Калькулятор с заплаткой

4 июня 2004 в 00:00, просмотров: 395

Те депутаты Госдумы, которые читают законы и которым еще не все равно, за что голосовать, вот уже три дня с увлечением изучают несомненный бестселлер года — внесенный правительством проект с условным названием “об отмене льгот” (хотя там кроме льгот много еще чего понаписано). “А ты видел, что там?..” — “А ты обратил внимание, что там...” — “В принципе идеи хорошие, но ТАК все же нельзя...” — обмениваются они впечатлениями от прочитанного.

В среду вице-премьер Жуков и министр здравоохранения и соцразвития Зурабов начали предварительное обсуждение документа с членами созданной единороссами специальной рабочей группы. На 2 июля намечено первое чтение закона. Между тем у любого, кто хотя бы из любопытства или на спор ознакомится с невероятной толщины документом, немедленно возникают неприятные вопросы.

Вопрос первый. В пояснительной записке к законопроекту и в многочисленных сеансах психотерапии для пенсионеров, которые члены правительства регулярно устраивают на ТВ, много говорится о том, что замена льгот деньгами поможет устранить вопиющую несправедливость российской жизни: люди, мол, имеют по закону право на одинаковый набор льгот, но в разных регионах реально получают их в разных объемах, а то и вообще не получают, потому что денег в казне нет. Теперь, говорят нам, ветераны войны по всей России будут за счет федерального бюджета получать одинаковую денежную надбавку к пенсии и станут наконец равны... Но почему тогда правительство, одной рукой уничтожая социальную несправедливость, другой рукой ее плодит? Ведь решение вопроса о том, будут ли хоть какие-то социальные льготы у тружеников тыла, ветеранов труда, например, или жертв политических репрессий (все вместе — примерно половина от общего числа льготников), передано на региональный уровень. Но подавляющее большинство регионов у нас — дотационные, и, конечно же, их власти постараются уклониться от тяжкой обязанности оплачивать льготы немалому числу людей. Побогаче регион — может быть, что-то и останется из громко записанного в законах набора социальных благ. Но так или иначе, везде этот набор будет разным.

Вопрос второй. Почему-то нет особого доверия к цифрам, которые правительство приводит в законопроекте. Может быть, потому, что оно само признается: точное число льготников каждой категории посчитать пока не может? Или потому, что сначала назывались совершенно другие цифры денежных компенсаций, в два-три раза меньшие (для детей-инвалидов, например, их согласились увеличить с 540 рублей до 1000), и про них тоже говорилось, что они все прекрасно компенсируют... А вот подсчеты, которые сделала депутат от Петербурга Оксана Дмитриева. Инвалид войны в городе на Неве сейчас пользуется в год льготами на сумму от 12 до 58 тысяч рублей — правительство “компенсирует” их ему 24 тысячами рублей. Дети-инвалиды получают льготных услуг на сумму от 14 до 56 тысяч рублей, а взамен им хотят выплачивать по 1000 рублей в месяц... Причем в этих расчетах учтены лишь регулярно получаемые льготы, вроде бесплатного проезда или лекарств. “Компенсация идет по нижней границе от стоимости услуг, и поэтому от одной трети до половины льготники потеряют”, — считает Дмитриева.

Вопрос третий. Никакого права выбора — деньги или льготы, как говорилось раньше, у граждан не будет. И понятно почему: во-первых, организовать эту процедуру дешево и разумно просто невозможно, а во-вторых, есть опасность: дай населению право выбора — слишком многие захотят оставить натуральные льготы, и тогда для правительства овчинка выделки не будет стоить. Но через год после начала новой жизни льготникам все-таки предложат выбор. Дело в том, что взамен бесплатного проезда в городском и пригородном транспорте в 2005 году обещают выдать каждому льготнику специальный проездной билет, который будет стоить ну сущие копейки (про это в законе действительно есть — правда, порядок выдачи отсутствует). А в 2006 году такие билеты продадут лишь тем, кто заявит о желании их иметь... Как только в нашей стране звучит слово “заявка”, сразу воображение рисует тоскливые собесы, где сидят и стоят часами в ожидании приема старушки и старички. Согласитесь, очередь в собесе — не самый лучший способ провести время в последние оставшиеся тебе годы или даже месяцы.

Вопрос четвертый. Закон предполагает кое-что новенькое и для военнослужащих (см. заметку Вадима Ампелонского). Но всем известно, как оперативно Минобороны доводит до своих подчиненных положенные им денежные выплаты. Где гарантии, что солдатам и офицерам не придется тратить свои, и без того не очень большие, мягко говоря, зарплаты на проездные, месяцами ожидая поступления целевых денег?

Вопрос пятый. Почему бы власти не начать с себя? Сейчас все жонглируют цифрами, считая, сколько стоит и должен стоить т.н. социальный пакет рядового россиянина. Но никто почему-то не говорит, сколько стоит социальный пакет министра, депутата, сотрудника Администрации Президента, самого президента в конце концов. Ничего нет в законе, внесенном в Думу, о намерении власти ограничиться в доступе к услугам за казенный счет. Разве что предложение лишить права на бесплатный проезд в городском и пригородном транспорте депутатов, членов Совета Федерации и их помощников...

Вы часто видели депутата и тем более члена Совета Федерации в метро или трамвае?..

Правительство предлагает раз и навсегда разделить на федеральные и региональные не только льготы. На содержание центра (и только его!) окончательно переходят суды и прокуратура. Даже если местные власти захотят помочь им деньгами, отремонтировать здание, купить оргтехнику — нельзя. И квартиры из рук губернаторов и мэров за счет региональных и местных бюджетов прокуроры, следователи и судьи получать больше не должны: жильем их станут обеспечивать исключительно “за счет средств федерального бюджета”.

Одновременно у сотрудников суда, прокуратуры, судебных приставов отбирается льгота по бесплатному проезду в городском и пригородном транспорте — взамен им в централизованном порядке будут выдавать проездные билеты, выкупленные за счет федеральной казны у транспортных организаций.

“Разграничили” власти и материальную ответственность за социальную реабилитацию пострадавших при терактах. В законе “О борьбе с терроризмом” теперь будет написано, что федеральный бюджет заплатит лишь тем жертвам, которые по жизни находятся на его содержании (например, военным, федеральным чиновникам и т.д.). А за остальных ответят власти тех регионов, где теракт случился.

Размер и порядок выплаты детских пособий, а также размер заработной платы большинства бюджетников (учителей, врачей, работников культуры) — теперь дело региональных властей. Центр умывает руки. Единая федеральная тарифная сетка отменяется — вместе с соответствующим законом. У тех, кто имеет счастье проживать в богатых регионах, ситуация как минимум не должна ухудшиться. А у тех, кто проживает в бедных?






Партнеры