“Непопсовый” Блажеевский:

15 мая 2004 в 00:00, просмотров: 312

...Видеозапись на экране телевизора — поэт читает свои стихи студентам в переполненной до отказа аудитории. И случайно не стертый “закадровый” шепот оператора:

— Хлопают, как в Большом театре! Надо бы запомнить это имя... Блажеевский? Да-да, Евгений Блажеевский.

Пять лет как его не стало. Всего в 51 год — сердце. В зале Литературного музея все почти как в той, студенческой, аудитории: битковой аншлаг, стихи, знаменитый романс “По дороге в Загорск”, аплодисменты... Вечер памяти — всегда с налетом грусти. Хотя бы оттого, что собравший всех сам не может присесть на краешек кресла, чтобы послушать. О том, какие прекрасные строки он писал великолепным русским языком, какие удивительные находил образы.

— Никто не предполагал, что Женя так рано уйдет, я не сказал ему главных слов, — признается со сцены Евгений Рейн. — Он был поэтом своего времени, поэтому стал поэтом вечности...

— Что это крупный поэт, было ясно уже в 73-м. Но мы были друзья, собутыльники, слишком “свои”, и высокие слова отступали, — вспоминает Виктор Коркия. — Зато у него самого было редчайшее качество для литератора — он умел ценить и любить чужие стихи. Мог позвонить в любое время суток: “Я только что прочел новое стихотворение, оно меня потрясло вот чем...”

Ефим Бершин:

— Женя — дитя времени, когда по немытым подъездам, нечищеным улицам и даже пустым магазинам все-таки шлялся бродячий дух поэзии. Конечно, цену прежним временам он знал, но и новые оценил достаточно быстро: “Лично мне неуютно еще и потому, что мы, по всей видимости (...), присутствуем на процессе, когда изменяется культура, умирают религии в том виде, в каком они сейчас находятся. А вместе с религиями умирает, к сожалению, книга... Уже сейчас многие поэты называют свои стихи текстами. Все это печально... И мне, честно говоря, несмотря на все ужасы и кровопролития, хотелось бы чуть дольше задержаться в ХХ веке с его пониманием традиций, эстетики и красоты. То, что грядет в грядущем столетии, мне чуждо”.

Сказано — сделано. Задержался. Навечно.

Так же тепло выступали, читали стихи Блажеевского — из сборников “Тетрадь” (1984 г.), “Лицом к погоне” (1995 г.), “Черта” (1998 г.) — и наизусть, по памяти: Юрий Ряшенцев, Марина Кудимова, Владимир Салимон, Марина Тарасова, Владимир Сергиенко, Иван Жданов и другие. Но самый радостный аккорд прозвучал в финале, когда Людмила Абаева объявила собравшимся, что наконец-то удалось получить московский грант на издание новой книги поэта.




Партнеры