Очень талантливый убийца

5 июня 2004 в 00:00, просмотров: 620

Возможно, сейчас, когда вы читаете эти строки, с вами уже случилось непоправимое. Только вы об этом еще не знаете. И продолжаете жить в ритме вальса, когда уже совершенно отчетливо звучит тема неотвратимости судьбы. Являетесь источником смертельной опасности для всех своих родных и близких. А возможно, и для совершенно незнакомых и неинтересных вам, но хороших и порядочных людей. Именно так все и случилось со мной.

НЕЗНАНИЕ НЕ ИЗБАВЛЯЕТ

Я всегда считала себя счастливым человеком, потому что большую часть сознательной жизни занималась любимым делом. Я была уверена, что самая прекрасная работа на свете — давать людям возможность узнать то, что для них важно или интересно.

Родившись в неподходящем для жизни заполярном городе Норильске, долго жила, как все. Училась, влюблялась, занималась плаванием. Была замужем — но “не склалось”, как говорится. Чудом смогла устроиться в городскую газету.

Когда наш город купил один из олигархов, попалась на глаза его пиарщикам. Мне предложили создать пресс-службу в местном банке, который должен был стать филиалом московского.

Сам собой случился переезд в столицу, было несколько тяжелых лет — кому мы тут нужны, без квартир, без связей, без денег, с одним только нестерпимым желанием работать. Редактировала отраслевой рыбный журнал. Именно там, в Госкомрыболовстве, познакомилась со своим нынешним шефом, удивительным и интересным человеком. Он стал членом Совета Федерации и предложил мне работу пресс-секретаря. Я начала думать, что вскоре мне нечего уже будет желать от жизни. Единственное, что мешало, было непонятное недомогание. Просто вдруг стала быстро уставать.

Болезни для меня — дело знакомое. Еще двадцать лет назад районный роддом, в котором я лежала после пустяковой операции, оказался поражен каким-то стафилококком. Я загремела в краевую больницу. Несколько месяцев мучительного лечения, и многочисленные диагнозы с печальным прогнозом закончились для меня благодаря смелости и опыту врача не крематорием, а только инвалидностью, а потом и выздоровлением.

С тех пор я точно знаю: мое здоровье — в моих руках. Только ты сам можешь понять, что что-то не так, и обратиться с этим своим смутным пониманием к врачу. Не обратишься — пеняй на себя. Мой отец, умерший от рака не старым еще человеком, передал мне жуткие, если вдуматься, слова доктора, к которому он пришел после нескольких лет мучительных сомнений: “Еврей бежит к врачу за три дня до болезни, а русский — за три дня до смерти. Где вы были раньше?”

Наученная своим и папиным опытом, почувствовав неладное, я сразу начала шевелиться. Прихожу к врачу: так, говорю, и так, как-то вяло мне, кисну непонятно от чего. Притом, заметьте, веду всяческий здоровый образ жизни вплоть до спортклуба и натуральных соков.

Доктор мне тут же предложил обратиться к гинекологу на предмет раннего климакса, так как серьезных проблем в моем организме не заметил. Посмеявшись про себя над странным доктором, я честно пошла выполнять его предписание. Потом я пошла выполнять предписание гинеколога (“Какой климакс, девушка? Не морочьте мне голову! У вас прекрасные анализы и все остальное!”) проверить состояние сосудов и нервной системы. Невропатолог, не найдя ничего серьезного со своей стороны, начал на всякий случай лечить депрессию. Потом был эндокринолог, потом…

Но по-прежнему было кисло. Начались совершенно невообразимые вещи, я не могла спать, работать, организм перестал принимать алкоголь, поправился на 15 килограммов, мне ставили самые невероятные диагнозы — вплоть до чесотки…

Наступил Новый год. Решив начать новую жизнь, я сразу после праздника пошла показывать врачу очередной забастовавший участок моего несчастного тела. Поликлиника работала только до обеда, и мне пришлось обратиться в медицинский центр, расположенный рядом, — не возвращаться же домой с невыполненным заданием.

