тому, что на асфальт падали не капли воды, а уже практически замерзшие льдинки. Простое подметание улиц, равно как и передозировка реагента (в дополнение к уже высыпанному ночью), привели бы к тому, что все магистрали превратились бы в настоящий каток. Был бы в Москве очередной “день жестянщика”, и крика по этому поводу и по поводу городских служб было бы еще больше.

Но ничего страшного не произошло. И не в последнюю очередь благодаря тому, что городские службы ночью “проутюжили” эти трассы, очищая их от мокрого снега. А заторы на маленьких улочках, некоторых остановках — да, были. Но как, скажите, их очищать с помощью техники, если у нас сегодня прямо на остановке паркуют машины и уходят на весь день? Вот и приходится по старинке — лопатой да метлой.

По моим ощущениям, не совсем четко сработали службы информирования населения: что такое вышедший лишь в 11 утра призыв ГИБДД воздержаться от поездок, когда рабочий день начался уже в 9—10 часов? Да и многие автолюбители, видимо, по привычке забыли посмотреть в окно. Я сам в тот день ездил по городу и могу только подивиться лихачеству водителей “пятерок”, “шестерок” и прочих заднеприводных автомобилей, да к тому же еще порой на летней резине...

— С началом зимы снова обострилась проблема “пробок”. К примеру, на северо-западе Москвы сейчас строится большой жилой район — Куркино. А выезд из него всего один — по ул. Свободы и на Ленинградку. Метро там нет. Жители района постоянно жалуются в “МК”. Ваше мнение: что делать?

— Проблемы транспортного сообщения с Куркином мне хорошо известны. Главная из них, на самом деле, лежит вне Куркина — это перегруженность Ленинградского шоссе. Поэтому основная задача состоит не в строительстве новой магистрали — никто же не будет вырубать лесной массив. Главное — разгрузить Ленинградское шоссе. Эта задача — в наших ближайших планах.

В течение следующего года будет завершена реконструкция Ленинградского шоссе и Ленинградского проспекта, в результате которой к каждой стороне добавится как минимум по одной новой полосе. Также будет построена эстакада на пересечении Беговой улицы с Ленинградским проспектом. Все эти меры повысят пропускную способность Ленинградки на 40%. Мы рассчитываем, что позднее часть потоков заберет Краснопресненский проспект. Разгрузить Ленинградку поможет и Четвертое транспортное кольцо.



Останется ли в столице хоть один рынок?

— Весь этот, да и прошлый год было много разговоров о “рыночной реформе”, которую проводят городские власти. Один за другим закрывались большие, привычные для горожан рынки. Останутся ли вообще рынки в Москве или их изведут под корень?

— Московское правительство борется не с рынками, а с дикостью на рынках и с теми, кто нарушает закон. Мы действительно создаем в городе цивилизованную и удобную для москвичей торговлю. Нам не нужны дикие криминальные “развалы”. Мы хотим, чтобы деньги не проходили мимо бюджета, в результате чего страдают москвичи, потому что эти деньги должны бы пойти на пенсии, пособия, зарплаты, детские сады, на дороги в конце концов... И еще мы не хотим, чтобы москвичам “втюхивали” некачественную, а иногда и опасную для здоровья продукцию. Чтобы рядом с маслом и мясом приторговывали из-под полы наркотиками. Поэтому мы строим цивилизованную торговлю.

Но это вовсе не значит, что рынков в Москве не будет. Будут, но только нормальные, без тех же перекупщиков и прочих криминальных “радостей”. Мы вернем на московские рынки крестьян из окрестных областей, из других регионов. Некоторые рынки будем полность отдавать поставщикам из конкретных областей, открывать в Москве фирменные магазины разных регионов России.

И снижение цен тоже будет, не сомневайтесь. Они уже снижаются. Если строятся новые магазины, новые гипермаркеты, если конкуренция растет, а монополизирующий рынки криминал убирается — это очень быстро ведет и к снижению цен, и к повышению качества обслуживания.

— Известно, что вы — ярый сторонник экологически чистых продуктов. Говорят, у вас даже есть идея создать в Москве сеть таких магазинов. Это правда?

— Задача не в том, чтобы создать специальные магазины с экологически чистыми продуктами. А все остальные тогда какие? Повесить на магазине вывеску “экологически чистые продукты” легче, чем сформировать целую аграрную отрасль. А именно об этом должна идти речь.

По моим наблюдениям, москвичи с каждым годом все серьезнее относятся к качеству того, что они едят. И меня это очень радует. Это свидетельство растущего благосостояния и культуры, залог подлинной цивилизованности города.

