Распродажа – это лажа

28 января 2004 в 00:00, просмотров: 201

Конец января в Москве, как и во всех европейских столицах, — время распродаж. Цены сброшены буквально на все. Симпатичный шарф с помпончиками, который при нашем климате будет актуален еще как минимум два месяца, можно приобрести с 50-процентной скидкой, телевизор обойдется чуть ли не на полторы тысячи дешевле, и даже ценник на глазированный сырок изменил свой цвет. Пустячок, а приятно.

И все-таки обольщаться не стоит. В отличие от Запада, наши распродажи по-прежнему похожи на игру без правил, в которой простому покупателю выиграть удается крайне редко.

Мерси Михаилу Федоровичу

К сожалению, история не сохранила имени того чудака-европейца, который два столетия назад придумал распродавать по бросовым ценам оставшийся по окончании сезона товар. А вот россияне оказались более памятливыми. Известно, что впервые о снижении цен объявил в 1808 году московский купец Михаил Федорович, торговавший в Гостином Дворе. В соседних лавках смеялись и многозначительно крутили у виска пальцем, а к прилавку Федоровича ежедневно выстраивались кухарки, горничные и вполне солидные дамы... Постепенно распродажи стали устраивать не только купцы, но и хозяева шикарных магазинов на Кузнецком Мосту и Тверской улице. Даже слово специальное появилось. То, что англичане называют sale, а испанцы — rebajas, по-русски должно звучать как “продажи по ценам без запроса” или попросту “дешевки”.

Впрочем, век “дешевок” был недолог. После Октябрьской революции торговать стало абсолютно нечем. Время тотальных распродаж сменила долгая эпоха тотального дефицита. А пока граждане СССР давились в очередях за колбасой, на Западе пытались совладать с изобилием и узаконить сезонные скидки. Ведь отчеты крупных универмагов показывали, что в этот период продается от трети до половины годового объема товаров. Подобная экономическая активность просто не могла оставаться бесконтрольной.

Первые правила распродаж появились в городе, где больше всего магазинов, — в Париже. Владельцам бутиков помимо всего прочего предписывалось поить мерзнущих в очередях людей горячим кофе и подкармливать булочками. Вслед за Францией аналогичные законы были приняты в Испании, Бельгии, Португалии и ряде других стран. В Европе привыкли, что распродажи проходят в строго определенное время, что скидки не могут быть меньше 20%, а торговцы просто обязаны предоставить клиенту привычный набор услуг. В конце концов, распродажи им выгодны не меньше, чем самим покупателям. Ведь последние тратят собственные деньги (причем, по оценкам Евростата, в некоторых странах эти расходы составляют почти половину консолидированного годового бюджета семьи), а торговцы — зарабатывают. Теорией и практикой многократно доказано: вещи, не проданные во время распродажи, в будущем принесут только убытки. Так что лучше синица в руке, чем журавль в небе…



О чем молчит кассирша

В современной России, к сожалению, нет не только официально установленных правил распродаж, но даже джентльменских договоренностей, существовавших во времена купца Михаила Федоровича. Европейский опыт копируется с оглядкой на российский менталитет, в своих проявлениях склонный к крайностям. Психологи, исследовавшие поведение людей во время сейлов в столичных магазинах, обнаружили, что одни воспринимают скидку как Божий дар, внезапно свалившееся на голову счастье. Другие, напротив, во всем видят обман и желание торговцев нагреть руки на неискушенных российских покупателях. Наконец, третьи к распродажам относятся вполне здраво: с одной стороны, признают право владельцев магазинов на дополнительную прибыль,

а с другой — не упускают собственной выгоды.

— Конечно, мне известно, что цены в Москве выше европейских где-то процентов на 30, — говорит Софья, зашедшая в фирменный магазин известной итальянской марки в поисках свитера с горлом и темно-синего жилета. — Поэтому, когда я покупаю вещь с аналогичной скидкой, то по сравнению с итальянцем или французом не выигрываю ничего. Но поскольку живу я в Москве, то привыкла ориентироваться на столичные цены. А по нашим меркам это вполне выгодная покупка.

Софья признает, что уже привыкла одеваться на распродажах. Примерно половина вещей из ее гардероба куплена на 15—50% дешевле первоначальной стоимости. Больших скидок в столичных магазинах она пока не встречала, хотя эксперты утверждают, что остатки ассортимента владельцы могли бы раздавать и вовсе бесплатно.

— Уже первые 30% покупателей, приобретших вещи из новой коллекции, оплатили все основные и дополнительные расходы продавца, — поясняет руководитель Института национального проекта “Общественный договор” Олег Комаровский. — Я имею в виду закупку товара, расходы на транспорт, растаможку, арендную плату и т.д. Следующие 30—35% клиентов принесут ему хорошую прибыль. Считается, что распродажи нужно начинать, когда на складе осталась по крайней мере четверть ассортимента. Ведь при нынешнем высоком уровне покупательского спроса небольшие объемы товара, да еще выставляемые на продажу со скидкой, могут закончиться в считанные дни.