Центр оказался иностранным. Ну не совсем иностранным, сейчас он принадлежит российской компании, но врачи, работавшие там, практиковались за рубежом и стандарты подхода к больному применяли не только наши, привычные, но и вполне современные. Врач при первых же моих жалобах насторожилась и сразу предложила проверить работу печени. “Вдруг это источник всех ваших неприятностей? Давайте сдадим простой анализ, проверим ее состояние”.

Через три недели я узнала, что у меня хронический гепатит С. И, конечно же, я услышала от гепатолога сакраментальный вопрос: “Где вы были раньше?”.

КУЛЬТУРНЫЙ ШОК

Я ни в чем не упрекаю врачей, которые меня полтора года обследовали и ничего не нашли. Они все были хорошими людьми и хорошими специалистами. Только узкими. Они меня не рассматривали как организм, они смотрели на конкретные органы. И у них не было привычки проверять больного на наличие вируса гепатита С. Пороки системы не дали врачам сделать свое дело.

А газеты и телевидение (в социальной рекламе пишут через запятую “наркомания, СПИД, гепатит”) вселили в меня уверенность в том, что уж я-то со своим здоровым образом жизни и правильным поведением никак не могу стать объектом атаки такого “неприличного” вируса.

В своей наивности я убедилась очень быстро, после первого же вопроса специалиста: “Переливание крови делали?”. Да, делали. И маникюр делали. И уши прокалывали. И зубы лечили. И т.д., и т.п. Факторами риска оказались далеко не только наркомания и беспорядочные половые связи, как гласит официальная версия. Любое действие, в результате которого моя кровь соприкасается с чужой кровью или ее следами, может привести к заражению.

И любое мое подобное действие могло привести к заражению моих детей. Это было первое, что привело меня в состояние шока. Не известие о моей болезни, а именно мысль, что я могла послужить источником ужасной опасности для моих девочек, оказалась самой мучительной — до тех пор пока не пришли результаты их анализов. Слава богу, отрицательные. Это правда, что болезни тела, как бы они ни были страшны, намного легче страданий духа. Для того чтобы это понять, мне пришлось через них пройти.

Скоро ли закончится этот путь, я не знаю. Но всю оставшуюся жизнь буду терзаться другой мыслью: если врачи правы и инфекция могла попасть в мой организм еще двадцать лет назад, для скольких людей я стала источником страданий?

ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ

Вирусные гепатиты — это инфекционные заболевания печени. Гепатит А (знакомая всем желтуха) сравнительно безобиден, хотя активен и вездесущ; гепатит В тяжел, но его можно обнаружить и лечить, он не часто переходит в хроническую форму, и от него можно сделать прививки.

Наиболее коварным и опасным среди всех вирусных гепатитов считается гепатит С (ВГС). Во-первых, он в 85% случаев приводит к развитию хронического гепатита С, у трети больных заканчивающегося циррозом или первичным раком печени (эти заболевания смертельны и необратимы). Во-вторых, очень часто он протекает бессимптомно, и зараженный человек служит источником инфекции для других.

В-третьих, существующее сегодня лечение гепатита С крайне дорогостоящее и не приводит, по признанию врачей, к полному выздоровлению. Вакцины против гепатита С нет.

Сегодня точно известны два пути передачи ВГС: парентеральный (через кровь) и вертикальный (от матери к плоду). Широкое использование переливаний крови до начала контроля за донорами привело к широкому же распространению заболевания. Число инфицированных вирусом, по некоторым данным, — около 500 миллионов человек, большинство являются скрытыми носителями. Сегодня в России эпидемиологический порог превышен в 5 раз. Плохо еще то, что самым распространенным субтипом ВГС в России является 1в, он наиболее опасен и плохо поддается лечению.

ВРАГА НАДО ЗНАТЬ В ЛИЦО

Очень плохо только то, что лицо у нашего врага весьма неопределенное и до поры до времени невыразительное.

Острая фаза часто остается незамеченной. Жалоб нет, желтухи нет. Соответственно, нет повода для обращения к врачу. Скрытая фаза тянется до 15—20 лет. Однако этот срок резко сокращают алкогольные, токсические и лекарственные поражения печени. Если пить-есть лекарства без разбора — финал начнется значительно раньше.

Последняя фаза болезни — развитие хронического гепатита, цирроза печени, гепатокарциномы. Вот эту фазу и описывает поговорка про то, что поздно пить “Боржоми”. Жизнь в таких случаях может спасти только пересадка печени.