Кстати, недавно Еврокомиссия включила Россию в число стран, где можно возделывать экологически чистые продукты питания. У нас сегодня заброшено огромное количество земель, пригодных для производства сельхозпродуктов. Производство минеральных удобрений фактически развалилось. Называют даже такую цифру: в среднем на гектар земли в России вносится всего один стакан (!) минеральных удобрений. То есть мы реально выращиваем экологически чистые продукты. Эксперты говорят, что сегодня Россия может заработать 100 миллиардов долларов, поставляя их на европейский рынок. Вот где источник пополнения госбюджета. У нас пока, слава Богу, не выращиваются в коммерческих масштабах генетически модифицированные культуры. И в будущем мы не должны допустить, чтобы “пища Франкенштейна” пришла в Россию — на прилавки магазинов и на поля.

А чтобы в Москве появилась сеть магазинов, в массовом порядке торгующих экологически чистыми продуктами, государство должно предпринять системные меры. Нужно законодательно урегулировать и параметры отнесения продукции к экологически чистой, и функционирование государственной системы контроля качества, ввести жесткие наказания за введение потребителей в заблуждение. Да много чего еще.

В Москве мы уже вводим систему сертификации “Экологичные продукты”. Будут соответствующие знаки на упаковке. Эта система добровольная, но она выгодна производителю. Если он производит хорошую, качественную продукцию, ему будет отдаваться приоритет для закупок и поставок в Москву.



Почему бы Москве не стать Парижем?

— Москва сейчас начинает большую программу по выводу промзон из центра города на окраины. А вообще, нужна ли столице промышленность? Может, лучше жить как в Париже, где практически нет производства? Но если промышленность нужна, то будете ли вы спасать почти мертвый АЗЛК? Делать автомобили “ЗИЛ” более качественными и конкурентоспособными?

— На протяжении всех последних лет мне постоянно приходилось и до сих пор приходится отстаивать свою точку зрения: городу необходимо собственное производство. Подчеркиваю: необходимо! Но, несмотря на это, недели не проходит без новых предложений от разных бизнес-групп закрыть заводы, открыть на их месте магазины, построить офисы, элитные дома, казино…

Моя позиция однозначна: у Москвы была, есть и должна быть своя реальная экономическая опора. Без этого нет будущего, нет собственной “изюминки”, нет любимой всеми нами Москвы.

Но город сейчас стал заложником прошлого, той системы организации хозяйства, которая была заложена десятилетия назад. Огромные производственные площади, разбросанные по всей Москве, огромные энергозатраты и как следствие — высокая себестоимость производства. И хотя в Москве нам удалось сразу же спасти промышленность от полной остановки, сегодня, честно скажу, перед городом стоит архисложная задача.

Мы проводим масштабную работу, цель которой — вместе с частными инвесторами создать компактные, экологичные, эффективные “промышленные городки”, куда мы в конце концов могли бы перевести все предприятия. А при этом учесть интересы всех работников: сохранить им места, гарантировать удобство проезда, создать безопасные и современные условия труда, повысить зарплату. Надо учесть и интересы малых предприятий, многие из которых нашли приют в пустующих помещениях заводов.

Необходимо использовать в интересах горожан огромные пустующие ныне территории — построить там спортивные объекты, новые дороги, муниципальные дома. Но одновременно — сохранить и наладить в новых объемах выпуск именно той продукции, которой всегда славилась Москва и которая сегодня востребована на рынке. Это автомобильное производство, пищевая и легкая промышленность, машиностроение, научно-технические разработки…

Поэтому сегодня мы бьемся и за “Москвич”: убеждаем федеральное правительство списать часть прошлого (федерального, кстати) долга завода, передать нам акции предприятия, возобновить производство запчастей (ведь тысячи “Москвичей” продолжают бегать по дорогам России). Параллельно ведем работу с иностранными инвесторами, чтобы уже в 2005 году предложить россиянам совершенно новый, качественный и доступный автомобиль Renault, разработанный специально для России.

Мы сохранили производство на ЗИЛе, а одновременно строим на этой территории без ущерба для производства дешевые офисы для малых предприятий (я называю это “инкубатором”), открываем новые магазины.

И некоторые результаты уже есть. Вы помните, наверное, задание президента — увеличить ВВП России в 2 раза к 2010 году. Так вот, с гордостью могу отчитаться: в Москве по итогам 9 месяцев 2003 года рост объемов реального сектора составил 17%, в 3 раза больше, чем по России. А это — новые поступления в бюджет, повышение зарплат и пенсий, рост заказов региональным предприятиям. Москва была и остается не только административной столицей России, но и “локомотивом экономического роста”, опорой президента. И президент доверяет нам — иначе не передал бы Москве совсем недавно аэропорт “Внуково”. А передал именно потому, что Москва сможет правильно, по-хозяйски и по-государственному распорядиться этой собственностью.



