Миллион за швабру

5 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 398

Что такое реформа ЖКХ, похоже, не знают даже ее авторы. В самом деле, как обеспечить обещанную конкуренцию в этой проржавленно-затхлой сфере, когда канализация на весь город одна, водопровод тоже, а плохую котельную не поменять на хорошую, потому что к ней не протянешь альтернативной трубы. Вот и получается, что реформа — это повышение цен. В 2001 году, как известно, жители Подмосковья платили за услуги ЖКХ 50% их стоимости, в 2003 — 90%. Планировалось, что в 2003 г. оплата будет доведена до 100%. Но, видя, что темп взят слишком резвый, в преддверии выборов власти притормозили. Впрочем, и 90% за ЖКХ населению области хватило для того, чтобы взвыть.


Что бы вы сделали, если бы за свои кровные купили квартиру в доме-новостройке, а дом ваш, такой красивый-красивый, очень скоро начал бы превращаться в рядовую трущобу — с обожженными подъездами, вонючим подвалом, полчищем насекомых и грызунов? Правильно. Пошли бы выяснять отношения с начальником ЖЭКа. Не помогло бы общение с ЖЭКом, стали бы искать на него управу у директора МУП ЖКХ. Если бы и МУП ЖКХ не принял близко к сердцу ваших претензий, начали бы бомбардировать посланиями мэра города, который в результате тлеющего конфликта сделался бы вашим лучшим “другом”.

Именно это произошло с жителем Люберцев Александром Колмогоровым. В 1996 году он приобрел “двушку” в только что построенной многоэтажке на улице Льва Толстого. Заказчиком дома выступила администрация города, поэтому здание после ввода его в эксплуатацию передали на обслуживание в МУП ЖКХ. Какие последствия повлек за собой этот факт для собственников недешевых квартир, выяснилось позднее.

— Радость новоселья, запахи свежей краски, суматоха переезда на первых порах затмевают происходящее вокруг, — рассказывает Колмогоров. — И лишь после того как квартира обжита, начинаешь замечать, что за ее порогом творится неладное.

В первые годы, до начала реформы ЖКХ, люберецкий жилтрест отбивался от жалоб элементарно — мол, горбюджет не в состоянии покрыть все издержки на содержание жилого фонда. Однако по мере того, как бремя расходов перекладывалось на плечи жильцов, предмет разногласий перешел в совершенно иную плоскость. А именно: обязан ли потребитель оплачивать фактически неоказанные услуги или услуги ненадлежащего качества? По закону “О защите прав потребителей” — нет.

Александр Владимирович составил таблицу роста цен на услуги ЖКХ и направил ее в администрацию города.

Таблица сопровождалась простым и коварным вопросом: почему нужно платить именно эту сумму, а не любую другую? Иными словами, жильцы потребовали обосновать заявленные тарифы. Ведь им вменялось в обязанность из собственного кармана оплачивать целый букет неустранимых аварий, халтуры и неисправностей. Вот их короткий перечень.

Горячая и холодная вода подаются с перебоями. Горячая вода ржавая и недогрета до требуемой температуры.

Лифт периодически отключают, связь с лифтером из кабины отсутствует. Запертые в кабине подъемника пассажиры часами томятся в ожидании вызволения.

Освещение в подъезде неисправно. Электросиловой щит не обслуживается, дверцы электрошкафов раскрыты и доступны для детей.

Состояние канализации не контролируется. Канализационные стоки квартир 4—52 постоянно подтекают, подвал затоплен фекалиями, аварии при затоплениях подвального помещения устраняются через несколько суток.

В мусоропроводе свили гнездо крысы и прочие грызуны. 24 октября 2003 года пакостное животное, забравшись в электрощитовую, “закоротила” своим туловищем фазовую и нулевую шины, из-за чего в доме была отключена на 3 часа электроэнергия.

Зимой подъехать к дому нельзя из-за завалов снега и ледяных канав. Дворники не работают. И т.д. и т.п. Вправе ли потребители после такого “сервиса” послать его куда подальше?

Как считать? Сидя, стоя, лежа?

Тому, кто членораздельно объяснит, что такое 100%-ная оплата ЖКХ, необходимо поставить памятник.

В качестве критерия здесь выступают фактические затраты. Их экономическую обоснованность определяет нормативно-расчетная себестоимость произведенной услуги. Однако себестоимость может быть разной — завышенной или, наоборот, низкой. Участники рынка, теснимые конкурентами, должны сражаться за платежеспособную клиентуру. Поэтому они работают над снижением себестоимости. Монополистам, у которых нет конкурентов и у которых и так все схвачено, заниматься снижением себестоимости не надо.

