Ночной “общак”

12 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 253

— Ночью приехала бригада рабочих и разобрала у нас крышу, — рыдает пенсионерка Евгения Горчакова. — Сказали, что директор затеял капремонт. Нам приказали выселяться. Но не предоставили даже временного жилья!

Еще в 1989 году Егорьевский молокозавод по договору купли-продажи выкупил у СПТО (муниципальное предприятие) деревянный жилой дом. Ему присвоили статус общежития, и туда въехали три семьи работников предприятия. Завод пообещал, что со временем жильцы смогут приватизировать квартиры, потому что общежитием их дом является только формально. Ведь на самом деле в нем три разных входа и изолированные квартиры, по всему получается — обычный жилой дом.

Но когда новоселы подали документы на приватизацию, им было отказано: мол, нельзя брать в собственность общежития.

— Мы совсем не разбираемся в законах, — вздыхает Татьяна Коренева. — Всю жизнь отбарабанили на молокозаводе, и юриспруденция для нас — темный лес.

Зато перед развалом завода гендиректор предприятия Владимир Журавлев каким-то образом сумел “прихватизировать” общежитие на свое новое предприятие — коммерческую фирму по производству все той же молочной продукции.

С тех пор все и началось. Ни с того ни с сего в 2001 году он прислал жильцам уведомление, что собрался провести в здании капремонт. С чего бы такая забота? За все годы проживания они сами содержали дом: делали ремонт, чинили крышу, и предприятие к их житейским хлопотам не проявляло никакого интереса. Теперь же директор просит, нет — требует, чтобы жильцы покинули помещение в течение месяца...

Сомнения, скажем так, не были надуманными. Журавлев не только не предложил им временное жилье на время капремонта, но и оснований для его проведения. Чтобы проводить реконструкцию, нужны заключение Межведомственной комиссии и еще — утвержденная смета расходов. Вместо документов директор “состряпал” акт за подписью... его личного водителя и главбуха (!). По мнению этих “специалистов”, здание износилось аж на 63%, поэтому непригодно для проживания.

Пошли жильцы с этой филькиной грамотой к главе Егорьевска. У мэра волосы дыбом встали: где это видано, чтобы акты о ремонте подписывали водители?! Тем не менее дом — собственность предприятия, и юридически, как бы это сказать, администрация не может лезть в чужой огород. Городская власть переадресовала заявление потерпевших в прокуратуру.

Впрочем, заводское начальство времени тоже даром не теряло. Журавлев приехал в общежитие и собственноручно перерезал электропровода, перекрыл газовый вентиль, а потом заклеил его скотчем. Впоследствии на суде он признается, что под рукой не было рабочих, вот и пришлось все сделать самому, дабы ускорить ремонт.

И началось самое страшное. В конце августа прошлого года, глубокой ночью, в “общагу” нагрянула бригада рабочих. Не обращая внимания на спящих жильцов, они забрались на крышу (!) и стали сбрасывать с нее шифер, сносить перекрытия... Перепуганные люди выбегали из дома, не понимая, что происходит. Такое и в кошмарном сне не приснится!

— Мы смотрели, как разбирают нашу крышу, но ничего не могли поделать, — всхлипывает Евгения Васильевна Горчакова. — Побежали в милицию, а там сказали: раз Журавлев — собственник, он может делать все что ему заблагорассудится. Мой муж — инвалид II группы — не мог даже выйти из дома...

Администрация города собрала межведомственную комиссию, которая вынесла свой вердикт: дом пригоден для проживания и не нуждается в капитальном ремонте! Посему действия г-на Журавлева — чистой воды самоуправство. Однако снятую уже крышу так и не поставили на место. Кроме того, как-то ночью та же бригада еще и вытащила окна! Квартиры стали гнить: снег и дождь щедро заливали мебель пенсионерок. Им ничего не оставалось делать, как искать прибежище у родственников.

Совпадение или нет, но активный капремонт здания начался с одновременным массовым строительством коттеджей в районе Жуковой Горы. По иронии судьбы, злополучное общежитие находится в самой престижной, зеленой зоне города. Корреспонденты “МК” поинтересовались у владельцев коттеджей по соседству с общежитием: сколько же стоит сотка в этом месте? Оказалось, от одной до двух тысяч долларов. Остается лишь догадываться, зачем директору понадобилось выгонять пенсионерок на улицу...

