Грустный комик

5 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 702

— Пьяница, алкоголик, дебошир, грубиян, но какой талантище! — так говорили в Питере про актера Сергея Филиппова, сыгравшего роль Кисы Воробьянинова в картине “Двенадцать стульев”.

Одно время казалось, что в Северной столице не осталось человека, который бы при жизни Филиппова не опрокинул с ним рюмочку-другую, не пожал ему руки при встрече, не перекинулся парой слов. Поначалу актеру льстила бешеная популярность. “Да, я великий, гениальный...” — не уставал он повторять эти слова толпе поклонников. Но через какое-то время собственная слава стала давить ему на горло. “Отстаньте от меня, пошли к черту”, — не стеснялся в выражениях актер, когда у него в тысячный раз просили автограф.

А в последние годы, поговаривают, Филиппов якобы окончательно лишился рассудка. Женился на женщине старше его на двадцать лет, все дни проводил в старой захламленной квартире, отказывался от любых съемок. Иногда его видели во дворе собственного дома в компании бомжей. Все эти досужие разговоры расползались по Питеру с невероятной скоростью.

Репортеру “МК” удалось встретиться с человеком, которая находилась рядом с Сергеем Филипповым последние годы его жизни. Чем жил популярный актер в те трудные времена, поделилась с нами старейшая сотрудница “Ленфильма” Любовь Тищенко.


— Он был странным человеком, со своеобразной манерой общения. Думаю, такие неординарные личности рождаются раз в сто лет, — начала свой рассказ Любовь Григорьевна. — Будучи уже немощным стариком, Сергей Филиппов все чаще вспоминал свое балетное прошлое и очень жалел, что не стал звездой балета, а пошел в кино. Он закончил балетную школу и, по словам педагогов, имел неплохие перспективы. Балет он бросил не по своей воле — врачи обнаружили у него опухоль мозга, провели серию операций и запретили танцевать. Также Филиппов часто вспоминал свои театральные работы, конфликты с худруком Театра комедии Акимовым, который не давал Филиппову играть те роли, которые ему хотелось...

— Известно, что с первой женой Сергей Николаевич расстался после того, как она эмигрировала в Америку?

— Он до мозга костей был коммунистом, поэтому такой поступок жены расценил как предательство. Это заметно отразилось на его психике. В то время у него буквально “поехала” крыша. Ему казалось, что за ним следят органы КГБ, постоянно мерещились какие-то люди. Позже он говорил: “Конечно, я был дураком. У меня были совсем иные взгляды на жизнь, меня так воспитали...”. Спустя годы он осознал, что поступил неправильно. Однажды Филиппов мне признался, что никогда не бросил бы жену, если бы она не уехала в Штаты.

— С сыном он тоже не общался?

— Жена увезла сына, когда мальчик заканчивал школу. Сергей Николаевич умер, так и не увидев своего ребенка. Причем у меня был адрес его сына. Как-то я намекнула Филиппову: не пора ли начать переписку с ним? Он как закричит: “Не хочу, не буду!”. Но через это “не хочу” в глазах проглядывала такая печаль! Ведь когда его семья эмигрировала, он отказался не только от жены, но и от сына. В итоге мальчику пришлось сменить фамилию и отчество. Кстати, поэтому Филиппов никогда не любил детей. Когда я заговаривала о детстве, он кричал, что это самая ужасная пора в жизни человека.

— Сам сын пробовал связаться с отцом?

— Помню, Сергей Николаевич достал из-под кровати целую пачку нераспечатанных писем от сына. “Хочешь, читай, а мне неинтересно”, — сказал он мне. Но самое интересное, что ни одного письма он не выбросил. Видимо, чего-то выжидал. Надеялся, что сын вернется. Честно говоря, и я думала, что рано или поздно он объявится, поможет деньгами. Но сын приехал только пять лет назад, когда Сергея Филиппова уже давно не было в живых. Про смерть отца ему никто не сообщил. Мне тогда было не до того — я занималась поиском места на кладбище, а приемная дочь и внучка Филиппова от второго брака в это время вывозили узлы из квартиры актера.

“Актер равнодушно относился к смерти близких людей”

— Второй женой актера стала некая Антонина Голубева, которая была старше Филиппова на двадцать лет. В актерской среде эта женщина на тот момент вызвала бурю негативных эмоций?

— Я не знаю, чем вызвано такое отношение к этой трогательной и любящей женщине. Филиппов называл ее Барабулькой и сильно привязался к ней. Голубева была писательницей, правда, написала всего одну книжку. Познакомились они на каком-то фестивале. Она ездила за Филипповым на все гастроли, постоянно следила за ним и очень ревновала. Несмотря на такую слежку, Филиппов все равно умудрился закрутить несколько романов на стороне. Правда, Барабулька об этом так и не узнала. А еще он часто повторял: “Да, я люблю хороших девочек...”.