Не пора ли Лужкову менять команду?

— Быть может, этот вопрос вам не понравится, но не задать его не могу. Юрий Михайлович, скажите честно: вас вполне устраивает ваша команда? Или в ней все же требуются изменения? Тем более что в последнее время вы жестко критиковали некоторых министров правительства Москвы.

— Не хочу обидеть лично вас и журналистов вообще, но почему-то именно журналисты (не все, конечно, но есть такие) больше всех интересуются вопросами о моей команде. Именно из прессы узнаешь о “грядущих увольнениях”, “разборах полетов” в правительстве Москвы. Словом, много интересного и нового мне приходится читать... Такое ощущение, что в правительстве Москвы только тем и занимаются, что кого-то “увольняют”, “приближают”, “отдаляют”…

Я хочу четко обозначить свое мнение, а для этого — уточнить суть вопроса.

О команде. Она потому так и называется, что это не случайное собрание людей, а четко отлаженный механизм, который может решить и решает определенные задачи. Так в спорте, так и в политике. Поэтому было бы странно, если бы я вдруг сказал: давайте поменяем всю команду.

Второй принципиальный момент. Я сказал, что команда — это механизм, который достигает результата, работает на москвичей. У меня есть принцип: за прошлое — спасибо, а за сегодня — отвечай. Я всегда говорю министрам, префектам и всем членам московского правительства: мы должны каждый день доказывать, что достойны доверия, которое нам оказывают люди. Если вы не можете или не хотите “держать экзамен” перед москвичами, если не “держите планку”, то нам не по пути, будем расставаться.

Наконец, в широком смысле слова, для меня команда — это все жители Москвы. Которые, как и мы в правительстве, стремятся развивать наш город. И давайте не будем зацикливаться только на власти. Это как в футболе. Вот Россия победила Уэльс, но ведь это победа не только тех 11 человек, которые были на поле. Это победа всех, кто верил в команду, поддерживал ее на стадионе, у экранов телевизоров, одним словом — тех, кто оказал ей доверие. Не зря говорят, что болельщики — двенадцатый игрок...

А критика, дискуссии внутри правительства Москвы, то, что зачастую подается в СМИ как конфликты, — это необходимый элемент саморазвития. Любое живое обсуждение проблем, пусть даже и на повышенных тонах, лучше, чем молчаливое и безучастное согласие.



Будет ли Москва столицей России?

— Во взаимоотношениях столичной и федеральной власти были разные времена. Были конфликты вокруг памятников, жесткие споры по приватизации, по дорожному фонду. Каковы сейчас эти отношения? Остались ли серьезные конфликты?

— Опять же не вполне соглашусь с постановкой вопроса. Москва — часть России, ее столица, политический, экономический и культурно-исторический центр. Как можно, чтобы Москва конфликтовала со всей Россией? Нет такого и никогда не было.

Другое дело, что Москва — еще и субъект Федерации. Со своими жителями, их интересами и потребностями. А потому неизбежны споры и расхождения. Так уж сложилось, что основные споры связаны с деньгами, с финансами. Мы постоянно отстаиваем право самостоятельно распоряжаться заработанным, самостоятельно обеспечивать наших жителей. Поэтому до последнего боролись за налог с продаж, который на самом-то деле уплачивался с дорогих товаров, неповседневного массового спроса, а потому не влиял на стоимость социальных товаров. Точно так же мы в свое время отстаивали дорожный фонд.

Хорошо, что, особенно в последнее время, государственная власть готова если не признавать возможные ошибки, то хотя бы компенсировать нам потери, учитывать наши интересы. Как я уже говорил, мы получили аэропорт “Внуково”. Москве будут переданы акции целого ряда пищевых предприятий. Надеемся на решение проблемы с АЗЛК. Город делами доказал, что он является эффективным собственником. Почему бы государству не доверять Москве?

Но есть и другая проблема — она в головах отдельных федеральных чиновников. Помните скандал с якобы продажей земли в Москве Минимуществом? Годами все боялись браться за эту сферу — столько там понапутано и дров нарублено в эпоху приватизации. Стоило же городу провести инвентаризацию земель в Москве, составить Земельный кадастр, показать, сколько должна стоить земля в том или ином районе, как тут же нашлись предприимчивые чиновники “наверху”, которым захотелось эту землю продать и денежки получить. Зачем работать самим, если есть возможность попытаться прийти на готовое?

