Соколов взвился орлом

8 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 126

Кто он, новый министр культуры и массовых коммуникаций Александр Соколов, и чего от него ждать — показала пресс-конференция, прошедшая в духе модной театральной премьеры в агентстве РИА “Новости”. Она задержалась на 20 минут, в тесном зале журналисты буквально сидели друг у друга на головах. Но от премьеры она отличалась плохой организацией и звучала как дурно настроенный рояль.


Г-н министр нас удивил. Поначалу, когда его назначили на пост, он всех застращал “кривыми зеркалами в журналистике”, избрав тактику “нападение — лучшая защита”. А на первой же встрече с журналистами продемонстрировал свои новые грани. Предстал осторожным функционером, при этом весьма словоохотливым и мечтательным.

Осторожный. Ни одного конкретного ответа. Все обтекаемо, как бы умно, но туманно и запутанно. Из наукообразного потока, вогнавшего журналистскую братию в сон, все-таки удалось выудить кое-какую конкретику. А именно: планируется создать службу по надзору и контролю. Тем более, по словам министра, “контролировать и корректировать в культуре есть что”.

Пока неизвестно, кто из сотрудников бывшего министерства останется, но уже известно число начальников и их заместителей. Список огласил замминистра Леонид Надиров. У руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаила Сеславинского их будет аж целых три, а у руководителя Федерального архивного агентства Владимира Козлова — только два. Столько же и у Михаила Швыдкого. Они уже известны — Владимир Малышев и Александр Голутва.

Словоохотливый. Как выяснилось, любимыми словами министра являются: структура, структуризация, легализация. А также устоявшиеся за годы обороты типа “совокупность частных и отдельно решаемых вопросов”, “преемственность” и новенькое “системное осмысление ситуации”.

В духе советского режима проходила и сама пресс-конференция. По залу металась дама в красном с желтым микрофоном, которая фильтровала журналистские вопросы. Кому хотела — тому давала. Микрофон. В итоге сложилось впечатление, что список вопросов был составлен заранее. Особенно отчаянные выкрикивали вопросы с места в надежде получить ответ. Только таким образом корреспонденту “МК” удалось вырвать информацию о реституции. Впрочем, и из нее следовало, что г-н Соколов встречался с президентом Германии и что “немцы говорят об этой проблеме как о совокупности частных и отдельно решаемых вопросов”. А наш министр предложил “поставить проблему на уровень системного осмысления ситуации”. Вот и поговорили.

Еще один крик отчаяния с места: “Как вы оцениваете перспективы Большого театра?” Судя по всему, новый министр им не совсем доволен. Или совсем недоволен. “У Большого не гроссмейстерский класс”, — сказал он о театре, который по сути лишь начал подниматься.

Мечтательный. Когда речь зашла о проблемах телевидения, министр показал себя именно с этой стороны.

— Лет через десять в пользовании каждого человека будет тысяча каналов. И в этих тысячах каналов, разумеется, будет принцип свободного доступа к профилируемому, так сказать, какому-то показу того, что человека интересует, и даже через музыку можно будет сделать такую ориентацию.

(Все, как в культовом фильме советских времен: “Не будет ничего — будет одно сплошное телевидение”.)

Министру “претит присутствие рекламы посреди художественного фильма”. Кроме того, на ТВ есть программы, действующие на него “как рвотный порошок”. И вообще, у нас большой “дефицит информации о ежедневных событиях в их позитивной взаимосвязи”. Вместо жертв катастроф “можно сообщать о том, например, сколько за это время родилось детей, в том числе у известных в стране деятелей”.

Или еще один пассаж насчет Большого театра:

— Я далеко не считаю, что там все идеально. Но, как говорил Лев Толстой, главное не то место, где мы находимся, а главное — то направление, в котором мы движемся. Если там есть ростки хорошего, то их затаптывать не надо.

— Но ведь построили новое здание, в чем проблема?

— Проблема театра — это не только состояние здания. Это проблема смены поколений, проблема репертуара, состояние оркестра, кордебалета.

(Кордебалет Большого считается одним из лучших в мире. — “МК”.)

До сих пор не ясна судьба Департамента по сохранению культурных ценностей во главе с Анатолием Вилковым. Ситуацию немного объяснил Михаил Швыдкой: департамент будет преобразован в управление Федерального агентства по культуре.

Но самым неожиданным был финал. Леонид Надиров, очевидно, озвучил мнение нового начальства относительно наших перспектив:

— Всем рекомендую прочитать письмо Ходорковского. Я сам прочитал его два-три раза и считаю, что это соизмеримо с работой Чернышевского “Что делать?”.

На самом деле: что делать-то?




Партнеры