По всей видимости, нечто подобное происходит сегодня во многих столичных магазинах. Распродажи начались только после Нового года и рождественских праздников, а торговые залы уже полупустые. На длиннющих вешалках сиротливо висит по две-три вещи, полки сияют девственной белизной, продавщицы откровенно скучают. А вот менеджерам, и особенно руководству, очевидно, не до смеха. На складах пусто, новая коллекция еще не пришла, а продавать что-то надо. Магазины, работающие по системе франчайзинга, имеют право в таких патовых ситуациях попросить помощи у головного офиса и докупить хоть что-нибудь из вещей. В противном случае придется прикрывать свой позор спасительной табличкой “Закрыто по техническим причинам”.

Поскольку прогнозировать покупательский спрос владельцы московских магазинов еще не научились, распродажи не имеют четких сроков. Это в Европе в ночь с 6 на 7 февраля перед бутиками вырастают хвостатые очереди из желающих никому не уступать право первой скидки. (А через два месяца очередь появляется вновь, но уже из тех, кто претендует на последнюю, самую щедрую цену сезона.) В России эти сведения охраняются, словно государственная тайна.

Ну, допустим, о дате начала скидок еще можно узнать по секрету от знакомой кассирши. Но об окончании — никогда. Не выдаст — потому что сама не знает. В одних торговых точках сейлы продолжаются две недели, в других — месяц, в третьих — три месяца. А где-то это вообще бесконечный процесс. Сначала снижение цен объясняется Новым годом, потом Рождеством, дальше на носу День всех влюбленных, 23 февраля, 8 Марта, Пасха, майские праздники, начало летнего сезона и т.д и т.п. На самом деле это означает, что никаких скидок в магазине нет и в помине. Ведь начальную цену изделия уже никто (в том числе и сами продавцы) не помнит.

— Те, кому не важен конкретный лейбл (а большинству населения он действительно не важен), не должны покупаться на слово “скидка”, — советует Олег Комаровский. — Если вещь стала стоить на сколько-то процентов меньше или вам предлагают уйти с двумя коробками сапог вместо одной — значит, первоначальная цена была завышена, и в соседнем магазине или на рынке вы легко найдете более дешевый аналогичный товар.

И уж совсем цинично, по словам Комаровского, звучат заверения торговцев, что к традиционной для зимнего сезона скидке после Нового года их высочайшей милостью были добавлены еще 5%.

— Расчет идет на то, что люди ничего не знают и за решениями правительства не следят. На самом деле понизить цены на 5% владельцы магазинов должны были после отмены налога с продаж. Правда, большинство этого так и не сделало. А те, кто сделал, поспешили заявить, что это их собственная инициатива...



Не верь глазам своим

Европейские общества потребителей советуют покупателям во время скидок повнимательнее смотреть на ценники. Ведь правила для того и существуют, чтобы их нарушать. В прошлом году в Бельгии в сезон скидок проверили 170 магазинов — от крупных торговых центров до дорогущих бутиков. Больших нарушений закона не обнаружили, однако в 32 магазинах владельцы просто поменяли старые ценники на новые, утверждая, что стоимость изделий снижена, а в 132 (!) — указали только начальные и конечные цены, опустив промежуточные. Однако по сравнению со штучками российских торговцев подобные уловки — просто детский лепет.

Сумку из серого вельвета с модными накладными ремнями моя подруга Настя присмотрела уже давно. До Нового года она стоила 1495 рублей, что для куска тряпки с вкраплениями кожзаменителя довольно дорого. Поэтому Настя как девушка бережливая решила дождаться обещанных скидок.

— Когда я пришла в магазин после рождественских праздников, сумка лежала на полке, над которой красовался огромный плакат: “Скидка 50%”, — рассказывает она. — Однако на ценнике было указано, что изделие подешевело только на 30%. Настроение, конечно, несколько испортилось, и все-таки я решила без сумки не уходить.

На кассе с Насти запросили 1236 рублей. Подруга моя по профессии не математик, однако даже подзабытых школьных познаний ей хватило, чтобы понять: ее снова обманывают. Если цена сумки была 1495 рублей, то с 30-процентной скидкой она должна стоить 1047 рублей и ни копейкой больше. Выходит, торговцы ничтоже сумняшеся приписали к ценнику лишние 189 рублей.

Походив по магазину и повнимательнее приглядевшись к биркам, Настя в конце концов выявила следующую закономерность. Если вещь продавалась с 50-процентной скидкой, то цену снижали по всем правилам. Однако если скидка составляла 15%, 20% или 30%, то глазам своим было лучше не верить.