Из трех жильцов только двое — Евгения Горчакова и Татьяна Коренева — подали иск в суд “Об устранении препятствий для проживания и компенсации морального вреда”. Их соседка Максутова, прописанная в общежитии, там никогда не жила. Пока она собиралась с переездом, гендиректор Журавлев успел найти свое применение ее жилплощади. Как утверждают свидетели, эти комнаты начальник использовал для своих “деловых встреч”, как правило, с сотрудницами своего же предприятия. Максутовой было неловко мешать “ночным совещаниям”, поэтому, так и не став новоселом, она осталась у родственников.

А несколько лет назад к ней прописали еще и семью Юрия Конева: его отец — член директоров нового предприятия Журавлева. Здесь тоже не обошлось без вопросов. Ведь Максутова и Коневы не являются родственниками — значит, не могут проживать на общей жилплощади. Получается, что паспортный стол не имел права прописывать там новую семью. Впрочем, их все устраивает: над их квартирой крышу почему-то не разобрали. Может быть, потому, что глава семейства работает в дежурной части милиции?..

Егорьевская прокуратура возбудила уголовное дело в отношении директора Журавлева по ст. 330 УК — “Самоуправство”. Прошло уже полтора года, но следователь Виктор Петричук и судья Валентина Утешкалиева до сих пор так и не усмотрели ничего противоправного в действиях Журавлева. Следователь неоднократно прекращал дело в связи с отсутствием состава преступления. Вот что он отвечает на запрос прокуратуры: “Несмотря на наличие в действиях Журавлева самоуправства, он не причинил существенного вреда интересам Горчаковой и Кореневой, т.к. реально пытался отремонтировать общежитие и улучшить условия их проживания...” Ничего себе “реальность”: разбирать дом на глазах у жильцов! Видимо, следователь полагает, что бумаги о капремонте могут подписывать водители, подменив заключение Межведомственной комиссии, а люди должны бомжевать на улице, пока идет стройка. Кроме того, следователь упорно игнорирует ст. 82 и ст. 110 ЖК РСФСР, в которых прописано, что “при производстве капремонта домовладелец обязан предоставить людям временное жилье, отвечающее всем санитарным и техническим нормам”. Судья Утешкалиева под разными предлогами откладывает слушание дела: то болеет адвокат ответчика, то Журавлев не ознакомился с иском и т.д. и т.п. За это время муж Евгении Горчаковой пережил два инсульта и умер. Однако судья Утешкалиева не удовлетворяет иска о возмещении морального ущерба. Ведь еще нужно доказать, что инсульты случились из-за злополучного квартирного вопроса.

...Владимир Журавлев полон сил и энергии. Недавно он подал встречный иск — о выселении своих бывших сотрудников. Мол, их уже не связывают никакие трудовые отношения — и пусть освобождают служебное помещение. Однако Владимир Афанасьевич, видимо, подзабыл, что общежитие им самим было “прихватизировано” не совсем законно. Еще в 1994 году глава Егорьевского района издал постановление, по которому дом переходит в муниципальную собственность, т.к. молокозавод обанкротился. Однако господин Журавлев предоставил выписку из протокола собрания трудового коллектива, якобы с их решением о приватизации общежития. Посему главе администрации пришлось отменить свое постановление о включении здания в муниципальную собственность. Но, опросив бывших сотрудников молокозавода, следствие установило, что никакого собрания трудового коллектива не было. Так что Владимир Журавлев принял решение о приватизации единолично! Прокуратура передала дело в Арбитражный суд МО с иском о признании сделки о приватизации недействительной по ст.ст. 167—168 ГК. А также, согласно ст. 2 ФЗ, о признании недействительной и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Пока ответа из Арбитражного суда нет. На судебное заседание 8 апреля Владимир Журавлев в очередной раз не явился: как всегда, он болен. Тем временем разобранное общежитие продолжает гнить. Сейчас оно напоминает барак или притон для бомжей. Судя по тому, с каким скрипом продвигается дело, от дома останется один фундамент. Евгения Горчакова ютится в малюсенькой комнатушке у матери, прикованной к постели. А Татьяна Коренева путешествует по родственникам — то в Тульскую, то Рязанскую губернии. Понятно, что они нигде не работают: попробуй найти место, если каждый день нужно искать крышу над головой! На женщин жалко смотреть: даже от обычных разговоров, не касающихся судов, у них начинают дрожать руки...

Да здравствует наш российский суд — самый справедливый суд в мире?!




Партнеры