Обыкновенное чудо

29 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 874

Это была самая обыкновенная свадьба: поздравления, шампанское, подарки... Только, когда молодым закричали “горько!”, жених не встал и целовал свою невесту сидя. Он не мог встать, у него не было ног.

В историю любви этих молодоженов вмешалась вторая чеченская война. Но они победили войну, несмотря ни на что. Такое бывает только под Новый год — страшная сказка со счастливым концом.

Руслан и Катя — из Астрахани. В Москве оказались потому, что Руслан после ранения лечится в военном госпитале. Он служил в спецназе ГРУ. Во время одной из спецопераций подорвался на фугасе и потерял обе ноги и руку. Случилось это за неделю до их предполагаемой свадьбы. Катя приехала в Москву к Руслану еще в начале осени и с тех пор ездит за ним по всем госпиталям, где он лечится и проходит реабилитацию.

Катя и Руслан должны были пожениться еще летом, в Астрахани, но заключили брак лишь под Новый год, в Москве. В субботу состоялась их свадьба. Работники Левобережного загса, где регистрировались молодожены, в один голос утверждают, что в этот день в их храме любви это была самая красивая пара.

В столице очень многие постарались, чтобы московская свадьба астраханских молодоженов запомнилась им навсегда. В первую очередь это Комитет общественных связей при правительстве Москвы и информационно-правовой центр “Надежда”, от имени которых молодоженов поздравила заслуженная артистка РСФСР Светлана Светличная.

Свадьбу Кати и Руслана в этот день праздновали и в Астрахани. Там собрались их родственники и друзья, и “телефонный мост” Астрахань—Москва не прекращался на протяжении всего застолья в ресторане гостиницы “Союз”. Из Астрахани по телефону кричали “горько!”, а целовались молодые в Москве. “Мы и не думали, — удивлялась невеста, — что встретим в этом городе столько хороших и добрых людей, которые устроят нам такой замечательный праздник. Спасибо вам, москвичи!”

Нам тоже захотелось быть участниками этой доброй новогодней истории. После того как Руслан поправится, он собирается учиться, поэтому “Московский комсомолец” вместе с фирмой “Sitronics” подарил молодоженам компьютер. Любите друг друга, учитесь и будьте счастливы!


Я — калека. Что может быть ужаснее? Ты смотришь на себя и не видишь своего тела: у тебя нет ног, нет руки... Ты уже никогда не ударишься коленкой, не толкнешь мяч, не поддержишь девушку, входящую в автобус... Ничего этого больше не будет. Половина мира, где есть приключения, спорт, любовь, семья, для тебя не существует.

А если тебе всего 22 года? Зачем такая жизнь? Здесь помочь может разве что чудо. Но чудеса случаются только в сказках...

История, которую мы хотим вам рассказать в канун праздника, как раз и есть история о таком чуде. Самом обыкновенном чуде, которое случилось в уходящем году совершенно незаметно для окружающих в нашей отнюдь не чудесной стране.


Отряд спецназа двигался к горному селению Галсан-Чу. Накануне вертолетчики обнаружили здесь скопление боевиков. Группа вышла затемно, чтобы до места добраться с рассветом. К пяти часам утра отряд был уже у поселка Аллерой.

Руслан Кириллов шел в цепочке восьмым. Все, кто шел впереди, перешагивали через бревно, лежащее на дороге. Он тоже перешагнул... В этот момент прогремел взрыв.

Руслан помнит все. Он не терял сознания. Когда после взрыва осела пыль, сразу увидел, что ног у него больше нет: в окровавленных обрывках кожи белели только кости коленных чашечек. Вместо левой руки болталась странная плеть. К нему бежали ребята, кто-то накладывал жгуты на то, что осталось от ног, кто-то колол обезболивающее. Ему что-то кричали, о чем-то просили, а он думал: “Как же теперь наша свадьба?” Он представил светловолосую Катю в белом свадебном платье и мысленно попрощался: “Нет, нельзя ей, такой молодой и красивой, портить жизнь...”