Есть одна особенность ВГС. Она заключается в редкой способности вируса существовать в человеке в виде набора близкородственных, но не совсем идентичных вирусных частиц. В каждом наборе есть преобладающий вариант и редкие варианты. Иммунная система борется только с преобладающим, работающим вариантом. Когда ей удается победить, на место уничтоженного варианта встают новые бойцы, сидевшие в засаде. И снова бой. Мы имеем дело с исключительно изощренным и талантливым убийцей.

ПЕРВАЯ ВОЛНА

Не думайте, что до меня никто не говорил о проблеме ВГС. Говорили. И сейчас продолжают. Но с какими результатами… Одним из результатов стал устойчивый миф о том, что гепатит С угрожает только так называемым группам риска. Сегодня обычные люди беззащитны перед смертельной опасностью, потому что не видят угрозы для себя лично.

Могу привести типичный пример.

В 2000 году газета “Время МН” в статье под заголовком “Угроза национальной безопасности” поведала нам:

“Россия в очередной раз столкнулась с проблемой, угрожающей национальной безопасности. Эта проблема — гепатит С… В США ежегодно регистрируют заболевших гепатитом С в четыре раза больше, чем ВИЧ-инфицированных… Каждый год число больных увеличивается на 100%. Реальная цифра многократно больше. Гепатит распространяется из-за наркомании… 54% заражаются в результате употребления наркотиков”.

Вот вам пожалуйста! Гепатит распространяется из-за наркомании. Но ведь 54% — это только половина! Значит, остальные инфицируются каким-то другим способом?

Хотя некоторые специалисты уверены, что сегодня распространяется большое количество информации о ВГС, что делается все для борьбы с болезнью, вынуждена констатировать, что это не так. Информация о заболевании есть, но она адресована группам риска. Нормальный человек, не считающий себя наркоманом, никогда и не подумает, что проблема гепатита может иметь к нему отношение. Он просто пропустит все мимо ушей, отфильтрует информацию.

Да, с подобной информацией нужно обращаться деликатно. Как говорят опытные пропагандисты: “Не надо пугать население!” Но не надо его и вводить в заблуждение. Мы перебдели, переосторожничали. Ставлю на кон свою репутацию журналиста, что сегодня среди населения, не принадлежащего к группам риска, выявляются только уже совершенно очевидные случаи болезни. Если сегодня об опасности заражения гепатитом С для каждого человека не будет знать этот самый каждый человек, через десяток лет нас накроет такая эпидемия, что атипичная пневмония покажется детскими сказками.

“Газета” еще 14 октября 2002 года писала: “…главным врагом зараженного является неведение. В США, где гепатит С — самая распространенная хроническая инфекция, передающаяся через кровь, рекомендовано пройти обследование всем, кому до 1992 года делали инъекции любых лекарств, людям, страдающим гемофилией, тем, кто получал препараты крови до 1987 года, когда была налажена система их более тщательной очистки”.

За прошедшие полтора года нам, россиянам, ничего не рекомендовано…

ГЛАВНЫЙ ВОПРОС

Даже если у вас взяли анализ на вирус, результат зависит еще и от того, какими препаратами пользуются в той лаборатории, куда вы обратились. Говорят, тест-системы последнего поколения работают хорошо, однако у меня есть ощущение, что в лабораториях, которые предлагают нам “профилактику случайных связей” и решение всех остальных проблем за пять минут и пять рублей, могли не слышать об их существовании.

Лечить гепатит С можно, вылечить трудно. Основными противовирусными средствами сегодня являются различные препараты альфа-интерферона. Интерферон подавляет размножение вируса, останавливает инфекционный процесс и предупреждает формирование цирроза. После успешного 6-месячного курса лечения продолжительность жизни больных хроническим вирусным гепатитом С возрастает в десятки раз.

Но — иногда они возвращаются… Полное удаление вируса из крови невозможно, врачи признают только снижение его количества ниже уровня определения. Есть еще одно, о чем избегают говорить вслух: далеко не всем лечение можно назначать и не все реагируют на препараты.

