Девушки фабричные

26 января 2004 в 00:00, просмотров: 299

Они выполняют любые, самые извращенные требования мужчин. Желание клиента для них — закон. Им приходится тщательно следить за внешностью, телом — иначе в два счета вылетишь с хлебного места. За свой труд они получают вполне достойную оплату.

Стесняются ли девушки своей работы?

Одна из них удивленно вскидывает взгляд:

— А чего в нашей работе предосудительного? Это шлюхи должны стесняться. А мы скорее актрисы…


“Ту заводску-ую проходну-ую, что в люди вы-ывела меня-а-а…” Слова этой песни назойливо крутятся в голове, когда мы подходим к воротам старого московского завода. Раннее утро трудового дня: снежок метет, рабочие спешат на смену — все как в советском фильме о правильных и хороших людях.

Моя сопровождающая, Марина, толкает под локоть: наши прибыли! Через ворота на территорию завода въезжает служебный автобус. Девчонки, выпархивающие из него, ничем не выделяются среди других женщин-работниц, растекающихся по цехам. Болтают меж собой, хихикают, докуривают на ходу. А что — обычные молодые станочницы. Курточки, дубленочки. Косметики не больше, чем на лице среднестатистической десятиклассницы...

Вслед за ними мы с Мариной направляемся в небольшое, довольно-таки обшарпанное трехэтажное здание, стоящее в глубине двора.

— Все, мне пора одеваться, смена начинается, — торопится Марина, — ты уж дальше сама давай!

В раздевалке разговоры стихают: время действительно поджимает, опаздывать нельзя. Девушки сосредоточенно облачаются в спецодежду. Только это не косынки и комбинезоны, а переливающиеся золотыми блестками шортики, полупрозрачные топы, какие-то перья, кружева... Магнитофон надрывается заводной музычкой. Парики, косметика — на каждое лицо ложится печать профессиональной принадлежности. Запомнить такое лицо невозможно…

Марина

Единственная здесь коренная москвичка — остальные приехали из глубинки. Всегда считала себя красавицей, пыталась покорить модельный бизнес, но “девушкой с обложки” стать не удалось.

— И тут позвонила давняя подружка, — говорит Марина. — Ну, мы с ней пошли в кафе посидеть, и она, когда выпила, рассказала мне о том, что уже давно работает интернет-моделью. А что? Дело интересное, платят нормально — не меньше пятисот долларов в месяц выходит. Я решила тоже попробовать…

— Бога обидеть не побоялась? — интересуюсь я.

— Вообще-то я долго молилась перед тем, как прийти сюда, просила Божью Мать простить меня. А потом подумала: а что такого страшного? Я же не на панель иду! Считай, как на сцену — я здесь совершенно другой человек: и веду себя по-другому, чем в жизни, и выгляжу иначе. Даже имя меняется — клиенты знают меня как Елену. В жизни я по-прежнему одеваюсь скромно, краситься вообще не крашусь… Это в модельном бизнесе всего добиваются через постель, а я так не могу, поэтому и не прижилась…

* * *

С началом секс-сеанса девушки расходятся по рабочим местам — каждая в свою комнату. В интернет-студии на старом московском заводе их несколько. В каждой — жидкокристаллический монитор, цифровая камера, управляемая пультом, и клавиатура, чтобы можно было общаться с клиентами в чате.

Марина сегодня работает в комнате “возбужденной жены”. Признаки возбуждения воплощены в ярко-красных обоях, картинках порнушного толка на стенах, зеркалах и огромной кровати.

— Любимый мой, сладкий, как же я скучаю по тебе! — набирает Марина на клавиатуре, обнаружив в чате клиента. Затем начинает плавно гарцевать вокруг гигантского ложа, то призывно поглаживая себя по бедрам, то исступленно заламывая руки.

— Сними пеньюар, дарлинг, моя красавица! — появляется на мониторе.

Но Марина лишь слегка приподнимает край одежды и продолжает танец страсти.

Как мне объясняют потом, фантазируя и сочиняя возбуждающие истории, девушки тянут время. Задача модели — как можно дольше не раздеться полностью, ведь время — деньги, каждая минута общения с предметом своего вожделения обходится клиенту в среднем в два доллара. Продемонстрируешь свои прелести по-быстрому, он и уйдет — а чего ему еще тут делать?.. Но если клиент настойчиво требует приступать к действиям, девушка отказывать не вправе.

