Битлы без купюр

11 февраля 2004 в 00:00, просмотров: 236

Легендарная четверка из Ливерпуля добровольно согласилась стать объектом шпионажа: сорок лет назад за “Битлз” в течение двух недель неотступно следовали кинодокументалисты. Но эти кадры стали достоянием публики — и то не всей, а лишь избранной ее части — только недавно.

Наш корреспондент в Лондоне Алена Мучинская побывала на закрытом показе фильма “Битлз. Первый визит в Америку”. И не просто побывала, а взяла комментарии у Ринго Старра и Пола Маккартни.


РИНГО СТАРР — в интервью “МК”:

“В гостинице у нас были шикарные комнаты. А в каждой — по телевизору.

И — по радиоприемнику с наушниками. Это было просто нереально, как-то чересчур — у нас дома телевизоры появились только года за два до этого!”

ПОЛ МАККАРТНИ — в интервью “МК”:

“Мы пришли из ниоткуда — выглядели как марионетки со смешными прическами. Честно говоря, я даже думаю, что прически тогда были важнее, чем музыка. Многие папаши выключали телевизоры и говорили: “Не давайте водить себя за нос — у этих парней парики!”


7 февраля исполнилось ровно 40 лет с того момента, как шасси одного вроде бы ничем не примечательного самолета “Пан Американ” FLT.101 прикоснулись к американской земле. И с того дня, охваченная истерией, Америка была повержена на лопатки и абсолютно покорена четырьмя мальчишками из Ливерпуля. 7 февраля 1964 года “Битлз” впервые прилетели в Америку. С тех пор битломаны-американцы торжественно отмечают этот день. В этом году — фотовыставкой на Манхэттене, где представлены доселе невиданные картинки — на одной из них, к примеру, Джордж Харрисон играет на гитаре без брюк.


А в Лондоне, в Британской академии теле- и киноискусства, состоялся закрытый показ уникального фильма “Битлз”. Первый визит в Америку”. Уникальность и исключительность его в том, что это — единственная документальная лента, не только отражающая покорение битлами Америки во время их двухнедельного турне, но и снятая абсолютно безо всяких ограничений и запретов как со стороны менеджера “Битлз” Брайана Эпштейна, так и со стороны четверки из Ливерпуля. Ниже — отчет о фильме, перемешанный беседой с его создателем, легендарным документалистом Альбертом Мейзелсом. А главное — щедро снабженный комментариями для “МК” сэра Пола Маккартни и Ринго Старра.

Так покорялась Америка (шесть месяцев до)
Ринго Старр: “Просто боги были на нашей стороне!”

31 октября 1963 года. Несколько сотен фанатов “Битлз” ворвались в аэропорт “Хитроу”, чтобы встретить любимую группу после их первой поездки в Швецию. Маниакальное идолопоклонство наблюдается не только служителями аэропорта и полицейскими, но и случайно оказавшимся поблизости пассажиром — легендарным американским телеведущим Эдом Сулливаном. Несмотря на то что Сулливан ни разу не слышал о “Битлз”, он решает пригласить группу на свое популярнейшее телешоу.

29 ноября 1963 года. В Великобритании выпущен сингл “I want to hold your hand”, который продержит первое место в хит-параде в течение шести недель.

В это же самое время в Вашингтоне диджей радиостанции WWDC Каролл Джеймс получает письмо от слушательницы Маши Альберт, которая вежливо просит поставить сингл “I want to hold your hand”. В Америке сингл планируется к выпуску компанией “Капитол Рекордс” только 13 января 1964 года, поэтому ди-джей просит свою подругу — стюардессу британских авиалиний — привести ему сингл из своей следующей поездки в Великобританию.

17 декабря 1963 года. После получения своеобразной английской контрабанды Джеймс впервые проигрывает песню на американском радио, после чего просит слушателей высказать свое мнение о четверке из Ливерпуля. “В письменном виде”, — добавляет диджей. Но его последнюю фразу слушатели игнорируют — это влечет за собой поломку телефонных линий в приемной радиостанции. “Капитол Рекордс” планирует подать в суд на WWDC за нелегальное использование сингла, который официально еще не был выпущен. Но тема уже запущена, диск уже крутят диджеи радиостанций в Чикаго и Сент-Льюисе. Столкнувшись с “эпидемией пиратства “Битлз”, “Капитол Рекордс” предпринимает следующие шаги: приближает дату выпуска альбома (с 13 января 1964-го на 26 декабря 1963 года), повышает заказ дисков (с 200 000 копий до одного миллиона) и тратит на рекламу группы беспрецедентную сумму в 50 000 долларов — это в 10 раз превышает доселе выделяемый бюджет на раскрутку музыкантов.

