Такая прямая Гурченко...

14 мая 2004 в 00:00, просмотров: 462

Любимая женщина механика Гаврилова. Да нет же, просто женщина. А можно и еще проще — любимая. Людмила Гурченко пришла к нам в гости. К нам и к нашим читателям. На прямую линию “МК”. “Самую прямую”, — пошутит Людмила Марковна. А в каждой шутке, как известно, есть доля правды. Гурченко пришла не одна — с кузнецом... тьфу, с “механиком”. То есть с Сергеем Шакуровым. Два самых закрытых от посторонних глаз, от прессы, от интервьюеров человека — и на тебе: на любые вопросы готовы ответить. Надо быть глупцом, чтобы отказаться от такой возможности. Глупцов не оказалось...

— Андрей, студент. Вопрос к Людмиле Марковне Гурченко. Вы не устаете от постоянных признаний в любви, от бесконечных “мы вас любим”?

— Это моя работа. Это моя профессия. И поэтому я не имею права, выходя на сцену, показывать ни то, как я плохо выгляжу (тогда не выходи), ни как мне плохо (сиди дома и причитай), понимаете? А если любят — приятно. Значит, заслужила.


Сказать, что прямая линия прошла при переаншлаге, — не сказать ровным счетом ничего. Звонки поступали из всех уголков и закутков бывшего СССР. Дуэт, будораживший своей трогательной любовью сердца миллионов в 80-х в большом кино, взялся за старое и откровенно рассказал о своей вновь вспыхнувшей любви. Правда, любовь у звезд теперь не киношная, а самая что ни на есть настоящая. В новом спектакле Андрея Житинкина “Случайное счастье милиционера Пешкина” Люся и Сережа — любят так, что им можно поверить.

Сергей Шакуров: “О таком времени я не мечтал: у меня как кирпич на голову свалился”

— Людмила Марковна, добрый день. Это вас Евгения из Питера беспокоит. Мне почему-то кажется, что наши актеры сегодня... никому не нужны. А если и нужны, то только для нескончаемых второсортных сериалов.

— Я тоже так думаю, Евгения. Сегодня в моде клип: три метра бегут, два метра смеются, четыре метра прыгают, восемь... хотя нет, восемь это много, — три танцуют. Все. Под песню, не имеющую ничего общего с изображением поющего, монтируют голос — и вот мини-фильм готов. Зачем здесь актер? Здесь актер не нужен. Ему интересно сыграть сцену большим куском, где он и бежит, и смеется, и прыгает, и плачет от счастья...

Но почти нет такого материала, таких ролей. Что ж... Приходится размениваться актерам в сериалах.

— А как же в американском кино? Там супертехнологии, но их Аль Пачино как получал, так и продолжает получать свои 20 миллионов...

— Это двести лет демократии. А у нас ее сколько? 15 лет. Разве за это время можно нас приучить к качеству? У нас все быстро, наспех: “Моя невеста честная, ео!” — это все сплошная техника. Пройдет время, и будет нужен лишь актер первого класса. Время, терпение...

— Людмила Марковна, неужели до сих пор не появился Аль Пачино, неужели живем старой плеядой артистов...

— Сериал “Идиот” как околдованная смотрела вся страна. Евгений Миронов. Грандиозный молодой актер. Тонкий, чувственный, глубокий, настоящий. И бог с ним, с Пачиной.

— Здравствуйте, у меня вопрос к Сергею Каюмовичу. Вы выбрали свою профессию из тщеславия, уверенности в своем таланте или было и третье — деньги?

— О деньгах мы не думали. Просто получали удовольствие от жизни. Тщеславие мной тоже не двигало. Тогда было другое время, не было соревновательности. У людей отсутствовала зависть. Все радовались чужому успеху. А сейчас завидуют. Поэтому наступают на пятки, на горло, давят друг друга. Идет борьба за выживание.

— А почему такая ситуация? Ведь мы дышим 15-летним воздухом демократии.

— Это только слово, а по существу никакой демократии нет. Идет борьба за выживание, а все остальное — мелочь. Сейчас артистов больше, чем требуется. Естественно, начинают давить друг друга.

— Но об этом времени ваше поколение мечтало...

— Нет. О таком времени я не мечтал: у меня как кирпич на голову свалился.

— Здравствуйте, можно Людмилу Марковну? Вы уже столько образов в кино и театре на себя примерили. А кого еще не примерили, но очень хотите?

— Пятнадцать лет не сниматься... Там осталось так много желанных и не сыгранных ролей. И то, что я не успела тогда, сейчас вкладываю в каждую свою новую роль.

