Военный билет на тот свет

8 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 596

Первого апреля начался очередной призыв в армию. Предыдущий призыв завершился 31 декабря, но среди тех, кто прослужил всего три месяца, уже есть потери. На минувшей неделе нам стало известно о гибели солдата, призванного 29 декабря 2003 года. Алексей Панков 1984 года рождения умер 23 марта в учебной части под Москвой.

Что с ним произошло? Какие только версии мы не выслушали от военных. Командование части наизнанку выворачивалось, лишь бы не сказать прямо, лишь бы умолчать, скрыть, похоронить свою вину вместе с несчастным мальчиком. А военная прокуратура и вовсе отказалась говорить с корреспондентом “МК”, ограничившись перечислением статей, по которым возбуждено уголовное дело.


Если военные так нагло обманывают журналистов, можно представить, как они издеваются над беспомощными родителями погибших в армии срочников. За что? Мало того, что люди отдают детей в армию, мягко говоря, со страхом. Так они еще и не имеют права знать, как и почему умер их сын.

О том, что в подмосковной учебке умер солдат, не сообщили ни газеты, ни телевидение. О гибели солдата мы узнали случайно и тут же связались по телефону с командиром части генерал-майором Андреем Козловым. Он подтвердил, что рядовой Панков умер от сердечного приступа. Мол, парня, прошедшего медкомиссию всего три месяца назад, подвело сердце.

По словам командира, события развивались так. Вечером 23 марта стоявшему на посту рядовому Панкову стало плохо, он потерял сознание и упал. Медработник констатировал смерть. В 23.10 Панкова отправили из части в военный госпиталь в поселке Чкаловский для освидетельствования. Диагноз: “Остановка сердца по неустановленной причине”.

На следующее утро в 7.10 в часть прибыли отец и два дяди солдата. Подозревая, что сын стал жертвой неуставных отношений, родственники захотели встретиться с сослуживцами Панкова. Такая возможность, как сказал генерал-майор Козлов, была им предоставлена.

Далее он рассказал, что старший следователь Балашихинской военной прокуратуры Сергей Макаров, ведущий дело, дал родственникам заключение медэкспертов, из которого следовало, что следов ударов на теле погибшего не обнаружено. Отец, поначалу настаивавший на личном осмотре трупа, после беседы со следователем от своих планов отказался, сказав, что полностью доверяет работникам прокуратуры.

Офицеры части, где менее трех месяцев прослужил Алексей Панков, собрали 13 тысяч рублей и передали отцу погибшего.

* * *

По версии генерала Козлова выходило, что рядовой Панков мог и дома точно так же умереть от сердечного приступа. Но здоровое восемнадцатилетнее сердце не может “просто так” взять и остановиться. Выходит, в армию призвали тяжело больного парня?

В поисках врачей, допустивших преступную халатность, мы позвонили в Кашинский военкомат (Тверская область), откуда призывался Панков, и… услышали совсем иную интерпретацию событий.

Военком Карюгин, ездивший вместе с родителями Панкова в часть, сказал, что Алексей был убит.

23 марта он был дневальным. В 22.50 сослуживцы обнаружили его лежащим на полу без сознания. Медики пытались реанимировать Панкова, но в 23.30 констатировали смерть.

Спустя сутки следователи Балашихинской военной прокуратуры задержали троих военнослужащих по подозрению в совершении преступления. Одного удалось “расколоть”: командир отделения ефрейтор Георгий Лямин сознался, что сильно толкнул рядового Панкова, тот упал и не поднялся. Но телесных повреждений и следов удара на теле пострадавшего действительно нет.

Стало ясно, что сердце солдата остановилось не “просто так”, но в части пытаются замять скандал, слегка подретушировав цепь событий. Стрелки плавно переводятся на медиков Кашинского военкомата — они, мол, поставили в строй больного солдата. Но сомневаться в профессионализме кашинской медкомиссии трудно хотя бы потому, что она завернула родного брата Алексея (они погодки), призывавшегося вместе с ним, по причине хронического гастрита. Если уж врачи гастрит заметили, то больное сердце вряд ли бы просмотрели. А Алексей был признан годным без всяких ограничений.

Николай Юрьевич Панков, дядя Алексея, с которым нам удалось связаться, также утверждает, что племянник его был совершенно здоров, армии не боялся и служить пошел с радостью.

У его родителей сейчас на руках четыре документа, так или иначе касающихся смерти сына. Все они опровергают друг друга.

В извещении, пришедшем из части, написано, что “остановка сердца наступила по неустановленной причине”.

В справке из загса в графе “причина смерти” стоит... жирный прочерк.

В свидетельстве, выданном 111-м центром судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны, написано, что смерть произошла “от заболевания” (какого — не уточняется).

А из прокуратуры пришла бумага с заключением судмедэксперта, где сказано, что в легких погибшего обнаружена пища.

Какому из этих заключений должна поверить семья Панковых?

Они поверили последнему. Алексей, стоя на посту, мог что-то жевать. Это не понравилось ефрейтору Лямину, и он ударил рядового в грудь. Парень поперхнулся, куски пищи попали в дыхательное горло, и он задохнулся. Остановка сердца могла произойти не во время удара, а после — от кислородного голодания.

Николай Юрьевич рассказал, что Лилия Александровна, Лешина мама, сейчас “ни живая ни мертвая”. Но отец Сергей Юрьевич не оставит этого дела, пока не увидит на скамье подсудимых “превысившего служебные полномочия” ефрейтора Лямина.

Последнее, что нам удалось выяснить в отношении беспричинно остановившегося сердца рядового Панкова: Балашихинской военной прокуратурой возбуждено уголовное дело по двум статьям: ч. 3 ст. 335 (нарушение уставных правил взаимоотношения между военнослужащими), и ч. 4 ст. 111 (причинение смерти по неосторожности).

К сожалению, это далеко не единственный подобный случай. Скрывать истинные причины гибели солдат считается нормой и у командиров, и у военной прокуратуры. Это называется “не выносить сор из избы”. Мол, солдат все равно уже умер, ему не поможешь, а обнародование фактов дедовщины приведет к очернению армии, и тогда вообще никого нельзя будет призвать.

А так — все шито-крыто. С первого апреля начался очередной призыв, и мальчики снова пошли на сборные пункты. С желанием и радостью. Как Алексей Панков.







Партнеры