Как измерить IQ боксера?

28 мая 2004 в 00:00, просмотров: 291

...Когда на нашу “прямую линию” поступил звонок аж из башкирской деревеньки, я поняла, что уровень популярности Кличко вырос дальше некуда. Два брата, внешне похожие как близнецы, но абсолютно разные по характеру, всколыхнули умы даже тех, кто в глаза их никогда не видел. Даже такие, представьте себе, звонили, чтобы услышать хотя бы голос знаменитых украинских боксеров!

Кстати, из-за московских пробок Кличко прилично опоздали — так что “прямая линия” получилась немного укороченной. Зато вопросы тех, кто дозвонился раньше приезда братьев, мы честно записали — и ответы на них публикуем в первую очередь...



— Это Маша. Какой самый безумный поступок совершили поклонники в вашу честь?

Виталий: — Знаем, называли детей, родившихся в день победы кого-то из нас, Виталием или Владимиром. Конечно, приятно, но я думаю, что это немножко слишком.


— Елена Макарова. Я вот сейчас была на сайте у вас. А какой процент правдивой информации там, в том числе в анкетах личных?

Виталий: — Веб-сайт — это наша стенгазета. Посредством Интернета мы можем общаться с миллионной аудиторией болельщиков. СМИ очень часто берут информацию из третьих источников, не всегда объективных. На нашем же сайте вы получаете информацию непосредственно от первого лица. Какая тут может быть неправда?

— Просто, может быть, ваш сайт работает на формирование имиджа, а не показывает личностные характеристики...

— Сколько бы человек ни работал над формированием своего имиджа, рано или поздно маска сползет. Мы не играем чужие роли, а если и играем, то только лишь себя.


— Светлана из Москвы. Я занимаюсь по вашей книге, и вопрос такой: не планируете ли вы, может быть, на вашем сайте, рубрику “Вопрос-ответ”?

Виталий: — Присылайте ваши вопросы к нам на сайт, и мы постараемся на них ответить. Или задавайте сейчас при помощи телефонной связи напрямую...


— Это Владимир, одноклассник Володи. Мы учились вместе в Чехии. Володя, вы встречаетесь с нашими чешскими одноклассниками?

— Конечно, мы встречаемся, и я сожалею, что эти встречи случайны. На самом деле хотелось бы подольше посидеть и вспомнить школьные годы. Уверен, что когда-нибудь мы это сможем сделать.


— Аникина Елена, Москва. Почему вы в своих боях мало используете апперкот?

Виталий: — У каждого спортсмена есть свои любимые комбинации, серии, удары. Апперкот мы используем, но, может быть, не так часто, как вам хотелось бы это видеть. Останавливаться мы ни в коем случае не собираемся. Обещаем, что будем работать над улучшением нашего арсенала ударов.


— Рябинин Дмитрий Владимирович. У меня два вопроса. Первый: как себя чувствует Владимир после боя с Брюстером?

Виталий: — Я чувствую себя отлично. Как таковых ударов в последнем поединке я не пропустил. Рефери остановил поединок только из-за того, что я просто не мог продолжать поединок дальше. Думаю, тем, кто видел этот бой, не стоит пересказывать события.


— Светлана. Какую роль играет психолог в подготовке боксера к бою и после боя в случае, например, поражения?

— Нам трудно говорить на эту тему, поскольку мы услугами психолога или психоаналитика не пользуемся. Хотя, например, Корри Сандерс перед выходом на ринг пользуется услугами психолога-гипнотизера, который настраивает его на победу. Но, как мы знаем, это не всегда помогает.

Владимир : — Самый лучший психолог для меня — это мой старший брат. Он как никто другой понимает, что произошло, и может помочь разобраться в ситуации.

Виталий: — Знаете, есть такой анекдот. Два психоаналитика в горах катаются на лыжах, и один из них падает и довольно сильно разбивается. Второй подъезжает к нему и участливо говорит: “Тебе больно? Тебе очень больно? Ты хочешь об этом поговорить?”


— Максим, болельщик братьев Кличко. Не могли бы вы сказать, когда братья будут биться на европейском ринге и с кем?

Виталий: — Пока на этот вопрос мы не можем дать ответа, поскольку организация поединка — процесс довольно сложный. Но если нам поступит предложение провести поединок против хорошего соперника в Европе, то мы примем его.


— Меня зовут Оля. Как вы относитесь к Верке Сердючке? Не считаете, что это позор нации?

Виталий: — Я думаю, что не стоит так серьезно относиться к жизни. И если человек имеет чувство юмора, то он наверняка воспринимает искусство Андрея Данилко таким, какое оно есть. С удовольствием слушаю и смотрю передачи, когда представляется такая возможность, с его участием и смеюсь от души.


— Меня зовут Максим. Где еще можно приобрести в Москве вашу книгу “12 раундов фитнеса”?