Похожее было и с архитектурными памятниками. Годами стоят они, нереставрируемые, ветшающие, представляющие реальную угрозу для людей. Но стоит городу попытаться привести их в божеский вид, вложить свои деньги (а для этого, естественно, мы ставим вопрос о передаче их нам в собственность), как срабатывает странная эгоистическая психология: мое, не тронь, а там хоть трава не расти.

Сейчас правильно ставится вопрос об административной реформе, о реформе государственной службы. Не решив “проблему в головах” тех, кто исполняет решения в государстве, мы не сможем достичь ни одной сколько-нибудь серьезной экономической цели.

— Вы не стесняетесь по разным поводам критиковать важные государственные персоны. Вам не кажется, что это и вам лично, и городу вредит?

— Я ведь не просто так критикую, а по делу. Я не стесняюсь открыто ставить проблемы, которые, по моему мнению, нужно обозначать и решать. Гораздо хуже замалчивать трудности, какие-то неприятные моменты в надежде, что само собой рассосется. И я отдаю должное нынешнему руководству страны: к обоснованной, конструктивной критике оно прислушивается...

А вредит или не вредит — это уже вопрос философский. За одного битого двух небитых дают.

— Как вы оцениваете ваши отношения с президентом?

— Что касается моих отношений с Владимиром Владимировичем Путиным, то я считаю, нашей стране с президентом повезло. Я в свое время выступил против Ельцина, и, наверное, вы знаете, почему я так сделал. Мне было небезразлично, что Ельцин своими решениями ведет страну в пропасть.

Нынешний президент — внятный, очень здравомыслящий, патриотичный человек, который болеет за страну, который знает, что нужно делать, который эффективно работает на своем посту.

У меня хорошие личные контакты с Владимиром Владимировичем. Он отлично понимает проблемы Москвы, всегда поддерживает нас. А мы поддерживаем его политику и работу на благо России. Мы, москвичи, готовы к такой работе — вместе с президентом, вместе с народом, вместе со страной. А работать Москва умеет. Вы согласны?

— Тогда как вы относитесь к передаче части столичных функций другим городам, конкретно — Санкт-Петербургу? Питеру, скажем. Такие предложения звучали от людей, так скажем, близких к Кремлю...

— Вообще-то, чтобы перенести столицу, какие-то столичные функции, надо сначала у москвичей разрешения спросить. По Конституции не столица расположена в Москве, а Москва является столицей России.

Кроме того, официальную и обязательную для всех трактовку вопроса о возможности переноса столичных функций куда-либо может дать только Конституционный суд России. Его заключение я считаю обязательным предварительным условием для любых действий в данном вопросе.

И еще я бы посоветовал учитывать мнение самих петербуржцев. А то за разговорами о переносе столичных функций в Санкт-Петербург часто забывают спросить, как к этому относятся сами жители города.

При этом я считаю, что Петербургу принадлежит особая роль и особое значение в истории России.



Как быть с Крымом, Керченским проливом и Украиной?

— Сейчас сложилась конфликтная ситуация вокруг Керченского пролива. Как известно, вы — один из идеологов проекта “Керченский мост”. Какими вы видите пути выхода из кризиса?

— Моя позиция известна. Она не изменилась. Решение о передаче Крыма Украине в советское время было абсолютно необоснованным и являлось, есть очень точное слово, чистой воды “волюнтаризмом”.

Но Крым все-таки отдали. И что мы видим дальше? Мы видим какое-то маниакальное желание Украины самоутвердиться за счет России. Видим желание закрыть Керченский пролив, брать деньги с каждого нашего корабля, который проходит в Азовское море. Видим противотанковые ежи на Тузле... Если Украина хочет жить с Россией в мире, если Украина считает наши народы братскими, если Украина не собирается приватизировать Керченский пролив и Азовское море, то такое поведение является просто странным.

Что касается строительства дамбы, то я поддерживаю действия кубанских властей, губернатора Ткачева. Потому что это фактически часть того проекта, который мы в свое время разрабатывали вместе с Краснодарским краем и с руководством Крыма. Действительно, речь шла о проекте строительства транспортного перехода через Керченский пролив, который бы сблизил и объединил Крым и Россию, Россию и Украину. Дал бы импульс экономическому развитию Украины и России, позволил бы воссоединиться семьям, которые “разорваны” берегами Азова.

Рано или поздно этот проект будет реализован, несмотря ни на какие “ежи”, окопы и колючие проволоки, которые некоторые политики хотят возвести между нашими народами. Они не понимают, что любой политик, который хочет противопоставить российский и украинский народы, в исторической перспективе обречен.