— Брюханова Людмила Николаевна. Я хотела бы обратиться к Гурченко. Я давняя поклонница вашего таланта — почти всю жизнь. Мне очень нравятся ваши книги. Работаете ли вы сейчас над очередной книгой?

— Я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Я актриса и должна сниматься и играть спектакли. А те книги, которые были мной написаны, — я просто не могла их не написать…

— Я с удовольствием читала про вашего папу...

— Да. Без него жизнь стала серой и будничной. Я не могла не написать про своего папу, потерю которого очень тяжело переживала. С его уходом образовалась пустота, которую невозможно заполнить и до сих пор.

— Добрый день, скажите, что вам сегодня доставляет максимальное удовольствие в жизни. Что радует, что заставляет двигаться вперед?

— Очень хороший вопрос. Меня возбуждает все талантливое. Талантливый человек, талантливая книга, кино. Когда мне самой хочется подняться, взять планку, взобраться... В общем, мне нравятся достойные примеры. Без примера жить ну просто нельзя: “Ах! Вот — это то, что нужно, как же они это делают, как же это достичь, как у них это получается...” — пожалуй, это является настоящим счастьем. Такие люди заставляют меня двигаться вперед. Не знаю, как-то сумбурно получилось... Поняли ли вы меня?

— Я поняла. Удачи вам.

— Здравствуйте, Людмила Марковна. Я даже не могу поверить, что с вами разговариваю. Это такая радость для меня. Я собираю про вас вырезки. Я слышал про журнал, где вы с Сергеем Зверевым. А что это был за журнал?

— Журнал “Атмосфера”. Есть такой молодой журналист в “МК” — Константин Николаев, он замечательно описал эту съемку.

— Я не могу найти три ваших диска. Где их можно приобрести?

— Я не знаю. Зайдите на мой официальный сайт и там все прочтете. Адрес: www.gurchenko.ru.



“Вот такой классный тандем у нас образовался, от которого мы на сегодняшний день просто балдеем”

— Прямая линия?

— Прямая, самая прямая.

— Это Екатерина из Москвы. Хотелось бы узнать про историю рождения спектакля “Случайное счастье милиционера Пешкина”. Кому и как пришла идея постановки пьесы и с какими трудностями вам пришлось в процессе подготовки спектакля столкнуться? Я знаю, что репетиционный период был довольно длительный... И непростой.

— Вы очень много знаете, Катя. Пересказывать все этапы сейчас довольно сложно... Скажу главное — пьеса замечательная. Ее читаешь с большим удовольствием. Читаешь, хохочешь и думаешь: “Как же это талантливо, как же автору это могло прийти в голову, и как это здорово написано”. Часто бывает — начинаешь играть, начинаешь произносить текст... и не смешно, и не получается. И сникаешь. Так бывает, что вдруг в работу врывается актер — и все сразу закрутилось-завертелось по-новому. К нам ворвался Шакуров. С ним я раньше снималась только в кино. А сниматься в кино и играть в театре — две разные вещи. Я профессиональная актриса кино, он профессиональный театральный актер, снимающийся в кино...

Когда мы с Сережей снимались в “Механике”... Одним словом, ты близко не узнаешь человека до тех пор, пока не столкнешься с ним на репетиции. Сейчас, в процессе подготовки спектакля, я узнала совсем нового актера. Наверное, наивысший момент удовольствия от роли получаешь именно тогда, когда вдруг забываешь текст... любуясь тем, как играет партнер или партнерша. Это бывает редко, но именно это случилось, когда я смотрела на Сережу в момент его работы над милиционером Пешкиным. Одна из его реплик: “Вот видишь, Валя (а Валя — это моя героиня), два дня искусством позанимались — и как жизнь изменилась”.

— Скажите, что подтолкнуло вас к созданию спектакля “Случайное счастье милиционера Пешкина”? Почему выбор пал именно на эту пьесу?

— Современная пьеса, суперсовременная, очень необычные персонажи: милиционер, его жена и дети очень интересные, которых прекрасно играют Дмитрий Марьянов, Евгения Добровольская и Сергей Фролов. Вот такой классный тандем у нас образовался, от которого мы на сегодняшний день просто балдеем. Можно, конечно, углубиться и еще раз перечитывать Шиллера, но чего-то легкого... Мне кажется, такая вещь нужна сегодня зрителю.

— Скажите, а сегодня в милиции есть порядочные люди?

— Обязательно. Через раз: один раз повезет, другой — не очень. Но все же есть.

— Что-то мне не везет на порядочных.