Виталий: — Насколько я знаю, книгу вы можете приобрести практически в любом книжном магазине.

— И второй вопрос: Рой Джонс сейчас заявления делает, что хочет провести бой с вами. Это реально?

— С Роем Джонсом мы вели серию предварительных переговоров о возможном поединке в ноябре—декабре месяце этого года. Но в последнем поединке Рой Джонс проиграл, и, к сожалению, с этим поражением рухнули наши планы. Так что если поединок с Роем Джонсом и будет, то он переносится уже на неопределенно долгое время.


— Не секрет, что бокс имеет свои издержки. Я очень уважительно отношусь к вам, но вот жутко интересно: Володь, можно узнать, какой у вас IQ?

— Дело в том, что бокс — один из видов спорта, который, может быть, один из самых жестких, но самый похожий на жизнь, как сказал один французский режиссер г-н Лелюш. В разных видах спорта действительно есть определенный как психологический, так и физический стресс, который и проявляется по-разному. И честно говоря, своим уровнем IQ я никогда не интересовался. Знаете, мнение со стороны всегда лучше.

— И нет никакого желания его проверить?

— Но желание, может быть, и есть. Интересные вещи вы говорите. А вы измеряли уже?

— Да. Это сейчас очень модно.

— А где это можно сделать? Видите, как мы чересчур старомодны.

— Если не секрет, чем планируете заниматься после окончания вашей карьеры?

— Что будет завтра — не знает никто. У нас определенные планы есть, но они наверняка будут связаны с общественной деятельностью.

— А вообще планируете открыть какую-нибудь школу бокса?

— Зачем открывать школу бокса, когда они уже открыты? Мы их поддерживаем, проводим много спортивных боксерских турниров, и, думаю, этого достаточно.

— А как вы смотрите на поединок Роя Джонса, который состоялся в субботу?

— Я на него никак не смотрю. Мы были в самолете в этот момент и, к сожалению, узнать результаты этого поединка могли только из прессы.


— Будут ли у вас проводиться еще бои в Германии?

— Конечно же, наши поединки будут проходить в Германии, Америке, в России, Украине, Японии... Ведь Виталий — чемпион мира. А это говорит о том, что он может боксировать везде. У нас есть мечта провести один из поединков в Москве или Киеве, так как в этих городах у нас очень много друзей, поклонников этого вида спорта.


— Татьяна. У вас истек контракт с вашим промоутером. Обсуждается ли кандидатура Дона Кинга?

Виталий: — Действительно, 30 апреля истек наш контракт с Клаус-Питером Колем. И в истории бокса есть очень много наглядных примеров, когда такие боксеры, как Леннокс Льюис, Оскар де ля Хойя, Рой Джонс, являются обладателями своих промоутерских компаний. Есть компания “К2 Промоушен”, с которой мы наверняка будем дальше работать. Первое шоу этой компании прошло в Лос-Анджелесе очень удачно. И сейчас мы работаем над тем, чтобы уже знать, кто будет следующим соперником у Виталика и кто будет следующим соперником у меня. А также где будут проводиться поединки. Думаю, недели через четыре будем знать точно. Пока что разговор о Кинге есть, но планов нашей совместной работы нет.


— Меня зовут Гюзель. Я из города Стерлитамака, Башкирия. Вопрос Владимиру: у вас существует какая-то “белая” зависть к вашему старшему брату в связи с тем, что у него есть семья, дети?

— Честно говоря, есть такая “белая” зависть. А может быть, уже и нет, потому что Виталия дети — это мои племянники. Мне нравится играть с ними. Надеюсь, что Виталий будет продолжать в том же духе. Он подавал мне уже много наглядных примеров для подражания, и как раз его семья — это один из таких. Правда, спутницу жизни я еще не нашел. Но в поисках.

— Я не очень увлекалась боксом и стала его смотреть только после того, как увидела вас. Поэтому у меня чисто женские вопросы. Вот, например, что вы любите кушать?

— Дело в том, что я люблю ходить кушать к Виталию. Его жена, Наталия, очень хорошо готовит. А готовит она практически все.

— А вот является ли это одним из требований к будущей своей жене?

— Да, является. Иначе какой же муж выдержит? Народная мудрость говорит, что любовь к мужчине лежит через его желудок.


— Лена. Почему вы в чате редко появляетесь?

Виталий: — Мы иногда делаем компьютерные конференции, 2—3 раза в год. Но не более, так как нам нужно найти время для тренировок. Если нам сидеть в чате и отвечать на вопросы всех желающих, то наверняка останутся недовольные, которые не получат ответа, так как посетителей нашего web-сайта, к огромному нашему удовольствию, очень много. Видите, мы можем почти вживую пообщаться посредством телефонной связи.


— У меня вопрос к Владимиру. Меня зовут Аня. Кем бы вы хотели быть, если не боксером?

