Два пуда откровений о Мухаммеде Али

21 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 518

На обложке книги красуются четыре буквы “GOAT”. Это аббревиатура, которая расшифровывается как “Greatest of All Time”, то есть “Величайший всех времен”. Поскольку книга издается не советским Госполитиздатом, речь идет не об Иосифе Сталине. “Величайший” — это и впрямь величайший боксер Мухаммед Али.

О нем принято говорить: “Larger then Life” — “Больше чем сама жизнь”. То же самое можно сказать и о книге, посвященной феноменальному боксеру и человеку. Ее параметры поражают воображение — формат книги полметра на полметра, в 800 страницах 600 тысяч слов и три тысячи фотографий. Весит этот монстр немногим более двух пудов! Издатель книгопечатного монстра Бенедикт Ташен говорит, что нажил двойную грыжу, таская его. То ли шутит, то ли правду говорит...

Книга издается десятитысячным тиражом. Каждый экземпляр будет украшать подлинный, а не факсимильный автограф Мухаммеда Али. Цена 9 тысяч книг — 3000 долларов каждая. Цена оставшейся тысячи — 7500 долларов каждая. К ней прилагаются скульптуры боксера работы Джеффа Кунса на подставке из дерева редких пород.

Бенедикт Ташен весьма специфический издатель. До того, как приступить к сооружению, иначе не скажешь, монумента Мухаммеду Али он выпустил еще одну монструозную книгу “Helmet Newton’s Sumo” — “Сумо Хельмета Ньютона”. Весит она немногим менее двух пудов. В ней 480 страниц. Размер книги 40х60 см. Тираж 1500 экземпляров. К книге прилагается “кофейный столик” работы знаменитого мастера Филиппе Старка. Когда книга почти разошлась, Ташен удвоил цену на оставшийся тираж. Она скакнула от 2000 долларов до четырех тысяч. Весь оставшийся тираж был тем не менее продан. Содержание книги — эротические фотографии. Содержание других книг, издаваемых Ташеном, эклектично — искусство, кино, реклама, эротика, например “Naked as Jaylird”, посвященная нудизму хиппи, и даже китайская пропаганда!

По словам Ташена, он влюбился в Мухаммеда Али еще с детских лет, наблюдая его поединки в Германии. (Ташен — немец.) “Я увидел в нем не только великого спортсмена, но и красноречивого пророка, статус которого поднялся после того, как он отказался от военной службы во Вьетнаме, хотя это и стоило ему чемпионского титула”, — говорит издатель.

Кстати, в ходе подготовки к изданию монументальной “GOAT” были просмотрены для отбора более трех миллионов фотографий Мухаммеда Али, не считая негативов. Большинство фото, которые были отобраны, принадлежат Лейферу и Хоуварду Бингхэму, личному фотографу Али, имевшему право снимать его “без позирования”. Большой формат книги дает новую жизнь даже уже хорошо известным по газетам и журналам фотографиям Али, ставшим каноническими. Например, лицо Али крупным планом, когда он смахивает боксерской перчаткой капельки пота с бровей. (Работа Филиппе Хэльсмена.) Сколько радости и уверенности излучает это фото молодого чемпиона! Или фото ринга, снятого сверху Лейфером: поверженный нокаутом Кливленд Вильямс и победоносно направляющийся в свой корнер Мухаммед Али. (Поединок состоялся 14 ноября 1966 года на ринге хьюстонского “Астродома”.) С высоты сорока метров как-то сильнее ощущаются беспомощность распростертого по полу тела и триумф победителя. “Мы использовали много неизвестных фотографий Али и дали новый ракурс уже известным”, — говорит Ташен.

Книга “GOAT” — даже без скульптуры — подлинный памятник Мухаммеду Али. Закатанная в шелк и кожу Луи Вуттона (фирма, производящая роскошные дамские сумки и чемоданы), она набирается и переплетается с исключительной тщательностью и без обычной в книгопечатании спешки. По некоторым данным, жена Мухаммеда Али и его менеджер Берни Йумэн, исходя из того, что “GOAT” может стать визитной карточкой боксера в будущем, попросили издателя изъять из книги его отрицательные характеристики. Но жена Али — Леони опровергает это: “Я не хочу, чтобы книга была стерильной. Правда есть правда”. Изъяты были только ложные пассажи. “GOAT” — это не украшение для кофейного столика. Это исчерпывающая сага о жизни одного человека. Такого в истории еще не было. Точка.

И напоследок несколько личных штрихов. Мною много написано о Мухаммеде Али, начиная с тех лет, когда он еще был Кассиусом Клеем. Из написанного о нем можно сложить целую книгу, если дотянутся руки и, дай бог, позволит время. Мне посчастливилось — я видел почти все поединки этого боксера, наблюдал за ним с мест для масс-медиа у ринга. Более того, Али одарил меня своей личной дружбой. Я ходил на его тренировки, спарринг-бои, познакомил с ним сотрудников советского посольства в Вашингтоне и подвиг его на поездку в Москву. Когда Али запретили выступать на ринге, он появился на подмостках Бродвея. Я ходил на его спектакль, в котором он играл разгневанного черного проповедника, беседовал с ним в его артистической уборной о судьбе цветных в Америке.

Большой боксер был и большим ребенком. Я называл его “Нарциссом с нокаутирующим ударом”. Он любил славу. Но больше всего он любил, чтобы его любили. Часто во время тренировок Мухаммед, взгромоздясь на канаты ринга, провозглашал: “Я самый знаменитый человек на всей планете!” А затем в качестве доказательства вызывал на ринг моего сынишку Георгия и представлял его аудитории такими словами: “Вот видите этого боя? Это рашн бой из Москвы. Даже он знает и любит меня!” Затем Али целовал “рашн боя” и легко касался перчаткой его подбородка.

Мемориальные перчатки Али, в которых он дрался со своим главным соперником — Джо Фрэзнером в нью-йоркском Медисон-сквер-гардене, висят в моей библиотеке. Присоединится ли к ним уникальная “GOAT”? Не знаю. Место для нее в моем жилище найдется. А вот доллары?




Партнеры