Мастера и Маргарита

20 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 336

“Дом актера, дом актера — дом смиренья и призора...” поется в чудной песенке, сочиненной давным-давно Гришей Гурвичем. А спросите: почему этот домик на старом Арбате такой, что ему все завидуют? И мы вам ответим: да потому что там живет Маргарита Эскина. Завтра у этой удивительной женщины, хранящей актерское братство, юбилей.


Итак, Маргарита Эскина — натура страстная, не нордическая. Закулисное прозвище — Марго. Особые приметы: веселая, остроумная, любит хохотать.

Любимый цвет — черно-белый.

Любимое время года — осень.

Любимое блюдо — сациви.

Любимое имя — Александр.

Любимое выражение, оно же — девиз: “От работы еще никто не умер”.

Любимый актер — коммерческая тайна.

А на самом деле Маргарита Эскина — дочь знаменитого директора Дома актера Александра Эскина — всеобщая актерская мать, которая и коня где надо остановит, и соску вовремя даст, и руку помощи протянет. Причем ее материнство замешено на родительском “сю-сю, пу-сю”, столь обожаемом актерами всех времен, в сочетании с неугомонностью и озорством неокрепшего юношеского сознания. Вот несколько эпизодов из жизни Маргариты Эскиной.

Эпизод первый: РЫБНЫЙ

Она не знает, что такое блесна, спиннинг и с какой стороны знающие люди берут наживку. Но собственная непросвещенность не помешала этой баламутке придумать День рыбака и проводить его раз в год на Сенеже. Она считала вполне достаточным основанием для устройства предприятия, что ее друзья Шура (Александр Ширвиндт) и Гриша (Григорий Горин) — выдающиеся спецы в этом деле. Собственно, для них и примкнувших к ним энтузиастов всех возрастов Эскина и замутила коллективную ловлю.

Александр Ширвиндт, художественный руководитель Театра сатиры:

— Все это выглядит так: ночью устраивается костер, как в пионерском лагере. Все поют песни, выпивают. А наутро все эти якобы рыбаки дрыхнут, и лишь Марго носится по лагерю, звонит в серебряный колокольчик, кричит и собирает “детей” на рыбалку. Это я к чему? Во имя интересов сообщества она всегда готова наступить на горло собственной песне, то есть своей редкой индивидуальности, и вместе со всеми, ради их же удовольствия, забыть себя... Ну, в общем, вы понимаете, куда я клоню.



Эпизод второй: ПОЖАРНЫЙ

Страшный момент пережила Маргарита Эскина во времена перестройки — когда в 1990 году за одну ночь на Тверской как факел вспыхнул и сгорел Дом актера. Теперь точно можно сказать, что если бы не она, то актерское братство не имело бы крыши над головой. Кошмар пепелища парализовал коллективную волю, артисты растерялись. И тут мадам директор сказала (прежде всего себе): “Без паники!” и начала работать... женщиной с ведром. Да-да, самой обыкновенной уборщицей, которая вместе со всеми мыла, вывозила, спасала уцелевший архив, вещи, ценнейшую картотеку.

Потом бомжевала вместе со всеми по столице в поисках убогого приюта для артистов. В результате обрели приют — отнюдь не убогий, а очень даже респектабельный — на Арбате. А потом вместе с народными и заслуженными подопечными, проведя ряд удачных комбинаций, получила бывшее здание Министерства культуры России в актерское пользование аж на 49 лет. И зажил Дом актера жизнью, какая не снилась ни одному творческому союзу.



Эпизод третий: ШАПОШНО-ТАПОЧНЫЙ

Лет пять-шесть назад у Маргариты Александровны вдруг очень сильно разболелись ноги, ну буквально распухли. Бедняжка не могла надеть ни одной пары туфель. А тут, как назло, назначили важнейший прием очень серьезных денежных товарищей, которых тогда Дом актера рассчитывал заполучить в качестве спонсоров...

Александр Лазарев-старший, актер Театра имени Маяковского:

— Что делать? Какой другой человек счел бы неприличным свое появление на столь высоком рауте не при параде. Но только не Маргарита. Она, с досады плюнув на туфли, пришла в... домашних тапочках!.. Тогда Шура Ширвиндт обратился с пламенной речью к бизнесменам: “Посмотрите на нашего директора! Она в тапочках ходит, даже на обувку приличную денег нет!” Этой самоиронии у нее не отнимешь. Все, что возможно, она делает, а что невозможно, то делает уж, вероятно, только Боженька.



Эпизод четвертый: БЕСПОРОЧНЫЙ

В молодости Марго Эскина была прехорошенькая. Среди подруг выделялась статностью и отсутствием пороков. Во всяком случае, она никогда не курила и даже не баловалась сигаретками, в отличие от других представителей артистической молодежи.

— А выпивала?

— Выпивала и пьет только со мной, — говорит Ширвиндт, — поскольку мне отказать трудно.

Нет, богемные пороки не ее стихия. Эскина — королева благих дел — и для такого размытого понятия, как актерское братство, и для каждого человека в отдельности.

Игорь Золотовицкий, актер МХАТа имени Чехова:

— Когда много лет назад у меня в Ташкенте умер отец, надо было срочно вылететь туда, но не было денег. Так она просто взяла и дала их мне. Без лишних слов. Мы все тут плачем, что нет настоящего актерского профсоюза... Да она и профсоюз, и местком, и мать в одном лице. Лучше и не надо! Я, например, на протяжении последних 15 лет участвую в постановке праздничных капустников на Старый Новый год в Доме актера, и как была она умной, задорной, очень подвижной, такой и остается. Маргарита Александровна откликается на наши дурацкие идеи, готова на новые подвиги, новые авантюры... Периодически становится королевой бала, и мы пляшем вокруг нее.

Можно составить целый фолиант дел, где многие, в том числе и “Московский комсомолец”, против фамилии Эскиной напишет: “Она это сделала”. Она поддержала, причем материально, фестиваль актерской песни имени Андрея Миронова, кучу других конкурсов, фестивалей.



Эпизод пятый: ПОРОЧНЫЙ

И все-таки есть у Эскиной один пунктик, когда воля отказывает ей. Она все время пытается похудеть. Зададимся вопросом: возможно ли это? Смотрим правде в глаза и отвечаем: решительно невозможно. А всему виной опять же характер и главная задача Маргариты Эскиной — накормить брата актера. Великий Островский завещал: место актера в буфете. Поэтому на шестом этаже она часто накрывает столы — источник питания и профессиональной тусовки. Все едят, Эскина, давшая слово худеть, держится.

— Но при виде мучного она теряет голову, — констатирует Ширвиндт.

И немудрено: осетинские и прочие пироги от директора актерского ресторана Владимира Гобушевича — песня, перед которой никто не устоит. Даже сильная и волевая, мощная и романтичная Маргарита Эскина.

Именно такой ее знают, а кто не знает, представляют по рассказам других. И никто никогда не увидит ее слез, слабости, бессилия перед чужой агрессией, хамством, наглостью. Не видит и никогда не увидит, потому что каждый раз она выходит на сцену своего Дома — ямочки на щеках, детский не по возрасту голос: “Ну что, дорогие мои?”

— Благодарен судьбе, что она свела меня с Маргаритой Александровной. Горжусь дружбой с этим лучистым человеком, она — хозяйка, она — теплая, доброжелательная и сумасшедше деятельная, работающая по 24 часа в сутки. Сил вам, здоровья вам! Всегда ваш, Николай Караченцов.

Завтра вечером в честь Маргариты Эскиной в Доме актера дадут большой капустник.






Партнеры