РИНГО СТАРР:

— Если говорить об удаче, то для нас как группы все всегда складывалась как нельзя лучше. Мы ничего не могли с этим поделать. Просто боги были на нашей стороне. Мы были отличными музыкантами, у нас были отличные песни, это не было так, как если бы мы были абсолютным дерьмом и нам необходимо было помогать. Просто паззл складывался сам собой по удачному стечению обстоятельств. Мы покорили Британию, покорили Швецию, покорили Францию. И вдруг, откуда ни возьмись, появился Эд Сулливан, мы не знали его, а он — нас. И под влиянием минуты он пригласил нас выступить на его популярнейшем в Америке шоу. Джордж (Харрисон. — А.М.) все время вспоминал, как Брайн (Эпштейн. — А.М.) сказал “Капитол Рекордс”: “Вы можете получить “Битлз”, если обещаете потратить на рекламу не менее 30 баксов!” На самом деле они потратили 50 000 баксов, что тогда нам казалось неслыханным. И с той минуты все синхронно заработало таким образом, что, когда мы приземлились в Америке, сингл был на первом месте в американском хит-параде.

13 января 1964 года. Заказанный миллион копий сингла продан. Дополнительный заказ продается количеством 10 000 копий в один час.

25 января 1964 года. Сингл выходит на первое место в хит-параде.



Черно-белая легенда
Пол Маккартни: “До Майами мы никогда не были там, где растут пальмы”

Я смотрю фильм. Черно-белая хроника о том, как рождалась легенда. Мелькают кадры. У меня ощущение, что я прикасаюсь к легенде руками.

7 февраля 1964 года. Двадцать минут второго. Щелкают камеры. Толпа народа. Самолет приземляется в аэропорту Джона Ф.Кеннеди. Открывается дверь. Четверых ливерпульских парней встречает трехтысячная толпа американских фанатов. “Битлз” спускаются по трапу, приветственно машут руками. Джон Леннон — в широких черных очках. К гостинице подъехать невозможно, толпа девиц — визжат, кричат, размахивают руками. Машина на минуту останавливается — “пробка”? Машину окружают фанатки, они целуют стекло, тянут руки… “Как мы будем выходить?” — растерянно спрашивает Маккартни.

РИНГО СТАРР:

— Восторг — вот как я могу описать это ощущение. Помню, в самолете я представлял себе, как огромный осьминог обхватил самолет своими щупальцами и тащит нас вниз, в Нью-Йорк. Америка звучала как мечта. Особенно для нас, парней из Ливерпуля.

СЭР ПОЛ МАККАРТНИ:

— В аэропорту была абсолютнейшая толпа ребят. Мы совершенно этого не ожидали. Услышали об этом от пилотов посередине полета: “Передают с земли — скажите мальчишкам, здесь их ждут!” Мы подумали: “Не, мы в самом деле ЭТО сделали!” Еще помню, как мы сели в лимузин, а по радио передают новости. О НАС! “Они только что покинули аэропорт и двигаются по направлению к центру Нью-Йорка…” Это было как во сне. Самая большая мечта в жизни сбылась.

100 полицейских помогают им войти в гостиницу. У дверей в президентские номера их ждут 100 000 писем. В гостинице мелькает девушка в широких черных очках. Как у Джона Леннона. “Линда?” — всколыхнулась мысль. И тут же поправляю себя: Маккартни тогда еще не был женат.

РИНГО СТАРР:

— В гостинице у нас были шикарные комнаты. А в каждой — по телевизору. И — по радиоприемнику с наушниками. Это было просто нереально, как-то чересчур — у нас дома телевизоры появились только года за два до этого!..