— Если бы не боксером, то наверняка фельдшером, потому что я хотел поступить в медицинское училище. К сожалению, а может быть, к счастью, у меня это не случилось, а пришлось стать боксером.

— Еще я хотела Виталию вопрос задать. Он в жизни так же ругается матом, как и на ринге? И вообще он эмоциональный человек?

— Интересно. Я, честно говоря, не помню, чтобы я ругался матом.

— Ну я же видела, слышала.

— Да, но я не ругался. Может быть, в эмоциях когда-то... потому что...

Владимир: — Вы знаете, Виталий владеет русским языком, не хочу сказать, что в совершенстве, но довольно-таки неплохо. Тем не менее не замечал за ним, чтобы он говорил в другой форме. С выражениями он знаком, но практически, как брат скажу, не употребляет их никогда.

— То есть мне показалось? И еще я хотела спросить: как вы отметили день рождения своего сына?

— Действительно, вчера (16 мая. — Прим. Т.А.) был день рождения моего сына. Я сделал ему подарок — поездку в Диснейленд. А мы вместе с братом и друзьями подняли бокалы за его здоровье, чтобы он рос на радость маме с папой, был хорошим мальчиком.


— Виталию вопрос. Я хотела бы узнать, почему не ведутся бои в Москве и когда вы вообще второй раз здесь будете?

— В Москве мы бываем очень часто, так как здесь у нас очень много друзей, знакомых и очень теплые воспоминания, эмоции. С удовольствием приедем в ближайшее время, когда у нас будет возможность.

— А это будет опубликовано на сайте?

— Наверняка это будет опубликовано на нашем сайте.


— Меня зовут Валерий, я с автосервиса звоню, с работы. Виталий, бой был просто захватывающий. Я смотрел — натуральная энергия шла. И Владимиру желаю, чтобы он тоже радовал нас победами.

— Огромное спасибо, самый большой комплимент для нас, когда зрители, наши болельщики получают настолько большой заряд энергии.

— Я записал ваш бой, смотрю постоянно, и просто искры аж идут. Когда пропустили первый удар — сердце аж екнуло. Но наказали.

— Огромное вам спасибо. Будем стараться, и я, и Володя, осуществить нашу мечту, и чтобы каждый из наших следующих поединков вызывал у вас точно такие же позитивные эмоции.


— Меня зовут Ольга, я из Новосибирска. Я бы хотела задать вопрос: будут ли какие-нибудь официальные фэн-клубы собираться, чтобы ездить на ваши бои? Это можно как-то организовать?

Виталий: — Вы знаете, мы не можем заниматься организацией поездок — нам нужно подготавливаться к поединку, и, к сожалению, на все остальное времени не хватает. Но все равно на поединки приезжают очень много наших болельщиков, мы с удовольствием видим российские флаги, украинские флаги, флаги Германии. С очень многими представителями фэн-клубов мы встречаемся.


— У меня к вам такой вопрос: известно, что вы с ЮНЕСКО проводите благотворительные акции. Они, в моем представлении, основаны на человечности. На ринге выплывает чувство агрессии к сопернику. Как удается совмещать такие несовместимые чувства?

Виталий: — Что касается спорта — это спортивная злость. Но ни в коем случае не агрессия. Мы действительно поддерживаем проекты ЮНЕСКО “Образование для детей в нужде” и через 2 недели отправляемся в Румынию, где посетим 3 различных проекта. Планируется реализация совместно с ЮНЕСКО и здесь, в России, или в Украине проектов по поддержанию образования. Думаю, что это ключ к тому, чтобы пробиться в страны, где у детей нет возможностей, а у родителей финансового состояния, чтобы получить образование. Это “чертов” круг, где дети занимаются проституцией, криминалом и наркоманией, а образование — единственный выход из этой сложной ситуации.

— Меня как историка интересует, как вы относитесь к войне в Ираке — ее стоило вообще разжигать или нет?

— Война не является ответом. Это самое ужасное, что может произойти. Наверняка можно найти компромиссы для решения подобных вопросов. Но ни в коем случае не война. Есть одно хорошее выражение: ни одна слеза ребенка не стоит оправданий любой войне. В первую очередь от причин войны страдают взрослые, от последствий — дети.


— Вас беспокоит Ирина, город Петрозаводск. Я слышала, что Владимир хочет поучаствовать в записи нового альбома “Отпетых мошенников”. Так ли это? И еще, дадите ли вы согласие Сильвестру Сталлоне на участие в фильме “Рокки-VI”?

— Я об этом слышу в первый раз и не знал, что, оказывается, я буду играть на саксофоне вместе с “Отпетыми мошенниками”. Ну, я думаю, что название группы говорит само за себя.

Относительно фильма, действительно было предложение от Сильвестра Сталлоне принять участие в телепроекте. К сожалению, в настоящий момент мы концентрируемся на спорте. Думаю, после спортивной карьеры, если предоставится возможность, мы обязательно примем участие в подобном проекте.




    Партнеры