На Марине не остается одежды минут через двадцать.

— Раздвинь ножки, пошире, — поступает очередное указание. — И поближе, пожалуйста, крошка, я хочу разглядеть все как следует...

Марина выполняет просьбу и дает крупный план...

А за стеной трудится Настя. Ее рабочее помещение называется “комнатой школьницы”: здесь на полочках стоят книжки с яркими обложками, всюду разбросаны плюшевые мишки и зайцы. А кровать — тоже гигантская, совсем не детская...

Настя

У 22-летней Насти уже имеются муж и сынишка трех лет. Она не скрывает от супруга, как зарабатывает деньги.

— Дома я рассказываю Игорьку, как прошла моя смена в эфире, мы вместе прикалываемся над тупыми америкосами — сеансы проводятся именно для них, — а потом долго занимаемся любовью.

— И что, он совсем ничего не имеет против такого заработка?

— Наоборот, ему лестно, что только за то, чтобы полюбоваться его женой, люди платят такие деньги! Ко мне ж никто не прикасается! Эта работа очень сильно меня возбуждает — даже если бы здесь платили меньше, я бы все равно ходила сюда. А какие комплименты я читаю в чате в свой адрес по сотне раз за день! Да мне за всю жизнь столько не говорили реальные мужики! Мне нравится заводить клиента, оставаясь недоступной в физическом смысле. А все сливки достаются моему благоверному! — заливается смехом Настя. Потом неожиданно переходит на деловой тон: — Кроме того, график удобный, остается достаточно времени на ребенка, семью.

Один раз она ради интереса сказала мужу, что хочет бросить работу. Он с жаром стал отговаривать...

Настя неплохо знает английский, поэтому иногда болтает с клиентами о том о сем. Но они приходят в чат вовсе не ради бесед.

* * *

Девушки работают в эфире круглосуточно 4-часовыми сменами. Можно брать себе две и больше смен за день в любое время суток. Никакого профсоюза нет, ограничений, соответственно, тоже. Однажды Настя проработала 37 часов подряд! Каждые два часа делается перерыв на пятнадцать минут. Отсутствующую девушку заменяет дежурная модель, эфир постоянно должен быть заполнен. Во время перерыва можно принять душ, сходить в туалет, попить чай или кофе на кухне — чем не забота о трудящихся!

Во время рабочего перерыва впечатлениями делится Ольга — она старожил студии, работает интернет-моделью дольше всех:

— У меня сегодня пятеро клиентов одновременно. И это, между прочим, не предел, бывало и по восемь! Имеются и постоянные, которые приходят специально, чтобы пообщаться с Синди, то есть со мной. Один придурок может зависать в чате сутками. Представляете, во сколько ему это обходится?! Говорит, жить без меня не может! Все наши девочки считают его ненормальным. Ну, в самом деле, станет нормальный человек выкидывать такие бабки только за “посмотреть”?..

— Тебе хотелось бы увидеть его?

— Нет, зачем! Ведь урод какой-нибудь окажется — как пить дать! А так я стараюсь представлять его таким супер-пупер...

В конце месяца составляется рейтинг, который затем вывешивается в каждой комнате студии. Ударницам производства выделяют самое удобное время для работы, выдают премию. Оценивают работу менеджеры, которые следят за действиями и всеми переговорами девушек с клиентами из специально оборудованного кабинета. Критериев много, но главный — количество посетителей в чате. По идее, их может находиться в эфире сколько угодно...

Менеджеры также постоянно следят, чтобы секс-модели вели себя раскованно, называли клиентов ласковыми именами — в начале работы им даже выдается список с перечнем рекомендуемых фраз и нежных обращений. И еще — чтобы ни в коем случае не говорили, что они из России.

Ольга

С детства занималась спортивной гимнастикой, мечтала о пьедесталах и медалях, но, как это часто бывает, мечты так и остались мечтами. Оказавшись к пятнадцати годам не у дел, Оля понятия не имела, что ей теперь делать: кроме гимнастики, она не представляла себя нигде. Увлекали разве что сексуальные похождения — и она ударилась в них со свойственным ей спортивным азартом. Партнеры сменялись, как картинки в калейдоскопе, среди них Оля пыталась найти Его — красивого, умного, а главное, богатого. Но он почему-то никак не находился...