Каверзные вопросики общественной комиссии по контролю за качеством обслуживания дома № 23 по ул. Льва Толстого (жильцы создали такую!) администрация г. Люберцы в лице первого заместителя главы г-на Михайлова прояснила легко. Общеизвестно, у чиновников особая логика. Они поколдовали над цифрами и постановили, что с 1998 по 2003 год рост тарифов в г. Люберцы составил: а) по теплоснабжению — в 3,43 раза; б) техническому обслуживанию домов — в 4,32 раза, и так далее. В общем, не в 10 и не в 12 раз, как расценила общественность. Бюрократы калькулируют по каким-то там нормативам, а плательщик — по тому, насколько уменьшилось содержимое его кошелька. Ну да Бог с ними.



Клуб 16 тонн

К чести служащих городской администрации, они все же предоставили обитателям дома полный расклад жилтрестовской бухгалтерии. Покумекав над ним, общественный комитет дома нарисовал диаграмму.

Надо ли говорить, как обрадовались плательщики, узнав, что содержанием домохозяйства г. Люберцы занимается аж 3615 человек, которые в год получают зарплату целых 111 миллионов рублей! Да если эта армия дворников, поломоек, слесарей-сантехников, дератизаторов дружно засучит рукава, в городе не останется ни одной дырявой трубы, ни одной мыши, ни одного заплеванного подъезда! Однако их радость была бы неполной без расшифровки статей расходов, составляющих тариф на техническое обслуживание жилых зданий в г. Люберцы.

Изучив пункт 3.2 документа, они с удивлением для себя узнали, что на инвентарь и моющие средства, выдаваемые мусоросборщикам, уборщикам лестничных клеток и дворникам, в городе тратится за год 2,7 млн. рублей. Однако!

Следующая строка удивила их еще больше. В пункте 3.3 те же моющие и дезинфицирующие средства для уборки лестничных клеток закладывались в смету вторично. Уборку предусматривалось производить с периодичностью 2 раза в месяц (скупо, ой скупо!) при щедрой норме расхода сопутствующих этой ответственной операции материалов. Вот она: ткань половая — 0,2 кг, моющие средства — 0,2 кг, вода — 200 л на помывку 100 кв. метров подъезда. Но разве кто-нибудь когда-нибудь видел, чтобы уборщица изводила 12 ведер воды?! — усомнились жильцы. Тем не менее деньги за мифические ведра с них аккуратно взимались. А 16 тонн половой тряпки в год на все городские подъезды? Нет, это все-таки впечатляет. Итого — 1 миллион 59 тысяч рублей. А дальше еще интереснее.

Оказывается, в смету заложена и, следовательно, жильцами оплачена ежедневная влажная уборка кабин лифтов с применением моющих средств. Судя по всему, недешевых — 39 рубчиков за килограмм. Видимо, речь шла о стиральном порошке “Тайд”.

Норма расхода: ткань половая 0,3 кг; 200 л воды; 0,25 кг моющих средств на 100 кв. м. Все это умножается на 365 дней в году. Происходи этот фантастический расход материалов в реальности, в кабинах лифтов царила бы такая стерильная чистота, что никто бы в них не захотел ни писать, ни писать нехорошие буквы на стенах.

Перевернув очередную страницу, жильцы уже схватились кто за что — кто за животы, кто за голову. Потому что далее в документе говорилось о том, о чем никто никогда в жизни не догадался бы.

Вы слышали, чтобы коммунальщики обязаны были производить ежемесячно промывку стволов мусоропроводов водой с хлорной известью? Вот и люберчане не слышали. И не видели. И все-таки за обработку стволов и мусоросборников им насчитали за год 1,3 млн. рублей. Не многовато ли за работу, которая не выполнятся?

И, наконец, самая дорогая в смысле технической оснащенности статья расходов — дворники, у которых, как известно, главные орудия производства — метла, лопата и чья-то мать. Одного песка по смете представители этой славной профессии сожрали на 3,3 млн. рублей. По норме им предписывается посыпать дорожки не реже, чем 2 раза в неделю. На каждое присыпание 1000 кв. метров расходуется 2 кубометра песка — почти полсамосвала. Правда, “засечь” самосвал во дворе жильцам ни разу не удалось. Наверное, посыпали не их двор.

— Мы с огромным трудом уломали наш ЖЭК, чтобы он завез песок в детские песочницы, — говорит А.Агеев, лидер общественной комиссии. — Какие уж тут самосвалы! Чистейшей воды вранье!

Граждане давненько начали подозревать — с люберецким жилтрестом что-то не так. Евроремонт в его головном офисе, неоновая вывеска с гордым названием “Жилтрест”, светящаяся в ночи на фасаде, многочисленный транспорт, украшенный фирменной атрибутикой, навевали скверные мысли. Не на приписки ли куплена вся эта мишура?

“Нет, — успокоил жильцов директор МУП ЛГЖТ Мамед Азизов, — создание фирменного стиля ведется за счет средств, получаемых от выполнения подрядных работ, а не за счет средств квартиросъемщиков”.

Какие это подряды, знает большинство люберчан. Дело в том, что МУП ЛГЖТ нашел доходный и примитивный вид приработка. На оборотной стороне квитанций, рассылаемых жильцам для оплаты услуг ЖКХ, он стал печатать коммерческую рекламу различных фирм. То, что квитанции являются платежными документами, размещать на которых рекламу не очень законно, коммунальщиков ничуть не смутило.

