Кина не будет

30 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 426

“Зритель любит детективы”, — голос Юрия Яковлева из “Берегись автомобиля!” не обманывал. Но еще больше зритель любит сериалы. Он любит приветствовать знакомых героев и вникать в их новые проблемы. И публика остается совершенно безутешной, если не увидит, как Штирлиц просыпается через 20 минут и продолжает спешить “на работу” в Берлин. И тут совсем не важно, что качество любимого фильма к 150-й серии неуклонно скатывается к нулю. Шоу должно продолжаться... Самое смешное, что такие же требования предъявляют и к фотографии.

Фотография — для этого она и придумана — останавливает мгновение. Если это мгновение оказалось достаточно драматичным, смешным или трогательным, то снимок считается получившимся. Одна беда — чем сильнее изображение, чем больше людей оно зацепило, тем больше вероятность, что простые и неукоснительные законы шоу-бизнеса будут применены и на этот раз. И тогда настоящая трагедия, когда-то поразившая весь мир, превратится в жалкую мыльную оперу.

Боль и слезы вьетнамской девочки Фан Тхи Ким Пак не раз вспоминались в “Фотоальбоме”. Работа Ника Ута в свое время поставила точку в восприятии вьетнамской войны американским, да и мировым общественным мнением. Последний и совсем не лживый довод властей — мы защищаем вьетнамцев от коммунизма — был убит этой фотографией. Кому нужна такая защита? Фото Ута получило Пулитцеровскую премию. А обожженная Фан — ценой своей кожи — стала всемирно известной. Ее разыскивали обе враждующие стороны. Лечили четырнадцать месяцев. И после войны, которую помогло завершить и ее горе, она стала чем-то вроде живого доказательства американских зверств. Победившие северяне если и не сделали из нее свою Зою Космодемьянскую, то только потому, что она осталась жива.

А через четырнадцать лет, в 86-м году, она сумела перебраться на социалистическую Кубу. Ее выпустили для лечения. Выпустили только потому, что она была живым символом борьбы. И должна была стать таким же символом социалистического интернационализма. Но еще через шесть лет Фан как бы в медовый месяц уехала в Москву. И уже в нашем городе тут же попросила убежища у канадцев. И посольство не могло ей отказать, как раньше не могли ей отказать вьетнамские коммунисты, выпустив из страны. Как Канада могла не предоставить вид на жительство самой Фан Тхи Ким Пак? Так благодаря фотографии Ника Ута жертва американских бомбардировок получила билет в благополучную жизнь. Впрочем, и сам Ут — вьетнамец, его полное имя Хюйн Конг Ут — после этого снимка стал знаменитостью. У него не было проблемы успеть на последний вертолет из Сайгона. Его в Штатах ждали с распростертыми объятьями.

Но как только Фан оказалась за океаном, шоу-бизнес не мог сделать вид, что ничего не произошло. Люди желали стать свидетелями того, как их страна (то есть они сами) искупила вину, исправила несправедливость. Они хотели видеть подтверждение морального реванша за вьетнамское унижение. Они хотели доказательств правоты своего пути. И они были готовы заплатить деньги за счастливый конец.

Множество фотографов отправилось снимать вновь обретенную соотечественницу. Репортажи с ней были в “Лайфе”. Агентства распространяли снимки со счастливой азиатской женщиной, обнимающей прелестного мальчика Хуана. Она обнажала плечо и левую руку, чудовищно изуродованную ожогами. Но все равно — это не могло быть так ужасно, как в 72-м году. Потому что во всем этом ощущалась огромная часть приторной фальши.

В этой истории, строго говоря, нет ничего плохого. Одна беда — пронзительная, по-настоящему трагическая работа Ута обернулась пустыми глянцевыми картинками. Самое смешное, что сам Ут в 97-м году еще раз снял Фан. Она вместе с мальчиком во дворике своего дома пускала мыльные пузыри. Автор фотодокумента фантастической силы превратил все в обыкновенное “мыло”. В прямом и переносном смысле.

Случай с вьетнамкой вовсе не единственный. “Лайф”, например, публиковал портрет Джека Лэвелла, агента ФБР, который в 63-м году сопровождал предполагаемого убийцу Джона Кеннеди Ли Харви Освальда в момент, когда того застрелили. Он держит в руках фотографию, на которой Освальду стреляют в живот, — удивительную удачу фотографа Роберта Джексона. Лэвелл показывает, насколько он был рядом с Освальдом. Мимикой изображает, как ему было страшно. Все очень мило, но все равно — “мыло”. Просто сама сущность фотографии требует, чтобы был “решающий момент”, чтобы в кадре было нечто настоящее.

Правда, бывают случаи, когда “вторая серия” возникает незапланированно. Просто герои так живут, что про них можно сказать фразой из незабвенного азербайджанского двухсерийника “Не бойся, я с тобой!”: “Туда едут — за ними гонятся, обратно едут — тоже гонятся. Как интересно люди живут!”

Таких бойцов, способных постоянно создавать поводы для фоторабот, совсем немного. Далеко не каждый публичный человек на это способен. Существовать с накалом и не бояться его демонстрировать — редкий талант. Из американских президентов — наиболее просвечиваемых лидеров мира — пожалуй, лишь Рональд Рейган и Билл Клинтон обладали им в полной мере. На фото Джима Бурга 1993 года Клинтон вместе с женой Хиллари запечатлен сразу после своего первого избрания. На снимке Сьюзан Вэлш он кается, что лгал, и у него действительно был роман с Моникой Левински. Между этими снимками — шесть интереснейших лет. Их отпечаток виден невооруженным глазом. Хиллари очень изменилась. Она стала гранд-дамой. Она привыкла строго следить за своим вечно молодым мужем. Она готова сидеть под дверью его спальни часами — только для того, чтобы он своим безрассудством не навредил их общей карьере. Билл за свои два срока стал абсолютно седой. Но в душе сохранился в гораздо большей неприкосновенности. Внутри взаимоотношений этого дуэта есть очевидная драматургия. Поэтому вполне возможны “третья” и даже “четвертая серия”. Хотя уже сейчас ясно: даже если Хиллари станет президентом, сам Клинтон никогда не сможет выглядеть так же занудно, как его жена.

Специалисты говорят, что цифровые видеокамеры хоть и могут, но плохо делают фотографии. А фотоаппараты ужасно записывают видео. Кажется, все одно и то же, но технологии все-таки разные. Но природа фото и кино отличаются еще сильнее. Это только кажется, будто фильм — множество последовательных фотографий. И поэтому не стоит ждать фотосериалов. Ничего, кроме огорчения, они не принесут.




Партнеры