...От уколов боль притупилась, сознание затуманилось. Его несли к БТРу, а он шутил и смеялся. Ребята тоже шутили — поддерживали, не давая ему уйти в забытье. БТР доставил Руслана в Новогрозненский, там еще пришлось ждать вертолета. В госпиталь в Ханкале он попал только через два с половиной часа. За это время ткани от наложенных жгутов успели омертветь, и врачам пришлось ампутировать ноги уже выше колен. Руслан потерял так много крови, что медики удивлялись: “Неужели еще дышит?”

Очнувшись после операции от наркоза, Руслан тут же попросил какого-то солдата написать своей невесте Кате письмо: дескать, сломал ногу и два ребра, лежу в госпитале, поэтому на свадьбу приехать не смогу. Соврал, чтобы сразу не пугать, а главное — чтоб не подумала, что бросил. Потом, со временем, сама все узнает.

...А дома в Астрахани Катя готовилась к свадьбе. Ее назначили на 22 августа 2003 года (все, о чем мы рассказываем, произошло в конце лета, совсем недавно). Руслана ждали 15-го, но он не приехал. 17-го прибежала подружка и рассказала: из Ростова звонил какой-то парень, сказал, Руслан в госпитале, но у него вроде бы ничего серьезного.

Тут же нашлись доброжелатели, стали нашептывать: госпиталь — отговорка, бросил он тебя, забудь его. Катя засомневалась: “Бросил... Что ж, плакать не стану!” Но, когда жених не явился даже в день свадьбы, проревела весь день. А утром решила: неправда, не мог он меня бросить, он меня любит — и стала его искать.

Искала несколько недель. Сначала через военкомат, там говорили: все нормально, служит. Потом по госпиталям, везде отвечали: контрактника Кириллова среди раненых нет. А в начале сентября пришло письмо, то самое — про сломанную ногу и ребра. Катя не поверила: “Какие ноги, какие ребра? Руслан бы с любыми переломами на свадьбу приехал!”

С подружкой они решили еще раз позвонить в ростовский госпиталь, представившись помощницами депутата. “Помощницам” ответили: Руслан — в гнойном отделении в тяжелом состоянии. Первая мысль у Кати была: “Где взять денег на дорогу?” Ее мама испугалась: “Одну тебя не пущу!” Заняв денег, они на следующий же день вместе выехали в Ростов.

* * *

На войну Руслан попал по собственному желанию. Когда призывался, в военкомате предложили пойти в спецназ. Согласился. Его предупредили: “Смотри, оттуда и в Чечню посылают. Не боишься, что тебе там яйца отрежут и в рот засунут?” — “Еще увидим, кто кому”, — ответил он и уехал в Ростов.

База спецназа ГРУ находилась в поселке Новогрозненский. Оттуда они уходили на спецзадания в горы, иногда на полтора-два месяца. Подробности Руслан вспоминать не любит, говорит: “Обычная война. Побеждает тот, кто умнее и хитрее. Вот, например, лес, темно, начинается стрельба. Первая реакция: падаешь на землю, ищешь укрытие и смотришь, где противник, а где — твой сосед. Если остался один, считай — все! Это только Рэмбо в фильмах один на один дерется. В жизни одиночки не побеждают”.

Отслужив, Руслан вернулся домой, в Астрахань. Началась гражданская жизнь. После войны многое виделось по-другому. Устроился на работу в банк, охранником, потом в магазин продавцом-консультантом — все не то. Хотелось большего. О будущем он задумывался все чаще, ведь в его жизни появилась Катя...



* * *

В коридоре ростовского госпиталя Катя сразу же увидела родственников Руслана. Было обидно: она его так долго искала, а родня, оказывается, давно уже здесь. Выходит, ей ничего не сказали. Родственники стали пугать: он никого не хочет видеть, всех прогоняет, даже нас. “Ничего, меня не прогонит”, — заявила она и вошла в палату.