— Добрый день. А можно услышать Сергея Шакурова? Вы знаете, я являюсь вашей ну очень старой поклонницей, в этой связи меня очень травмирует тот факт, что я не могу посмотреть на ваши работы, поскольку вы не служите ни в одном из московских театров. Почему так сложилось? Может быть, вы просто неуживчивый человек?

— Я не люблю, когда мною командуют. Именно поэтому лет двадцать тому назад я и ушел из театра как такового. Мне не нравится, что в театр надо приходить как на работу. Я люблю чувствовать себя свободным, когда надо мной нет режиссера, иногда хорошего, а чаще туповатого. Когда никто не указывает мне, как и что делать. Но я не порывал с театром. Наоборот, тем самым я не только не обедняю, но обогащаю себя и всех зрителей!

— Значит, кому-то повезло, что вы ушли?

— Мне одному повезло.

— Здрасте. Можно говорить? Людмила Марковна, в названии ваших спектаклей часто фигурирует слово “счастье” — “Бюро счастья”, “Случайное счастье милиционера Пешкина...” Вам счастья не хватает или вы, наоборот, хотите им поделиться?

— Это совпадение. Вообще, это моя тема. Я всегда во всех ролях хочу, чтобы женщина была счастлива; чтобы она пришла к счастью; чтобы мужчина не прошел мимо, а остановился и увидел, как она прекрасна. Сейчас мы с вами говорим, и я счастлива. Чем? Да хотя бы тем, что вас интересует наша жизнь. Может, через десять минут обрушится нечто такое неприятное, и будет уже несчастье. Но пока — я счастлива.

— Сергей Каюмович, не хотите вернуться в кинематограф?

— Ничего мне не хочется. Я живу в то время, в которое живу. Многим просто не под силу под это время подстроиться. Я умею это делать, а кто-то не умеет. Но тут ничего не поделаешь.

— Сергей Каюмович, вы как-то говорили, что отождествляете себя со своими героями, вживаетесь в них. Неужели это обязательно нужно? Может, просто достаточно хорошо играть?

— Нет, тут не в терминологии дело. Можно говорить “вжиться”, можно говорить “по Станиславскому” и т.д. Дело в том, что мы уже настолько опытные, что нам достаточно какого-то небольшого позыва. А проще говоря, влюбиться надо в роль, и она тогда получится. Если ее не любишь, если она как-то тебя не устраивает, то ты никогда в жизни не станешь этого делать. А если станешь, то сделаешь ее плохо. А мы просто влюбились в этих героев, и тут же моментально все получилось.

— Но согласитесь, вы же не всегда любили своих героев? Скажем, госзаказы в свое время?

— Если тратишь 2 года своей жизни на кино, то как можно героя не полюбить. Погружаешься до конца, полностью. Только тогда это может получиться. В кино, в таком тонком, прозрачном искусстве, где все видно, со всех концов, нельзя схалтурить. Я просто играю. Я могу довести публику до слез или до комического хохота, но все равно это игра. От этого я получаю удовольствие.

— Пару слов о спектакле: что вы ему предрекаете или, может быть, боитесь что-то предрекать?

— Это такая легкая работа для души... Действительно, пьеса суперсовременная, я бы даже сказал, с таким переворотом с ног на голову. Я прежде ничего подобного не играл, хотя довольно давно мечтал о комедийной роли. Мне очень нравится этот герой — как бы придурочный. Просто хотелось немножечко чего-то комедийного, а все не получалось. И с социальными героями вышел перебор, как за столом — все время одну картошку жрать, ведь тяжело же. Хочется иногда и чего-то эдакого. И я очень рад, что у меня все получилось с Люсей Гурченко. По-моему, это будет небольшой подарок Москве.

— А вы как комедийный актер более привлекательны для зрителей? И вообще, комедийные персонажи легче играть?

— Нет, не более привлекателен, дело просто в том, что я и этим амплуа владею. Вообще, комедийное труднее играть. Мы же и в жизни не так часто смеемся. По своей природе человек не смеется целыми днями, правда? Мы обычно сдержанней и пассивней живем. Комедийная ситуация у нас возникает достаточно редко, и мне кажется, что мы откручиваемся по полной, если уж так привалило. Поэтому комедии играть сложней, поскольку природа нашего смеха тоже достаточно сдержанна.

— Вопрос Людмиле Марковне. Почему пришлось проститься со спектаклем “Поле битвы”, ведь он так успешно шел на московской сцене Театра сатиры?

