Кто не смог забеременеть Лениным, был убит

19 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 212

Худрук театра “Сфера” Екатерина Еланская взяла никому уж не известный роман Лескова “Некуда”, своего рода мини-“Войну и мир” или мини-“Бег” с жизнью 3—4 семейств, растянутой на четверть века. Уходящего, девятнадцатого. И так красиво устроила инсценировочку.

Итак, спектакль “Грозный ангел”.

И смотреть, и ставить столь эпохальные вещи непросто. Идей много, и мыслей умных (в циничной оберточке) — хоть пруд пруди. Тут и Герцен, и Чернышевский, целая философия, катящаяся в тартарары:

— Господа, вот, скажем, римское право задается вопросом: как трактовать собственность: когда я яблоко сорвал, когда его съел или когда его... того... (вопрос от доктора, артиста Дмитрия Новикова).

Но единый стиль такого спектакля выдержать, одну тему ему задать — “любовь на фоне социальных потрясений” или еще чего — это потруднее задача. Еланская оставила “поиск стиля” на усмотрение зрителя. А разбила “Ангела” на динамичные сценки-пляски этаких спорщиков, не знающих, под чьи знамена им становиться: бунтарей, радетелей за монархию или вообще, не дай бог, анархистов... Особенность театра более чем позволяет это сделать: сцена-арена посередине, актеры играют прямо меж зрителей, и живой оркестр наяривает где-то впотьмах.

Еланская делает ставку на молодых артистов, каждый из которых за спектакль играет по нескольку ролей: Валентина Абрамова, Анатолий Смиранин, Михаил Фоменко, Сергей Рудзевич... Последний — так и вовсе восхитительный “кадр”, фотографически схожий с молодым Булгаковым — задорный, со вздернутым носом. Колоритнейший артист, о котором, несомненно, скоро заговорят, и заговорят по-крупному. В спектаклях Еланской как тень великих театров-мастодонтов прошлого века обязательно хоть раз появляются “короли эпизодов”. Когда последние на несколько секунд отбирают все внимание зрителей на себя: например, в “Грозном ангеле” такой “королевой” стала актриса Мария Аврамкова, представлявшая, казалось бы, незатейливый образ служанки. Но она так умудрялась маятником раскачиваться под тяжестью огромного утюга, что зрители тихо съезжали с кресел...

Благодаря молодежи “серьезный спектакль” на темы “гибели империи” далек от хрестоматийности, он легко разбирается на составные части, и, уже придя домой, можно вспоминать его, “просматривая” с любого места. Спектакль обрывается примерно тогда, когда молодой Володя Ульянов только пошел в гимназию. Он повзрослеет, приберет к рукам весь этот отечественный “социалистический” сброд и подстелет под свои дорогие немецкие ботиночки. Они-то и висели в воздухе весь спектакль, пока маленькие люди представляли из себя людей.




    Партнеры