Бок о Бог

9 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 332

Подходит к концу Страстная седмица. До Христова Воскресения остается два дня. Согласно традиции вчера, в Великий четверг, православные христиане пекли куличи и красили пасхальные яйца. В былые времена за этим занятием собиралась вся семья. А само раскрашивание яиц сопровождалось песнопениями. Накануне Пасхи корреспондент “МК” побывала в Свято-Алексиевской пустыни, где по старинным монастырским рецептам приготовила с насельниками праздничные куличи.

Деревянной лопаткой в дубовый чан я разбиваю уже тридцать первое по счету яйцо, высыпаю во взбитую смесь большую миску сахара, вливаю бутылку льняного масла… Рядом, на покрытой рогожей лавке, насельница Татьяна, просеивая через сито из конского волоса муку, нараспев объясняет:

“В монастырях теста для праздничных пирогов готовят много: в большом объеме оно лучше выбраживается”. На бревенчатой кухне Свято-Алексиевской пустыни с молитвами и песнями мы замешиваем тесто для пасхальных куличей.

Немецкий партизан

Уникальное поселение в Ярославской глубинке, где живут и священники, и монахи, и мирские, найти не просто. От ближайшей станции электрички до бревенчатого городка — 40 километров. В самом центре поселка — большое деревянное здание — гимназия, она же Центр социальной адаптации подростков. Рядом в одном из домов живут нынешние насельники монастыря — монахи, в другом располагается богадельня, где доживают свой век беспомощные старики. В крепко сбитом срубе — кухня и трапезная, недалеко — общежития для мальчиков и девочек. Ограды нет…

За парным молоком для опары мы с Татьяной идем на скотный двор.

— Малина, гут, гут, — приговаривает невысокий бородач, теребя за ухо пятнистую буренку. Рогатая, перебирая копытами, отзывается протяжным “интернациональным” “му-у…”. Подхватив бидон с молоком, главный скотник на ходу успевает щелкнуть по колокольчику на шее рыжухи Клюквы, поправить кормушку у Пышки... В царстве хвостов и копыт немец Майкл — главный! Под его началом 130 коров, 40 свиней, 150 овец, 15 лошадей...

В пустыни Майкл (он же Михаэль Карл Пюллен, он же Миша) живет уже десятый год. В Россию попал с легкой руки родного дяди — западногерманского бизнесмена. Желая избавить племянника от пагубного пристрастия к наркотикам, дядя отправил Михаэля с одной из католических организаций на реабилитацию в Россию. Колеся с гуманитарной помощью по Ярославской области, Михаэль оказался в Свято-Алексиевской пустыни.

— Виза у Миши закончилась, несколько лет он жил у нас на нелегальном положении, — рассказывает отец Алексий. — Мы называли его немецким партизаном. Прошлое у парня было бурное — наркоман, успел посидеть в немецкой тюрьме, в Москве его едва не застрелили... У нас он начал работать скотником, бывало, новорожденных поросят приносил к себе домой, выпаивал из соски. Всю землю вокруг коровника засадил цветами. А вскоре женился, выучил русский, принял православие. Община помогла построить молодой семье дом, и теперь они растят троих детей.

Зарплату в Свято-Алексиевской пустыни никто не получает. Работают общинники на самих себя: сеют, пашут, строят дома, реставрируют храм. Кормятся поселенцы из общего котла, на общие деньги и одеваются.

Бомжик Сережа

Возвращаемся в трапезную. В большой глиняной миске Татьяна разводит в парном молоке дрожжи, добавляет сахар и муку. Опара будет дозревать под льняной салфеткой в тепле два часа. А пока мы идем знакомиться с гимназистами.

В коридоре на сосновой стене рядом с афоризмами Иоанна Златоуста — высказывания Наполеона... Рядом с иконами и гравюрами — стенд с метеоритами. Помолившись, гимназисты могут прикоснуться к внеземному веществу…

— Бог есть любовь, — читают по слогам первоклашки.

