Мартышкин труд

20 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 379

— Вот он, символ грядущего года голубой обезьяны! Знакомьтесь. Только не пугайтесь и не падайте в обморок, — заранее предупреждают меня работники “Ростеста”.

Обезьяньи лапы растянуты на специальной установке, на ступнях — следы от ожогов, глаз вывалился, на рыжей мордочке застыла безумная улыбка... Кошмар!

В Москве — почти как в Бразилии: много-много диких обезьян. Правда, в основном плюшевых, пластмассовых и резиновых: производители игрушек не дремлют. Но мало кто знает: чтобы попасть на прилавки столичных магазинов, братья наши меньшие проходят через сущий ад.


— Мы проверяем обезьянок на соответствие принятому стандарту безопасности, — руководитель физико-механической лаборатории игрушек “Ростеста” Ирина Ногина одновременно рассказывает и ловко сажает пушистого зверя на стальной противень. — Длинный ворс — сплошная синтетика, пламя не должно распространяться больше, чем на одну треть произведенного ожога...

Испытания напоминают сеанс черной магии. Ирина Ногина припечатывает специальную зажигалку прямо к пузу животного, сама быстро отдергивает руку. Пламя осеняет плюшевый живот и через секунду затухает. Но это еще не конец. Ведь на лапах у шимпанзе совершенно другая шерсть, нежели на пузе, — более короткая. Казалось бы, чему уж тут гореть? И все же Ирина безжалостно подпаливает и ступни.

— Ой, какие у нас были огнеопасные мартышки! Их мигом охватывало пламя, а как тушить его, мы не знали... Производитель прислал целую партию, у всех экземпляров разная шкура. Еще страшней — маски: они же сейчас и усатые, и волосатые!

— Тут недавно поступила резиновая голова Кинг-Конга — так она расплавилась и как потекла! — в подтверждение своих слов коллеги дружно показывают ожоги на руках. — Представьте, что будет, если этакий ряженый зажжет бенгальский огонек!..

Шимпанзе еще не успел “остыть”, а его уже закрепили в висячем положении и к длинным лапам подвесили двухкилограммовые грузы. В этом положении бедняга должен выдержать три часа. “У некоторых через пять минут конечности отрываются, — машут руками живодеры. — Но мы обязаны проверить все швы — от ушей до хвостов”.

Следующая операция — щипчиками прихватывают пластмассовые глаза и нос. Нужно выяснить, насколько хорошо те держатся.

Механическая мартышка Чита завелась и, деловито вышагивая в никуда, пискляво запела: “В тра-аве сидел кузнечик...” Тут лаборантка и подхватила ее на руки, прежде вооружившись железной палкой, которая сужается к концу и сгибается там на трех шарнирах, как палец малыша: “Наша задача — просунуть ее везде, где мог бы достать пальцем ребенок”. После унизительной процедуры Читу зажимают между двумя плоскостями и неожиданно отпускают, предоставив спокойно падать с высоты одного метра: “Растягивать пластмассовые конечности нет смысла, а тут ноги и головы при ударе только так ломаются”.

Без новогодних “бряцалок” в этом году не останется, похоже, даже младенец. В “Ростест” постоянно поступают погремушки: “Вот обезьянья голова — она не должна греметь сильнее, чем на 95 децибел, а то у ребенка плохой музыкальный вкус разовьется”. Погремушке ни к чему острые кромки, поэтому всеми ее выступающими местами проводят по тросточке, обмотанной изолентой (типа кожи ребенка). И чтобы ни одной царапины!

Ответственные работники лишены суеверий и не считают, что своими действиями, как колдуны вуду, могут загубить россиянам весь год: “Напротив, мы спокойны, что все, кто найдет под елкой игрушечную обезьяну, от нее не пострадают”.


При покупке игрушечной обезьяны:

— Проверьте, не линяет ли она: подергайте шерсть — в руке ничего не должно оставаться.

— Слегка потяните за все конечности — не ползут ли швы?

— Потрясите игрушку: не сыплются ли из нее пластмассовые гранулы или другая набивка?

— Заводной механизм должен быть прочно зашит у обезьяны внутри!



Партнеры