9 февраля 1964 года. В восемь часов вечера Эд Сулливан представляет “Битлз” 728 истеричным тинейджерам. Они сидят в качестве гостей в студии и готовятся стать свидетелями исторического события — первого выступления “Битлз” в Америке. По рассказам Брайана Эпштейна, американские полицейские сказали ему, что в момент трансляции передачи был зафиксирован самый низкий процент преступлений за 50 лет.

СЭР ПОЛ МАККАРТНИ:

— Эту программу посмотрели 73 миллиона зрителей (тогда 30% всех американцев. — А.М.). Для нас это было очень важно. На самом деле ту воскресную программу запомнили многие. Мы пришли из ниоткуда — выглядели, как марионетки со смешными прическами. Честно говоря, я даже думаю, что прически тогда были важнее, чем музыка. Многие папаши выключали телевизоры и говорили: “Не давайте водить себя за нос — у этих парней парики!” Но многие матери и подростки включали телек обратно и смотрели нас. Эти ребята сейчас выросли и помнят это. Как, например, многие говорят: “Ты помнишь, когда убили президента Кеннеди?” Так вот, они вспоминают: “Да, дружище, я помню то воскресенье, когда вы вышли на сцену с Эдом Сулливаном. Тогда для меня весь мир перевернулся!”

11 февраля 1964 года. “Битлз” — в Вашингтоне. В The Shoreham Hotel для них забронирован весь седьмой этаж. За исключением одной комнаты, в которой живет семья, категорически отказывающаяся поменять апартаменты. Менеджер отеля отключает в их номере свет, отопление и воду — только после этой “аварии” семья дает себя уговорить и переезжает пониже. “Битлз” выступают в “Колизее”, а потом летят в Майами на самолете с пилотом в парике “а-ля “Битлз”.

СЭР ПОЛ МАККАРТНИ:

— Майами нам показался раем. Ведь мы никогда не были там, где растут пальмы. Мы были настоящими туристами: вооружившись фотокамерами, снимали все — от фанатов, пишущих на песке “Мы тебя любим, Джон!”, до полицейских с пистолетами. До этого мы никогда не видели вооруженного полицейского! (В Великобритании полицейские по закону не вооружены. — А.М.)

РИНГО СТАРР:

— Завоевали Америку? Да, пожалуй. Но для моей семьи Америка не имела никакого значения. Мы завоевали Ливерпуль, для них это было главным.



“Кто такие “Битлз”? Слушать можно?”

Если имя Альберта Мейзелса не вписано в вашу память красными буквами, как, скажем, имя Стивена Спилберга, то это исключительно из-за несправедливости взаимоотношений художественного и документального кинематографа. На самом деле Альберт Мейзелс — легендарная личность XX века, пионер неигрового кино, основоположник “прямого кино” (американский термин). Вместе со своим братом Давидом (“братья Мейзелс” — называют их в Америке) он создал наиболее эффектные, изменившие и технику, и представление о неигровом кино фильмы. Героями их картин стали Ростропович (“Солдаты музыки, или Возвращение Ростроповича в Россию”), Мохаммед Али, Мел Брукс, Марлон Брандо и Труман Капоте.

А начиналось все тоже удивительно. 1964 год. Братья сидят без копейки денег.

— Я тебе расскажу о том, насколько я глуп, и о том, насколько я талантлив, — говорит Мэйзелс. — Я сидел в офисе, когда раздался звонок от “Гранада Телевижн”. Они просили срочно выехать в аэропорт, снимать ливерпульскую группу “Битлз”. На звонок ответил я. Прикрыл трубку рукой и спросил брата: “Только быстро — кто такие “Битлз”? Слушать можно?” — Альберт рассыпается кашляющим смехом. — Настолько глуп я был. Давид был умнее, он, к счастью, знал. А насколько я талантлив — это можно узнать из фильма. Я всю жизнь хотел показывать настоящих, реальных людей. Таких, какие они есть. Может быть, потому, что я бывший психолог. Мне интересно, как они двигаются, о чем говорят. Когда — вроде бы! — на них никто не смотрит. Мы взяли камеры и выехали на съемки. С этого все и началось.

