“Тоска” с сюрпризом

16 февраля 2004 в 00:00, просмотров: 186

Прежде всего потому, что театр сыграл свой новый спектакль на чужой сцене: собственная — мало того что находится на капитальной реконструкции, еще и не так давно слегка погорела. А потому шедевр Пуччини играли в Детском музыкальном театре имени Наталии Сац.


“Тоска” — одна из самых психологичных опер классического репертуара, в которой интерес и сочувствие вызывает не столько спонтанный подвиг художника Каварадосси, сколько коварство и садистская сексуальность барона Скарпиа вкупе с непредумышленным предательством и наивной страстностью певицы Флории Тоски.

Режиссер Людмила Налетова и художник Елена Степанова уже прикасались к Пуччини, выпустив спектакль “Мадам Баттерфляй”. В строительстве видеоряда они пошли по уже освоенному пути: решение скупо, но зато никто не упрекнет в безвкусице. Серо-зеленая парча, задник то вспыхивает, то затемняется, напоминая экран гигантского телевизора. Три абсолютно одинаковых по дизайну платья Тоски: в первом акте — белое, во втором — красное, в третьем (правильно) — черное. И один загадочный предмет в последнем акте: красная конструкция — то ли труба крейсера “Аврора”, то ли канализационная вытяжка. Она еще и с сюрпризом оказалась, но об этом — позже.

А петь “Тоску” — очень трудно. Здесь требуется почти невозможное: очень хорошее сопрано (с сильными верхами), супер-мега-тенор и классный баритон. Ирина Ващенко в роли Тоски стройна и красива. У нее сильный голос, ровно звучащий в удобной для певицы тесситуре. Однако все скачки наверх оказались выкриками. Скарпиа в исполнении Евгения Поликанина — пожалуй, лучшая актерская работа спектакля. Барон получился живым, интересным, все его действия психологически мотивированы. И в вокальном плане партия исполнителю вполне удалась.

Чего, увы, не скажешь о Михаиле Урусове в партии Каварадосси. Прекрасный артист и сильный певец, которого московская публика запомнила в роли Алексея Ивановича в безвременно сошедшем со сцены Большого театра прокофьевском “Игроке”, выпал из стилистики итальянской оперы. Рыдающий прием извлечения звука, которым часто грешат тенора, особенно русские, стал для Урусова основополагающим. Это привело к фальши и появлению безвкусной блеющей интонации. И это обидно: Урусов обладает отличной фактурой и актерской индивидуальностью, а также уникальным голосом, что слышно даже в этой весьма неудачной работе.

В финале зрителей ждал вышеупомянутый сюрприз: когда бездыханная Тоска упала на мертвое тело Каварадосси, из трубы с хлопком вырвалось колыхающееся полотно и накрыло тела влюбленных. Такой вот фокус.




Партнеры