Не слабое звено

30 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 492

Здравоохранение сегодня, пожалуй, самое слабое звено в системе социальной помощи населению. Однако Минздрав РФ упразднили. Теперь поговаривают о том, что медицина вообще должна сама себя кормить. Значит, больной и врач должны перейти на рыночные отношения? Если это произойдет, что ждет москвичей? На этот и другие вопросы редакции отвечает руководитель Департамента здравоохранения г. Москвы Андрей Сельцовский.


— Андрей Петрович, можете вы себе представить ситуацию, что все врачи бесплатных госучреждений вышли в свободное плавание и стали “играть” с больными по законам рынка? Что тогда будет?

— Беда будет большая. Во-первых, сама наша система не готова к работе в рыночных условиях. А коммерческие структуры в столице выполняют всего 5—7 процентов от всего объема медпомощи населению. Сегодня, по крайней мере, нужно создать хотя бы юридические основы нововведений.

И уж тем более — население не готово. Кто будет платить за лечение? В Москве где-то 1,5 млн. школьников, 2,5 млн. пенсионеров, очень много бедных людей, которые не в состоянии заплатить ни за профилактику, ни за лечение. Все надо делать в установленном законом порядке. Никто не отменил статью Конституции РФ, в которой совершенно четко записано: государство гарантирует россиянам бесплатную медпомощь.

— С вашей точки зрения, объединение министерств поможет московской медицине или нет?

— Хотелось бы. Но... Сейчас мы пришли к тому, что руководить здравоохранением стали не специалисты, а менеджеры. Когда я встречаюсь с руководителями больших клиник за рубежом (по 6—8 тысяч коек), там все руководители — врачи.

— Выходит, медицина сегодня — самое слабое звено. За какое звено надо потянуть, чтобы вытащить всю цепь?

— Не согласен. Московские медики как лечили, так и лечат больных в соответствии с имеющимися у них силами и средствами. А в европейских странах на медицину тратятся совершенно другие деньги. В США, например, в здравоохранении на душу населения вкладывается денег в десять раз больше, чем у нас.

— Из вашего ответа следует, что нужны деньги — и тогда все проблемы в медицине разрешатся?

— А какую систему можно развивать, не вкладывая туда деньги?! Вы знаете такую систему? Можно врачей наказывать, увольнять, набирать новых. Но если нет денег, то ничего хорошего не будет. Это иллюзия — создать хорошую медицинскую систему без денег.

— Мы живем в третьем тысячелетии, а из-за ошибок врачей все еще умирают больные, роженицы и даже младенцы...

— Вообще в практике врача, к сожалению, заложена летальность. Но нет ни одного случая, и мы можем это доказать документально, который бы не разбирался, к которому бы мы неоднократно не возвращались, не анализировали его. Сегодня есть определенные тенденции к улучшению ситуации — это результат многолетнего труда, анализа ошибок. И второе: до тех пор, пока не будет принят закон о профессиональной ответственности врача и о защите прав пациента, так и будет продолжаться дальше. Приходится выяснять отношения врачей и пациентов на эмоциональной, а не на правовой основе. Если отношения врача с пациентами будут регулироваться законом, все изменится.

— “МК” не один раз писал о продаже органов. Есть точка зрения “за” и есть очень жесткая позиция “против”. Вы “за” или “против”?

— Я — “за”. Есть закон, и мы его выполняем. Можно, конечно, и дальше вести борьбу с “белыми халатами”. Но ничего хорошего из этого не получится. А вот вред-то мы получим точно. Сейчас 1,5 тыс. людей стоит в очереди на гемодиализ — ждут пересадки почки. А сколько людей ждет пересадки сердца? Я считаю, донорство должно иметь развитие, и не только на уровне “брать органы или не брать”. Весь мир берет! А мы все обсуждаем этот вопрос и даже пытаемся обвинить врачей в попытке убийства больного. Это — глупость. И очень опасная.

— Вы считаете, злоупотребления здесь невозможны?

— Нет. Есть четкие нормы: у этого человека можно взять орган, у этого — нельзя. Решают профессионалы.

— А страховая медицина на сегодняшний день вас устраивает? Ожидают ли ее какие-то изменения?