Проанализировав сложившуюся ситуацию, общественная комиссия дома решила, что будет искать других коммунальщиков — добросовестных и трудолюбивых. Благо в г. Люберцы появились предприятия аналогичного профиля. Не тут-то было! Выяснилось, что отказаться от услуг фирмы г-на Азизова невозможно.

“Искатели альтернативы, — разъяснил Комитет по экономике городской администрации, — которые проживают в не полностью приватизированном доме, не вправе самостоятельно определять организацию для обслуживания этого дома и обязаны нести расходы по его содержанию наравне с нанимателями жилых помещений”.

Как отрезал.

Тогда часть “мятежных” квартир пошла на крайнюю меру — перестала платить за услуги. До выяснения честности таковых.



Независимее не бывает

Осенью прошлого года прокурор г. Люберцы М.Ю.Городов заинтересовался механизмом ценообразования в ЖКХ. Прокуратура проверила, как исполняется законодательство о защите прав потребителей при утверждении органами местного самоуправления тарифов и ставок. И пришла к неутешительным выводам, так как законодательство нарушалось. В частности, районные власти не удосужились разработать и утвердить порядок проведения независимой экспертизы пресловутых фактических затрат на содержание, ремонт жилья и оказание коммунальных услуг населению, как того требует закон “Об основах федеральной жилищной политики”, принятый в последней редакции в мае 2003 года.

Между тем (ст. 15 закона) пересмотр или изменение цен может осуществляться только на основании независимой экспертизы, при этом пересмотр цен должен происходить не чаще одного раза в год с одновременным принятием местного бюджета. Таким образом, указал прокурор, одно из последних изменений тарифов на холодное водоснабжение, проведенное с 1 июня без соответствующей экспертизы, является нарушением закона.

Казалось бы, что может быть серьезнее предупреждения прокурора? Тем не менее отцы города даже не вздрогнули. А чего им дрожать? “Увеличение тарифов на водоснабжение и канализацию с 1.06.03 явилось следствием удорожания стоимости электроэнергии и услуг Мосгорводоканала, осуществленного органами государственного регулирования цен Московской области”, — привычно парировал зам. главы района Владимир Михайлов. Взятки — гладки.

То, что с постоянно растущими ценами ЖКХ творится настоящий бардак, каждый из нас прочувствовал на собственной шкуре. Кто в нем виноват, правильно ли берут с населения деньги — обывателю установить не по силам. Крайними в цепочке муниципально-государственного грабежа, как всегда, оказывается стрелочник, то есть плательщик. И все же в новом году в отдельно взятом Люберецком районе стали происходить позитивные перемены. Последнее удорожание услуг ЖКХ с 1 января 2004 года было проведено с участием экспертов. В их роли выступили ФГУП “ЦНИС” Госстроя России и Росводоканал. Как вы сами понимаете, независимее арбитра, чем монополист по части водокачек, ну никак не найти. В результате тарифы на воду повысились еще на 23%. Зашевелился, начал перестраиваться и жилтрест. Теперь он будет строить свои отношения с собственниками квартир цивилизованно, на основании договоров, заключенных с каждым квартировладельцем. Правда, в проекте договора, который получили жильцы, ничего не говорится о качестве обслуживания и праве заказчиков (т.е. собственников квартир) хотя бы минимально контролировать деятельность исполнителя (т.е. жилтреста), но это не беда. Зато обязанности заказчиков прописаны четко. Заповедь первая: платить за услуги не позднее 10-го числа. Заповедь вторая: платить в строгом соответствии. Особые условия. “Исполнитель обязуется надлежащим образом исполнять свои обязанности только при своевременном и полном финансировании из бюджетов различных уровней его убытков от эксплуатации жилищного фонда, инженерных сетей, коммуникаций, систем”. В общем, кто не покроет убытков г-на Азизова, тому... все понятно?

А с протестантами-неплательщиками, сомневающимися в честности выставленных счетов, живенько разобрались в суде. Получив повестку судебного пристава с предупреждением о наложении ареста на имущество в случае неуплаты, они сразу же расстались с сомнениями. И засобирались в сберкассу. Как миленькие.



* * *

Эта история — зеркальное отражение проблем, с которыми ежедневно сталкиваются миллионы жителей Подмосковья. В редакцию нашей газеты приносят пачками письма, с авторов которых ЖКХ-рэкет уже снимает последние брюки. Последняя весточка прилетела в “Московию” из Электрогорска: с 1апреля здесь собираются повысить тарифы на покрытие расходов местного предприятия ЖКХ. Предыдущее повышение произошло в феврале. Послание подписали более 300 человек. “Мы, физические лица, давно уже оплачиваем не 90, а 150% за коммунальные услуги. С каждым повышением тарифов услуги не становятся лучше, напротив — все хуже и хуже”.

Придет ли конец разбою?






Партнеры