Из 200 поселенцев Свято-Алексиевской пустыни 116 — дети, большая часть из которых — сироты. Перебирая фотографии в альбоме, отец Алексий показывает нам снимок вихрастого мальчишки:

— Это Сережа Жданов. Он первым у нас появился в обители. Мать его села в тюрьму, там ее убили. Отец-алкоголик обменял московскую квартиру на дом в Подмосковье, который оказался… сельсоветом. Но этого Жданов-старший не узнал. До нового места жительства он не доехал, пропал… Сережа стал жить на Киевском вокзале, подрабатывать на овощной базе. Когда его забрали в приемник-распределитель, он несколько дней молчал. Потом сказал адрес, где живет его мама. Выяснилось, что мальчик назвал адрес своей няни из детского сада. А у нянечки Нины своих девять детей, да к тому же она осталась без работы… Нина оказалась соседкой моих друзей. Узнав о нашей обители, она попросила взять мальчика к себе на лето. Его у нас так и звали — Сережа-бомжик. Осенью он уезжать от нас не захотел. По возрасту он должен был пойти в шестой класс. Его протестировали и определили в… третий класс.

У бани два подростка в легких безрукавках пилят дрова. Помогая укладывать поленницу, выясняем, что Паша и Сережа в обители “на реабилитации” уже третий месяц.

— Оба попали в компьютерную зависимость, — объясняет нам отец Алексий. — Пропадая в интернет-кафе, они две четверти не ходили в школу.

Деньги на Паутину одноклассники зарабатывали, убирая офисы, а то и облегчали кошельки у родителей. Теперь в обители им не доступно ни радио, ни телевидение… Зато к их услугам фундаментальная библиотека, в которой более 70 тысяч томов... Ежедневно в расписании — урок церковного пения.

Читаю вывешенный на стене распорядок дня: подъем в 6.30, в 7 утра — общая молитва, завтрак... После двух уроков — второй завтрак, после обеда — тихий час, затем подвижные игры, кружки и еще два урока. После полдника — самоподготовка, ужин, вечерние правила — молитва, секции, а с 22 до 23 часов желающие могут посетить кинолекторий.

Ратники Христовы

Из-за закрытой двери на первом этаже доносится стройный хор голосов. Заглядываем в класс и видим у фортепиано батюшку во всем черном и подростка в... камуфляжной форме. Показывая тетрадь с нотами, пятнадцатилетний Лев Мокров объясняет:

— Перекладываем для фортепиано записанные на магнитофон греческие песнопения.

Третий год 25 воспитанников-кадетов Свято-Алексиевской пустыни носят военную форму. “Мальчишки — романтики, они все грезят о воинской доблести и чести, — говорит отец Алексий. — А военная форма — дисциплинирует. С одним из наших воспитанников — Виталием Мельниковым — сладу не было. Его мама с четырьмя детьми долгое время жила на вокзале. А как только Виталий надел форму — стал одним из лучших кадетов”.

Поднимаемся на третий этаж, где в одном из классов идет урок начальной военной подготовки. Мальчишка с восточной внешностью — Стефан Коканович — после команды начинает разбирать автомат. “27 секунд”, — объявляет результат командир первого взвода Алексей Масляков, в прошлом боевой сержант, ветеран-афганец.

Мама у Стефана — вьетнамка, а папа — сербский священник. В гимназии Свято-Алексиевской пустыни учатся еще три его брата: Антон, Костя и Коля, которые, кстати, являются внуками министра обороны Вьетнама, родственниками Хо Ши Мина. Родители у братьев Кокановичей развелись, но отец настоял, чтобы дети получили православное образование.

На столе рядом с автоматом вижу брошюру: Тропарь святому благоверному князю Александру Невскому. Глас 4.

— Латынь, греческий, еще один современный язык по выбору... — перечисляют ребята изучаемые предметы.