— Мне трудно ответить на этот вопрос. Действительно, спектакль шел 10 лет с аншлагами. Как сказал автор пьесы Радзинский и, по-моему, с сожалением: пускай лучше спектакль идет, когда он популярен, чем когда он пойдет на спад и его нужно будет убирать. Я же не работаю в этом театре, я приглашенная актриса. Был бенефис Ширвиндта, он попросил подыграть в этом спектакле, и я 11 лет честно подыгрывала. Все.



Людмила Гурченко: “У меня же с 10-го класса неизменно — 53 кг. Вот и весь секрет”

— Здравствуйте. Я хотела вопрос задать. Правильно ли выходить замуж за продюсера? Ведь мужа надо любить, а начальника боятся? Совмещать службу и дружбу...

— Вы знаете... Я замужем была всегда, извините, что говорю всегда, только по любви. Мне никто никогда не сделал карьеры, не давал ролей, я все сделала свои горбом. Своими силами — слабыми, сильными, не важно. Я повторюсь, никогда не выходила замуж без любви.

— Почему такие трагические судьбы у большинства наших знаменитых артистов? Наверное, есть друзья, знакомые. Почему не помогли?

— Очень резко изменилось время, а большая часть жизни у тех, о ком вы говорите, прошла тогда, когда были определенные зарплаты, пенсии, то есть имелся достаток. И вдруг все резко изменилось. А актеры, режиссеры, их жизни остановились где-то на середине. Каждый артист, каждый человек, который занимается публичным делом, он одинок, потому что разделить это ни с кем нельзя. Нельзя никого впустить внутрь себя. И у друзей то же самое.

— Здравствуйте, мне г-на Шакурова. Татьяна Виноградова, москвичка. Знаю, что ваш отец заядлый охотник. А вы увлекаетесь охотой?

— Я больше рыбалкой.

— А какое может быть удовольствие от рыбалки?

— Большое. О работе, например, можно поговорить.

— А как же отдых?

— А работа не отпускает. Хочешь от нее убежать, а она за тобой бегает, как баба с помелом.

— Здравствуйте, я хотела бы задать вопрос Сергею Шакурову. Я недавно встречала вас в клубе, в бассейне, если мне не показалось, конечно же. А как давно вы увлекаетесь плаванием?

— А что в этом удивительного? Я вырос на берегу Москвы-реки и плаваю лет с трех. А сейчас придумал новый стиль — сочетание баттерфляя и брасса, он называется — “стиль Ихтиандра”. Вот таким стилем иногда плаваю. Он очень быстрый. Километр проплываю за 22—23 минуты.

— Здравствуйте, Людмила Марковна. Вас часто видят в джинсовой одежде. А сколько у вас джинсов, какой цвет и какие марки вы предпочитаете?

— Что хорошо сидит, то и надеваю. У меня три джинсовых костюма и еще несколько брюк. И темные, и вытертые — все под настроение. А цвет… нет, не могу однозначно сказать — разные цвета.

— Людмила Марковна, сейчас стало модно устраивать собачьи свадьбы и дни рождения. А у вас есть собаки и устраиваете ли вы им что-либо подобное?

— Да, у меня две собаки: два мальчика, два карлика. Они дружат, но о свадьбе речи пока не идет. А дни рождения... Да, у них каждый день — день рождения, в который они обязательно получают что-нибудь вкусное.

— Здравствуйте, можно Шакурова? Але! Я слышала, что у вас имеется молодая жена, и вроде бы она ждет ребенка, это так?

— А вы знаете, что у нас 18 мая премьера спектакля “Случайное счастье милиционера Пешкина” в Театре сатиры? Нет. Приходите туда: я вам все расскажу.

— Вы поддерживаете такую хорошую физическую форму для себя или для девушек?

— Нет, только для себя. Нельзя разбазариваться на девушек — это глупость.

— Людмила Марковна, вы прекрасно выглядите! Как вам это удается? Это заслуга спорта?

— Никогда не занималась спортом. Это от папы. Он всю жизнь весил 80 кг. У меня же с 10-го класса неизменно — 53 кг. Вот и весь секрет. Пробуйте...

— Людмила Марковна, а это правда, что поклонники носили вас на руках?

— Ну если только в переносном смысле. А вообще... Трудно перечислить... Последним был Андрей Малахов. Пока...

P.S. А еще, что, правда, не имеет отношения к прямой линии, Людмила Марковна в начале мая записала песню. Называется “Молитва”. Подобной композиции в репертуаре у Гурченко еще не было. Как только песня окажется в жесткой ротации на радиостанциях, всем нашим поп-звездам, наверное, придется уйти на покой.





Партнеры