— Говорят, в квартире, где жил Филиппов с Барабулькой, царил полный хаос?

— Это была странная, абсолютно неприспособленная к жизни семья. У них дома творился жуткий беспорядок! Сам Филиппов никогда не убирался, он даже не мог приготовить себе яичницу. Барабулька тоже не вела домашнее хозяйство. Я даже не знаю, чем они питались. В холодильнике всегда было шаром покати. Странно, что со своей дочерью и внучкой Барабулька совсем не общалась. Однажды она предложила Филиппову встретиться с ними, но он наотрез отказался. Зато они объявились после смерти актера. Буквально за два дня вывезли из квартиры Филиппова всю мебель и дорогой сервиз, остальные вещи сдали в комиссионку.

— Про Сергея Филиппова действительно ходила слава как о самом жадном актере на “Ленфильме”?

— Напротив, он был очень расточительный человек, поэтому ничего не скопил себе на старость. А по молодости он даже не знал ценность тем или иным вещам. В советское время он мог достать любой дефицит и постоянно баловал своих знакомых. У Филиппова в доме была очень богатая библиотека. Когда я в очередной раз пришла к нему домой, то не обнаружила ни одной книги. Оказывается, когда у Филиппова были проблемы с деньгами, Голубева продала всю библиотеку за какие-то смешные деньги. Самое ужасное, что в одном из томов Сергей Николаевич хранил приличную заначку.

— Вы сказали, что Барабулька была трогательной, в чем проявлялась эта черта характера?

— Однажды Сергей Николаевич привез ей из экспедиции дорогую шубу. Когда наступила зима, Голубева отрезала низ шикарного манто. Филиппов тогда возмутился: “Барабулька, в чем дело?”. “Коротенький полушубок мне больше идет, да и потом сейчас все так носят”, — улыбнулась супруга. Позже выяснилось, что Барабульке пришлось укоротить шубу, так как ее нижнюю часть объела моль. Но она так боялась огорчить Сергея Николаевича, что придумала такую легенду. Подобная история случилась и со свитером Филиппова. Барабулька на юбилей подарила ему красивый шотландский свитер. Но Сергей Николаевич даже не успел его надеть, как моль сделала свое дело. В итоге пуловер был весь в мелкую дырочку. Но и здесь Барабулька успокоила мужа: “Сейчас все так носят, это модно”. Так Сергей Николаевич и носил этот свитер.

— Говорят, Филиппов сильно пил. Почему это случилось?

— Как это ни банально звучит, его сгубила слава! В период его бешеной популярности с ним все хотели выпить. Когда организм у Филиппова был молодой и крепкий, он никому не отказывал. А потом актер уже без этого не мог. Каждый день ему обязательно надо было принять коньячку или водочки. Барабульке это не нравилось. Когда они приходили в Дом кино, Сергей Николаевич тут же отлучался в буфет. Тогда Барабулька подбегала к нему и вырывала из его рук очередную рюмку. А вот в последнее время Филиппов совсем бросил пить. Во-первых, ему не на что было покупать спиртное, а в долг он никогда ни у кого не просил. Во-вторых, он был уже тяжело больной человек.

— Сергей Николаевич сильно переживал смерть Барабульки?

— Она умерла за два года до его смерти. Как ни странно, он совсем не переживал. Дело в том, что у пожилых людей наступает момент, когда к смерти даже очень близкого человека они относятся спокойно. Так случилось и с Филипповым. Я помню, когда мы прощались с Антониной Григорьевной на кладбище, он стоял с абсолютно равнодушным лицом, не проронил ни слезинки.



“Филиппов стеснялся своего внешнего вида”

— Любовь Григорьевна, почему вы взялись ухаживать за больным актером?

— Он мне всегда нравился как человек. Этот нелюдимый грубый актер на самом деле был трогательным и ранимым человеком. Хотя посторонним людям он казался жестоким. Ведь он мог запросто обидеть совершенно незнакомого человека — нахамить и даже послать матом. Но это был не настоящий Филиппов, таким образом он защищался. Вы не поверите, но он крайне негативно относился к собственной популярности. Он искренне ненавидел своих поклонников. После выхода фильма “Двенадцать стульев” он не мог спокойно пройти по улице — людям хотелось его потрогать, поговорить с ним. Филиппова это страшно раздражало. Зачастую дело доходило до драк.

— Когда он остался один, кто хозяйничал в его доме?