— Очевидно, торговцы считают, что среднестатистический покупатель сумеет правильно разделить исходную сумму на два. А вот решить пропорцию ему уже не под силу, — резюмирует Настя.



Скидка уценке рознь

Походы по столичным магазинам даруют внимательным клиентам немало чудных открытий. Вот, например, вешалка с симпатичными фуфайками бледно-розового цвета. Вы давно мечтали о такой, но как-то не решались с бухты-барахты выложить 2000 рублей. Теперь вещь подешевела аж до 999 рублей. Редкая удача! Осталось найти свой размерчик, и вперед — к кассе. И вот тут-то по традиции на вас выливают ушат холодной воды. Оказывается, 999 рублей стоит размер XS, который с трудом налезет даже на 12-летнего ребенка. А ваша ходовая “эмочка” обойдется... в 1599 рублей!

Другой излюбленный прием столичных торговцев — скрывать от потенциальных покупателей часть правды. Допустим, вас уверяют, что вещь подешевела вдвое. Смотрите: было 5 тысяч, стало 2,5. Большинство разгоряченных граждан, как правило, не обращает внимание, что на ценнике помимо старой и новой цены наклеены еще какие-то бумажки. А зря. Попробуйте поковырять их пальцем — и вы обнаружите массу интересного. Я, например, однажды “отковыряла”, что свитер, который мне пытались впарить как “суперудачную покупку”, на самом деле — обычный лежалый товар. Цену на него снижали уже 4 раза!

Особая песня — продовольственные супермаркеты. В отличие от магазинов, торгующих одеждой и обувью, скидки здесь объявляют гораздо чаще, чем раз в сезон. Оно и понятно. У брюк и мини-юбок не бывает срока годности. Они могут просто выйти из моды. А вот творог, глазированные сырки, йогурт, колбасы и прочие продукты довольно-таки быстро портятся. Приходится объявлять скидки.

— С формальной точки зрения — это, конечно, не скидки, а уценка, — конкретизирует председатель правления Конфедерации обществ потребителей Дмитрий Янин. — Но наши продавцы не делают никаких различий. Обычно покупателей даже не предупреждают, что срок годности у этих продуктов практически вышел.

Известные торговые сети на такую мелочовку, правда, не размениваются. Они предпочитают играть по-крупному. Например, взять и объявить 10-процентную скидку на весь ассортимент супермаркета. Народ радуется и даже не замечает, что стоимость самых популярных у населения продуктов при этом немного выросла. Йогурт подорожал на полтора рубля, бананы — на десять, майонез — на три и т.п. Получается, что реально от скидки выигрывают не простые граждане (коих большинство), а те, кто покупает коньяк “Хеннесси”, сыр “Пармезан” и другие продукты класса люкс.

Дмитрий Янин говорит, что чаще всего в сезон распродаж люди жалуются на недостоверную информацию. Те, кто уже оплатил покупку, справедливости, как правило, не ищут: чего после драки кулаками размахивать? А вот кому по телевизору или в газетах наобещали с три короба, испытывают понятное чувство разочарования и жаждут отмщения за бесцельно потраченное время.

— Я купилась на слоган “Полная распродажа!”, — признается Светлана. — Поехала в магазин в надежде приобрести свой любимый крем, тушь Chanel и парфюм для мужа на 23 февраля. Однако на месте оказалось, что все это лажа. Со скидкой продаются только некоторые виды товаров, причем большинство из них не имеет никакого отношения к косметике класса люкс. Выходит, нас обманули, обещая “полную распродажу”?..

Компетентно ответить на вопрос Светланы могли бы в Московском территориальном управлении Министерства антимонопольной политики. Однако, как сообщила “МК” руководитель рекламного отдела Надежда Майорова, на это потребовалось бы не меньше двух-трех месяцев. Ведь комиссия МАП должна запросить необходимую информацию, выслушать объяснения представителей магазина, обратиться к экспертам... В общем, когда решение будет вынесено, “полная распродажа” уже давным-давно закончится. Да и полномочия у МАПа невелики. Максимальное наказание за недостоверную рекламу — штраф 40—50 тысяч рублей!



* * *

Увы, пока сезонные распродажи проходят в Москве по закону джунглей. Продавцы придерживаются правила “мы с тобой одной крови” и перенимают друг у друга удачную тактику облапошивания клиентов. Покупатели привыкли рассчитывать только на себя и, отправляясь в поход по магазинам, все чаще вооружаются калькуляторами и запасными очками. Конечно, шансов выиграть у монстров отечественной торговли у них практически нет. Однако еще обиднее сдаваться врагу без боя. В конце концов, уж не такие мы лохи, чтобы постоянно обманываться, да еще за свои же собственные деньги...





Партнеры