Читать специальные предметы (историю оружия, историю крупнейших сражений, историю разведки) в пустынь приезжают шефы — преподаватели Ярославского зенитно-ракетного военного училища и представители Главного разведывательного управления.

В домовом храме крестится перед иконами паренек в военной форме:

— Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы православным христианам на сопротивныя даруя...

Поднимая глаза на журналистов, он объясняет: “Тропарь креста и молитву за Отечество мы поем каждый вечер”.

Кадеты, как и остальные воспитанники, живут по единому уставу, который близок к монастырскому. Вот только подъем у ребят на час раньше, чем у гимназистов, — в 5.30 утра. Утро у кадетов начинается с физической подготовки.

Соломон и Нефертити

По размытой дороге спускаемся к трапезной. На склоне холма серебрится маковкой крошечная часовенка.

— Никольскую часовню в Память и во Славу всех русских путешественников поставил Федор Конюхов, — объясняет Татьяна.

Тщательно закрыв на кухне все двери и окна, хозяйка вымешивает тесто и продолжает рассказывать:

— Из каждого своего путешествия Федор Конюхов, как есть — в буро-рыжих дутышах на ногах, тельняшке, свитере-балахоне, с рюкзачком на плечах, в неизменном видавшем виды картузе — обязательно возвращается в Свято-Алексиевскую пустынь. Приезжает в обитель — отдохнуть, помолиться, помочь насельникам в строительстве. Для известного путешественника и его жены Ирины — профессора права — братство переделало под дом небольшую баньку. Здесь же в православной гимназии учился их младший сын Семен, которого родители зовут Сеней.

Благодаря известному путешественнику уроки географии у гимназистов и лицеистов проходят в Клубе путешественников. В кабинете-музее Федора Конюхова на стенах весят карты его маршрутов, награды, а также ледоруб, с которым он покорял Эверест, капитанская кепка, в которой Федор Конюхов пересекал Атлантику, шкиперка, прошедшая с ним все четыре кругосветки. Надо ли говорить, что известный путешественник — идеал всех живущих в пустыни мальчишек.

В поселении помнят, как из Калмыкии Федор Конюхов привез в обитель двух козлят, из кругосветного путешествия вернулся вместе с лошадью, голубями и двумя черепашками — Соломоном и Нефертити. Вся живность прижилась в пустыни.

— Долгое время у нас жил верный друг Федора — пес Крис, — рассказывает отец Алексий. — Во время путешествия по Аляске этот метис — помесь лайки и волка — спас Федора от неминуемой гибели: когда вожак в упряжке во время длительного перехода сбился с дороги, Крис нашел среди торосов едва заметную тропинку.

* * *

Уезжала я из Свято-Алексиевской пустыни со свежеиспеченным куличом, на созревание и выпечку которого у нас ушло более восьми часов. А насельница Татьяна поделилась с нашими читателями еще одним старинным монастырским рецептом:

Кулич шоколадный

Потребуется: 1,5 стакана муки, 0,5 стакана молока, 50 г свежих дрожжей, 15 яиц, 2 стакана сахара, 0,5 стакана порошка какао, 0,5 стакана красного вина, 0,5 стакана ржаных сухарей, горсть апельсиновых цукатов, по половине чайной ложки тонко смолотых корицы, гвоздики, кардамона и бадьяна, соль по вкусу, и еще столько муки, сколько потребуется. Растворить дрожжи в молоке и смешать с мукой, дать подняться в теплом месте. Затем добавить в тесто желтки, растертые с сахаром добела, порошок какао, красное вино, ржаные сухари, мелко нарубленные апельсиновые цукаты и все пряности. Дать тесту подняться и добавить взбитые в стойкую пену белки, соль по вкусу и столько муки, сколько потребуется. Замешанное тесто положить в форму, смазанную маслом. Когда тесто поднимется в форме, выпекать кулич при температуре 180 градусов до готовности.




Партнеры