Руслан единственной рукой судорожно натянул простыню, прикрывая то, что осталось от тела. “Мне почему-то вдруг смешно стало, — вспоминает Катя. — Испугался, прячется, дурачок... Спрашивает: знаешь, что со мной случилось? А то не знаю! Как ты мог так поступить, говорю. Почему не сообщил мне? И тут началось то, что, наверное, у всех в этой ситуации бывает: я тебе теперь не пара, ты должна меня бросить... В общем, чушь всякая. Ну, как я его брошу, если люблю?”

В Ростове Катя с мамой устроились в гостинице. Каждое утро покупали фрукты, соки и — в госпиталь. Там целыми днями они с Русланом болтали, спорили, вспоминали... Как впервые встретились, как долго не смел к ней подойти, и первое свидание 22 июня...

Прошлой зимой у Кати умер отец. Руслан тогда взял на себя все заботы о похоронах. Беда сблизила его с Катиной семьей, он для всех стал родным человеком. Вскоре они решили пожениться, подали заявление и стали готовиться к свадьбе. А примерно через месяц узнали, что у них будет маленький.

Руслан понимал, что должен заработать деньги не только на свадьбу, дом, учебу, но и на будущего ребенка. Да и вообще, им с Катей в жизни многого хотелось. Но в российской глубинке особо не заработаешь, поэтому он решил вернуться в армию. Пришел в военкомат и заявил: “Хочу служить по контракту, но только — в спецназе ГРУ, в своей части”. С этим не было никаких проблем: контрактников мало, а вакансий снайперов, разведчиков, пулеметчиков много. Особенно в Чечне.

К свадьбе ему обещали отпуск. Отпуск оказался слишком долгим.



* * *

Из Ростова Руслана перевели в 5-й госпиталь ВВС в подмосковном Красногорске. Катя приехала в Москву уже одна. Огромный незнакомый город, метро, которого никогда не видела, кругом люди, люди... И почему-то никто из них не знает, где же госпиталь, в котором лежит ее Руслан. Оказывается, это только для нее этот госпиталь — центр Вселенной.

Все было, как в Ростове. Утром — рынок, днем — госпитальная палата, вечером — гостиница. А кругом веселые беззаботные девчонки, рядом Москва, кино, театры, танцы, шикарные магазины... Но для нее — только Руслан. Затемно возвращалась в гостиничный номер, а там холод, заплеванные туалеты, пьяные соседи с вечными ночными гулянками... Иногда, стуча зубами от холода, в обнимку с плюшевым медведем, которого подарил Руслан, сворачивалась калачиком на краю кровати и засыпала прямо в одежде. А утром — снова к нему.

В Москве Руслан и Катя решили пожениться. Но у них не было московской прописки, а значит, нельзя было подать заявление в ЗАГС. “Помогла знакомая, Галина Николаевна, — рассказывает Катя, — она часто приходила в госпиталь к раненым, и предложила нам обвенчаться. Купила кольца, нарядную одежду и уговорила отца Василия обвенчать нас, хотя без регистрации церковь это делать запрещает. Но он согласился, и мы ему даже ничего не платили. Он сказал, что в жизни мы должны больше всего бояться людей, которые станут нас жалеть. От них — самое большое зло”.

Потом Руслана перевели в 6-й госпиталь в Химки. Катя, конечно, поехала с ним. Здесь помогла другая женщина, она тоже навещает раненых, вернувшихся из Чечни. Ребята говорят: “Надежда Васильевна — юрист и рассказывает нам о наших правах. Не знаем, почему она это делает. Наверное, у нее кто-то из близких погиб в Чечне”. Вот и Руслану с Катей она помогла. Узнав об их истории, Надежда Васильевна прописала Катю к себе домой, чтобы они смогли подать заявление в ЗАГС, и подготовила свадьбу: белое платье, костюм жениха, ужин в ресторане...