Чего не сделал Лужков?

— Юрий Михайлович, можете честно сказать: что вы не успели сделать за время своей работы мэром?

— Конечно, сделано далеко не все. Но это только пока не сделано. Это свойство человеческой натуры — всегда стремиться к лучшему, стараться найти недостатки в уже сделанном и имеющемся.

В течение прошедших четырех лет Москва строилась, развивалась и хорошела. Я работал в строгом соответствии с наказами, пожеланиями и требованиями москвичей. И начало XXI века Москва встречает на подъеме, который обеспечили мы все вместе. Столица работает. И я хочу сказать всем москвичам огромное спасибо за этот труд.

Но предстоит сделать еще больше. Победа на выборах — лишь средство достижения тех целей, которые я перед собой ставлю, тех горизонтов развития Москвы, которые я вижу. Идя на выборы, я предлагаю москвичам совместную работу, предлагаю вместе создавать наше будущее.

Вижу свою главную цель в том, чтобы экономический рост был устойчивым и необратимым. Чтобы мы могли уверенно вкладывать средства в культуру, науку, медицину, в наше будущее. Чтобы каждый в Москве мог найти работу по душе и имел возможность обеспечить достойные условия жизни себе, своей семье, детям и внукам.

И мы должны сделать все, чтобы достичь этих простых, но таких важных целей. Для этого и существует власть. Для этого я работаю и хочу работать дальше.



Олимпиада в Москве: станет ли сказка былью?

— Столица России вступила в борьбу за право принять у себя Олимпиаду 2012 года. Но скептики уже сейчас заявляют, что это утопия. А вы как думаете?

— Никакая не утопия. Москва ставит перед собой только реальные задачи. Очень многое, что сейчас стало обыденностью, десять лет назад казалось фантастикой. Я исхожу из того, что потенциал нашего города и России в целом не уступает тому, на что способны Шанхай или Лос-Анджелес. Хватит нам прибедняться! В этом году Москва лишний раз доказала, что является одной из мировых столиц. Мы провели в столице выставку “ЭКСПО-Наука 2003”, организовали Юношеские игры “Москва-Юта”, получившие очень высокую оценку. Москва на целый месяц стала “молодежной столицей мира”. И выдвижение нашей кандидатуры на проведение Олимпийских игр 2012 года — достойное продолжение этой работы во благо Москвы, во славу России. Мы стремимся к тому, чтобы Москва и Россия были достойно представлены в “высшей лиге” мировой экономики, политики, науки, спорта. Именно в этом я вижу залог величия Державы.



Есть ли вера у мэра?

— Вы пишете книги, патентуете изобретения, занимаетесь пчеловодством, играете в футбол... Не мешает ли это главному — семье и работе? И как на все это времени хватает?

— Время — категория философская. А Альберт Эйнштейн в свое время доказал, что еще и категория относительная. Главное — ко времени нельзя “поворачиваться спиной”, нельзя не уважать время. Иначе оно тебя накажет. Я время чувствую и уважаю. Поэтому мне его хватает.

А на вопрос, не мешают ли мои различные занятия и увлечения работе и семье, отвечу просто: не мешают. Наоборот, даже часто помогают. Во-первых, “душа обязана трудиться”. А во-вторых, мне это интересно, это позволяет отвлечься, переключиться, посмотреть на многое свежим взглядом. Просто “заряжает мозги”.

— Юрий Михайлович, вы меняетесь с годами? Я имею в виду как человек. Например, менялось ли в течение жизни ваше отношение к религии, к церкви?

— Человек всегда развивается. По крайней мере должен развиваться. Уметь не только приобретать опыт, но и осмысливать его, что-то менять в себе. Я все время открываю для себя что-то новое. И меняюсь, конечно.

Но, с другой стороны, в человеке должен быть стержень, должны быть принципы. То, что остается неизменным и делает его личностью.

А вопрос об отношении к религии — очень личный. Поймите меня правильно, я никогда не стану раскрывать душу нараспашку. Но одно могу сказать: без веры человек жить не может. Человека из обезьяны сделал не только труд, но и вера.

Видимо, то же самое делает из обычного человека мэра. Можно до бесконечности спорить о том, прав в чем-то конкретном Лужков или нет. Но он всегда искренне верит в то, что говорит и делает.

Наверное, это привычка, выработанная годами. Не самая плохая привычка.


Оплачено из средств избирательного фонда зарегистрированного кандидата на должность мэра Москвы Лужкова Юрия Михайловича.





Партнеры