Первоначально снимать нужно было всего несколько дней. Но Мейзелсы нутром почувствовали, что перед их глазами вершится история, что они должны продолжать съемки, даже если им не будут за это платить. Поговорив с Брайаном Эпштейном, они присоединились к группе и пробыли с ними все две недели, следуя по маршруту Нью-Йорк—Вашингтон—Майами-Бич-Нью-Йорк. Результатом стало откровенное кино, ставшее определенной точкой отсчета в мировой рок-н-ролльной кинематографии.

Тактика Мейзерса — статичная, порой апатичная камера. Линзы аккуратно следят за происходящим. Линзы будто затаились. Будто они в засаде.

И вдруг черно-белый калейдоскоп быстро меняется, чья-то спина заслоняет камеру, картинка дрожит из-за быстрого движения поезда, за кадром кто-то смеется, быстрый поворот, вид смазан, камеру закрывают тонкими девичьими ладошками — не снимайте… Будто подглядываешь в замочную скважину.

— Это — фотоальбом, — говорит Альберт Мейзелс. — Когда погибает семья в пожаре — это трагедия. Но когда сгорает фотоальбом — это потеря прошлого. Которое бесценно. Потому что, пока у нас есть память, мы живы. К сожалению, мы никогда не замечаем, как теряем важные, памятные моменты жизни.

Снятый “с плеча” 40 лет назад фильм о “битлах” — не просто уникальный взгляд назад, это абсолютно непередаваемое, почти мистическое ощущение близости к Полу, Джону, Джорджу и Ринго. Домашнее кино — ребята немного выпендриваются, робеют, улыбаются в камеру, заигрывают с девчонками. Они еще не знают, что с того момента стали легендой.



Вместо окончания

Фильм “Битлз”. Первое путешествие в Америку” — это не просто документальные съемки. Не просто беспристрастная и холодная черно-белая хроника. Это — попытка разгадать загадку “Битлз”: а что же было в них такого? Это — попытка обернуться и увидеть: так вот они были какими!

Пол Маккартни — красавчик, позер. Джордж Харрисон — очаровательный острослов, Ринго — добродушный простак и Джон Леннон — прохладный наблюдатель.

— Мне нравилось в съемках, что мы могли делать что угодно. И они вышли такими, какими были на самом деле. Во время поездки на поезде Ринго и Джордж дурачатся, переодеваются, смешат всех. А Пол вдруг говорит: “А мне совсем не смешно”. Ведь это не художественный фильм, не игра. Это — жизнь. Кто-то смеется, а кому-то в это время грустно. И мы снимали абсолютно все. Не было никаких запретов.

И неожиданно раскрывает тайну девушки в черных очках:

— Единственное, Эпштейн попросил не снимать Синтию (первую жену Джона Леннона. — А.М.). Вроде бы ребята молодые, должны быть холостыми, свободными для поклонниц… Ну, мы и не снимали.

Зато снимали других девчонок: за кадром все время раздаются девичье хихиканье, быстрый щебет, перестук каблучков. В ночном клубе воодушевленно танцует Ринго. Машет руками, улыбается; рядом пляшет девушка с черными толстыми стрелками и прямыми волосами, как у Светличной. Следующий кадр — “битлы”, распахнув пиджаки, спиной, укрывают-скрывают от камер своих поклонниц, быстро продвигая их к дверям гостиничных номеров. Бац — закрылась дверь. Бац — открылась. И — обескураженные девичьи лица, прямо в камеру: “Ой, как некрасиво получилось!” Суровый швейцар: “Вы зарегистрированы в этом отеле?” — “Мы… да, на другом этаже, у нас просто в голове все перепуталось…” И — бегут по коридору, поправляя волосы.

Этих кадров никто не видел. В течение 40 лет.


Уникальность фильма — в том, что с его помощью можно заглянуть в реальное прошлое. В том, что мы, зрители, знаем его окончание. А они, живущие в прошлом, — нет. Джордж Харрисон хохмит, дурачится, подтрунивает над друзьями. В руке — неизменная сигарета. Он еще не знает, что умрет от рака легких. Джон Леннон пространно следит за окружающими. Редко смеется. Почти не говорит. Он не знает о существовании Марка Дэвида Чапмана.

Америка могла их либо уничтожить, либо обессмертить. Уникальность фильма в том, что во время его съемок “Битлз” еще не знали ответа.







Партнеры