* * *

Новый год Катя собирается встречать вместе с мужем, но потом ей придется все-таки ехать домой, нужно готовиться к рождению ребенка, он должен родиться в феврале. Она пока даже не знает, кто будет, — девочка или мальчик. Собралась как-то узнать, но не хватило нескольких рублей на УЗИ. “Да какая разница, — смеется Катюша, — лишь бы Руслана поскорее домой выписали”.

Если Руслан долго пролежит в госпитале, ей придется выбирать, за кем ухаживать: за новорожденным или за мужем. Сейчас она говорит: “С ребенком поможет мама, а Руслан без меня не сможет. — И добавляет тихонько: — Я без него — тоже”.

В госпитальной палате во всем ощущается Катино присутствие: на столе — плюшевый медведь, девичьи безделушки, цветы, книжка “Сердце мужчины” — любовная беллетристика. “Сначала я думал, — кивает на книжку Руслан, — глупостей начиталась, девчонка ведь еще, не понимает, что делает. Позже одумается. А она все ездит и ездит за мной по всем госпиталям. Зачем я ей нужен с такими культями?”

“Не говори так, Русь, — поправляет она, — не культи, а ноги”. Катя не разрешает ему произносить этот страшный медицинский термин, интуитивно оберегая от всего, что мешает Руслану ощущать себя нормальным человеком. Если кто-то заходит в палату, она командует: “Русь, вставай, у нас гости”. “Вставай” — режет слух. Но она, кажется, этого не замечает. И Руслан сползает с кровати в кресло-каталку, уже сидя, принимает гостей.

Гостеприимная хохотушка Катя легко рассказывает обо всем, что успело произойти в ее короткой девятнадцатилетней жизни. Руслан слушает щебетанье, изредка перебивая: “Вы пошепчитесь тут, а я выйду покурю”. И уже не кажется странным, что “выйду” означает “поеду на каталке в коридор”. Забываешь, кто перед тобой. Эта маленькая женщина просто смеется над бедой. Может, поэтому беда отступает?

“Мой ходячий миллион, — дразнит она Руслана, и уточняет: — Нет, пока еще сидячий, но обязательно станешь ходячим”. “Миллион” — это потому, что германские протезы для Руслана стоят около миллиона рублей. Нужны именно германские, они действуют от мышечных импульсов, мало весят, на них легче учиться ходить... “Если бы в Новый год исполнялись все желания, — мечтает она, — я бы загадала, чтоб Национальный военный фонд, который оплачивает раненым протезы, услышал меня и заказал моему Руслану немецкие. Со всем остальным мы и сами справимся”. Как только Руслан встанет на ноги, он вернется в Астраханский университет. Хочет стать юристом. Катя мечтает открыть собственную парикмахерскую. Планов у них много...



* * *

За воротами госпиталя шумит сытая, благополучная предпраздничная столица. Горожане запасаются мандаринами и шампанским...

Кажется, то, что происходит за больничными стенами, не реальность, а выдумка, рождественская сказка про Щелкунчика. Про доброго принца и его врагов, про дружбу, любовь и надежду. Просто сказка эта чуть современнее той, старой. Она уже из нашего времени, поэтому и Щелкунчик не заколдованный принц, а солдат “Второй Чеченской”, а несчастная возлюбленная — сильная и смелая Катя.

Только сказка нашего времени очень уж пахнет порохом. Как будто сама война писала эту историю, сплетая судьбы влюбленных: 22 июня — их первое свидание, Катюша — легендарное девичье имя из прошлой войны... Даже в том, как она звала его — Русь, было что-то из нашей военной истории. Вокруг этих детей везде была война, но любовь ее победила.

...Их любовь оказалась сказочной, только война в ней была настоящей. А людям, особенно в Новый год, нужны мирные и добрые сказки. Они ведь всегда хорошо кончаются.






Партнеры