— Филиппов был одиноким человеком. Он сам выбрал такой образ жизни — он никого не впускал в свой дом, отключил телефон. Коллеги по “Ленфильму”, зная его суровый нрав, попросту вычеркнули его из своей жизни. Когда он тяжело заболел и практически не мог самостоятельно передвигаться, я навестила его. Он накричал на меня и захлопнул дверь перед моим носом. Я силой ворвалась к нему в квартиру, убралась, накормила его. “Больше не приходи”, — пробурчал он на прощание. Но я все равно приходила, так постепенно он ко мне привык. В последний год его жизни рядом с ним находились только два человека — я и его старый друг по балетной школе Константин Николаевич.

— Неужели нельзя было нанять сиделку?

— Да вы что?! Он даже врачей не вызывал на дом. Я думаю, ему было очень стыдно за свой внешний вид, за беспорядок, творившийся в квартире. Вся его ванна была забита грязным бельем, раковина на кухне заставлена посудой. Я приходила раз в неделю и все перестирывала, перемывала. С годами Филиппов становился озлобленным. Часто кричал на меня матом. Но при этом оставался очень благодарным. Он ничего не говорил, но эту благодарность я чувствовала в его взгляде. Я до сих пор помню его улыбку, когда постирала его любимую белую кепочку, которой он прикрывал шрам на голове, и рубашечку.

— На какие деньги он жил?

— Он получал какую-ту жалкую пенсию. Питерские актеры всегда были обделены, а особенно в то время. Но Филиппов на фоне других буквально бедствовал. Квартплату не платил месяцами. Вы не поверите, но он буквально голодал. Я помогала чем могла — покупала крупу, лимончик, кусочек сыра. А в последнее время он вообще стал отказываться от еды.

— Неужели гильдия киноактеров не помогала Филиппову?

— Он никогда ни у кого ничего не просил. Под конец жизни у Сергея Николаевича даже не осталось вещей. То ли продал все, то ли износились. За месяц до смерти мы положили его в больницу. Так у него не было тапочек, в которых он мог бы выйти из дома. Нам пришлось бегать по всему городу в поисках обуви 47-го размера. Вот так и госпитализировали его — в одних тапочках и какой-то рваной рубахе.

— Никто из режиссеров не вспоминал известного актера, не предлагал сниматься?

— Вспоминали, но редко. Его приглашали сниматься в эпизодах, но он уже плохо запоминал слова, поэтому вынужден был отказываться. Вообще, он не любил вспоминать свои работы в кино.

— Как он выглядел?

— Перед тем как его забрали в больницу, он был очень плох. Никому не пожелаешь такой старости. Он понимал, что выглядит неважно, и очень стеснялся этого. Поэтому старался лишний раз не светиться на людях. За год до смерти он все-таки пришел на “Ленфильм”. Он был в изношенном сером костюме, а в руках держал авоську, с которой никогда не расставался. Но на киностудии к нему даже никто не подошел — то ли не узнали, то ли побрезговали подать руку. А однажды он не удержался и пожаловался мне: “Ты посмотри, какие у меня страшные ногти...”. На следующий день я принесла щипчики, попробовала подстричь ногти. Так он стал орать от дикой боли: “Ты понимаешь, у меня все нервы здесь”. И попросил оставить щипчики: “Я, может, сам что-нибудь попробую сделать...”.

— Он делился с вами чем-то сокровенным?

— Он разоткровенничался в больнице, за месяц до смерти. Он рассказал мне всю историю своей жизни — про первую жену, про Барабульку, про блокаду. Есть известный снимок из серии “Блокада Ленинграда” — на нем изображен человек с куском хлеба, так это Филиппов...

— Говорят, Филиппов лишился рассудка за месяц до смерти?

— Конечно, это был уже другой человек. Он страшно страдал от головных болей, у него ломило все тело. Думаю, с психикой у него тоже было не все в порядке. Когда я приходила к нему домой, он встречал меня в чем мать родила, я кидала ему полотенце, заставляла прикрыться.

— Он говорил о смерти?

— Иногда он мог как бы невзначай бросить фразу: “Скоро уже все...”. Но он не боялся смерти. Это я поняла, когда он хоронил Барабульку.

Сергея Филиппова не стало 19 апреля 1990 года. Его похоронили рядом с Голубевой. За несколько дней до смерти актер рассказал Любови Тищенко о своей мечте.

— Знаешь, я ведь всю жизнь хотел сыграть положительную трагическую роль, а мне доставались одни мерзкие типы, — вздыхал Филиппов. — Я даже плакал, когда узнал, что главная роль в фильме “Когда деревья были большие” досталась Юрию Никулину.

Сергей Филиппов редко смеялся. Говорят, в архиве “Ленфильма” не сохранилось ни одной фотографии, на которых комедийный актер улыбался.






Партнеры