— Да врет она, что не хотела бы увидеть своего интернетовского воздыхателя! — горячатся девчонки. — Только об этом и мечтает! Для того и работать сюда устроилась — клиенты-то у нас небедные, к тому же иностранцы. Бывали случаи, когда модели вступали с ними в переписку, говорят, кое-кто таким образом даже замуж выходил. Вот Олька тоже мечтает... Вообще-то правилами личное общение запрещено — если администрация узнает, в два счета уволят. Но рискнуть, если появится богатый жених, стоит. Не век же стриптизом заниматься!

В работе Оля использует свои гимнастические навыки и порой выполняет перед камерой сложные трюки. Некоторые клиенты от этого в восторге.

Она утверждает, что копит деньги на кругосветный круиз, в который отправится непременно в каюте первого класса.

* * *

Интернет-студию на старом московском заводе организовал предприимчивый американец. И всем хорошо: американец гребет деньгу лопатой (в Соединенных Штатах за подобную работу виртуальным проституткам платят от 5000 долларов в месяц), его похотливые соотечественники роняют слюни, припадая к мониторам своих компьютеров, девочки получают заработок и надежду на лучшую долю. Они дружно восхищаются американцами, говорят, что те разговаривают с ними ласково, уважительно, сыплют комплиментами — не то что русские мужики. Вот только в глазах у всех у них какая-то пустота. Похоже, секс за деньги не такое уж веселое занятие — даже если продавать себя приходится по Интернету...

Комментарий специалиста:

Интернет-студия такого рода на рынке эротических услуг является наиболее продвинутой разновидностью привычных стриптиз- и пип-шоу. “Артистки”, как и в традиционном пип-шоу, выполняют любые прихоти клиентов, кроме непосредственных физических контактов. Как правило, такой работой занимаются девушки, имеющие склонность к эксгибиционизму — стремлению обнажаться перед посторонними людьми. Всем, наверное, известны случаи, когда в малолюдных местах мужчины норовят продемонстрировать свое “хозяйство” проходящим мимо дамам — их, то бишь мужчин-эксгибиционистов, страшно возбуждают женские взгляды. Здесь же мы сталкиваемся с тем же явлением, только в женском варианте. Вообще-то эксгибиционизм относится к психическим расстройствам, но если такое обнажение происходит в специально отведенных местах, то его можно отнести к пограничным явлениям — это означает, что такое расстройство со временем может либо более-менее нейтрализоваться, либо усилиться, в зависимости от особенностей психики каждой девочки.

Пожалуй, лишь в этом и заключается отличие секс-модели от обычных проституток, среди которых эксгибиционисты встречаются не чаще, чем среди любых других женщин.

Что же касается обратной стороны монитора — клиентов, то для них появился ряд неоспоримых преимуществ: стало возможным получать сексуальное удовлетворение не выходя из дома, не рискуя подцепить заразу, за достаточно небольшие деньги, соблюдая инкогнито, поэтому количество потребителей этого вида услуг растет.

Но крайне опасный момент заключается в том, что растет и количество часов, которые большинство клиентов проводят в подобных чатах. Они, что называется, подсаживаются. Специалисты называют поведение таких клиентов интернет-студии зависимым. Эта зависимость из той же серии, что и алкоголь, наркотики, деньги, власть, азартные или компьютерные игры. Виртуальный секс — лишь новый объект в этом ряду. Говоря медицинским языком, у людей проявляется непреодолимое влечение и ненасытность в отношении объекта зависимости. И тут уже приходится говорить не о пограничных психических явлениях (как у “артисток”), а о болезни, о тяжелых психологических и биологических нарушениях. Практикующие психотерапевты постоянно сталкиваются с этим видом расстройств. Количество и разнообразие которых, к сожалению, растет. Дело осложняется тем, что большинство больных не признают себя таковыми, доводя состояние своей психики до полного истощения.

Могу сказать, что современная психотерапия обладает большим арсеналом методов лечения зависимых расстройств — это и индивидуальная, и групповая, и семейная терапия. Самое главное в подобных случаях — добровольное желание самого человека быть независимым, быть свободным.




Партнеры