— Нашей страховой медицине всего-то пять лет. Казалось бы, все проблемы, все нормативные акты устаканились. Стандарты есть, налогооблагаемая база есть. Другое дело, есть и целый ряд проблем, которые должна решать исполнительная власть на местах. Очень важно, чтобы руководители регионов выполняли свои обязательства перед Фондом обязательного медицинского страхования, перед своими жителями. Почему, например, в этом году поставлена под угрозу вакцинопрофилактика? Это же чисто федеральная программа. Но средств из федерального бюджета не было отпущено. Вдруг посреди года нас перестали снабжать вакцинами. Так не должно быть. Заложено в бюджете — надо выполнять. Это же обязательство перед народом, а не перед медиками. Я, например, вынужден был вместе с Людмилой Ивановной Швецовой, ответственной за социальный блок в московском правительстве, идти к Юрию Михайловичу Лужкову и просить денег на вакцинопрофилактику в Москве. И так из года в год.

— Сколько средств из госбюджета отпущено на московскую медицину?

— В прошлом году — ноль. В этом году тоже ничего еще не давали.

— На пресс-конференции в “МК” вы однажды сказали, что проблем со льготными лекарствами нет и не должно быть. Что правительство Москвы выделяет столько денег, сколько необходимо, на все 500 наименований лекарств, имеющихся в списке. Но почему в таком случае больные люди с великим трудом выбивают себе положенное?

— В Департамент тоже в день по “горячей линии” поступает 10—12 звонков по льготным лекарствам. Многие требуют то, что предлагает реклама. Вторая часть звонков — непорядочность сотрудников аптечных киосков. Сам проверял. Однажды в киоске при поликлинике попросил лекарства, а мне отвечают: “Зайдите завтра”. Почему завтра? Оказалось, в этом киоске все завалено лекарствами.

Бывают, конечно, нестыковки. Но если в департамент обратился человек с жалобой, мы решаем его проблему в течение нескольких часов. Уверен, пойти на злоупотребление в цепочке врач—аптека—пациент просто невозможно. Лекарство, выданное больному, обязательно фиксируется в его амбулаторной карте. Повторно регистрируется в аптечном пункте. Все легко проверяется. Убежден, грубых нарушений, связанных с воровством лекарств, нет.

— А будут ли изменения по уменьшению самого списка льготных лекарств?

— Юрий Михайлович Лужков заверил, что в этом году никаких изменений не будет.

— Цены сегодня растут на все. Будут ли они повышаться на лекарства?

— Если наше Федеральное правительство придумает еще что-нибудь, типа сертификации, таможенных сборов, то, конечно, цены на лекарства повысятся. Мы, со своей стороны, сделали все необходимое, чтобы этого не случилось: ввели тарифные соглашения, жесткий контроль за поставками и выпиской лекарств.

— Андрей Петрович, сейчас очень много рассуждений на тему: переходить ли в лечении детей на врачей общей практики или нет? Ваше мнение?

— На мой взгляд, это бредовая идея. Я считаю, если в России есть институты, которые готовят (и хорошо готовят) педиатров, этого делать нельзя. К тому же среди детских врачей есть узкие специалисты — невропатологи, кардиологи, пульмонологи, офтальмологи, травматологи... И там столько детских проблем, что их нельзя отдавать на откуп врачам общей практики. В них может разобраться только детский специалист. Во что превратится врач общей практики? В диспетчера! Не следует разрушать то, что хорошо работает. Любая реформа, особенно в здравоохранении, должна идти во благо людей, а не против них.

— Не хотелось бы задавать этот вопрос, но есть информация, что после трагедии на Дубровке многие пострадавшие погибали в машинах “скорой помощи”, потому что им не помогли на месте.

— В машинах никто не умирал. Всех 600 с лишним человек довезли живыми. Я бы ответил тем, кто придумывает такие домыслы, известным выражением: “Каждый мнит себя героем, видя бой со стороны”. Почему, когда мы были на Дубровке, туда не приехал ни Минздрав, ни другие высокие чиновники? За бедой все наблюдали с экранов телевизоров. А была сложнейшая ситуация. Чтобы помочь пострадавшим, надо было снять с линии около 60 машин “скорой помощи”, а их всего 800. Значит, к кому-то из больных в этот день “скорая” не пришла вовремя.

— Андрей Петрович, а что делать с недобросовестной рекламой лекарств? Люди платят огромные деньги и вместо помощи получают вред.

— Первое, что могу посоветовать, — не покупать лекарства с экрана телевизора. Прежде надо обязательно посоветоваться с лечащим врачом. И еще: не стоит забывать, что в России теперь есть рынок платных услуг. Выбирайте. Остерегайтесь покупки лекарств у случайных торговцев на рынке, у лотошников, с рук. В городе достаточно аптек, несущих полную юридическую ответственность за качество проданных медикаментов. Хочется пожелать москвичам весны, здоровья и удачи.


В Департаменте здравоохранения г. Москвы работают справочные телефоны, по которым всегда можно проконсультироваться, в том числе и по лекарствам: 251-14-55, 251-83-00.



Партнеры