Стоимость лечения. Продвинутые лекарства, удобные в применении (уколы можно делать реже) и эффективные, стоят очень дорого. Более простые — тоже дорого, но они менее эффективны, так что стоит десять раз подумать о соотношении “цена—качество”. Кроме того, лечение очень тяжелое, далеко не все его хорошо переносят.

К чему я веду? Да к тому, что лучше бы не доводить организм до необходимости его лечения этими препаратами. Нужно предпринять все возможные меры, чтобы человек, если он уже инфицирован, не заболел, если заболел — чтобы болезнь не перешла в хроническую форму, если перешла — чтобы не закончилась циррозом. Не забывайте, что все данные обследований говорят о сильнейшем воздействии на течение болезни сопутствующих факторов: употребление алкоголя, курение, питание, стрессы, другие инфекции, физические нагрузки, образ жизни — все это может сильно ускорить или надолго, а то и навсегда отложить наступление трагических последствий. Инфекция — еще не приговор, а если и приговор, то подлежащий обжалованию.

Надо только его знать.

ЗНАНИЕ — СИЛА

Угроза страшной эпидемии очевидна. Дальнейшее бездействие просто преступно. Но что же можно сделать?

Знать!

Миф о том, что гепатит С принадлежит к “стыдным” болезням и не угрожает обычным людям, должен быть немедленно и безжалостно развеян. Он сам не менее опасен, чем вирус гепатита С.

Болезнь искусственно загнана “на дно”. Люди, более или менее известные в своем небольшом городе, предпочитают лечиться в другом (такие случаи мне известны). И дело тут не только в нехватке специалистов. Больные, имеющие несколько тысяч долларов на лечение, всегда готовы потратить еще несколько на сохранение тайны. А не имеющие — предпочтут вовсе не лечиться, чем послужить предметом пересудов. Когда у них начнется цирроз, им будет наплевать на пересуды, но тогда лечиться будет уже поздно.

Не все хотят обсуждать эту проблему вслух. Чиновники, вероятно, боятся, что их потом будут терроризировать просьбами о лечении (может, даже за государственный счет!). А что, занимается же государство туберкулезом, диабетом, онкологическими заболеваниями, тем же СПИДом. Может быть, для того чтобы потом мы смогли прийти к государственной программе борьбы с гепатитом С, сегодня нужно внятно сформулировать ее основные положения?

А пока у врачей нет даже алгоритма работы с этим заболеванием, что еще раз продемонстрировал мой собственный пример — ведь все врачи слушали мои симптомы, смотрели анализы, в которых были отклонения от нормы, описанные в популярной энциклопедии как возможные признаки ВГС. Руководство отрасли, которое, безусловно, в курсе проблемы, до сих пор не предложило врачам минимальный набор вопросов и процедур, который может помочь активнее выявлять инфицированных.

Это никому не нужно, потому что государство не готово помогать всем инфицированным людям? Да, возможно, это не нужно государству. Но это нужно самим людям, которые, получи они своевременную информацию об инфекции, могли бы... не умирать! Или — мягче — избежать неожиданных трагедий, когда человек сгорает за полгода.

Постановка любимого вопроса нашего телевидения: “Что ты будешь делать, если в твоей крови обнаружили смертельно опасный вирус?” — говорит сама за себя. Для того чтобы глобально воздействовать на ситуацию, для улучшения перспективы в целом нужно задавать и другие вопросы: “Что делать, чтобы у тебя своевременно обнаружили вирус гепатита С, если он есть? И никогда потом не обнаружили — если тебе повезло и сейчас у тебя его нет?”

Речь не только о своевременной диагностике новых случаев, но и о выявлении огромного массива уже имеющихся, исподтишка подтачивающих здоровье тех миллионов людей среднего возраста, которые в отличие от групп риска являются опорой нации, ее надеждой.

В ЖИЗНИ ВСЕГДА ЕСТЬ МЕСТО МИССИИ

Когда от первого шока меня спас инстинкт журналиста, заставивший посмотреть на проблему в целом, я поняла, что нужно сделать, чтобы перестать чувствовать себя несчастной жертвой обстоятельств. Я могу помочь другим не стать такими жертвами.

Я приняла решение — после чего почувствовала себя значительно лучше. Оставила свою любимую работу и основала просветительскую гражданскую организацию для борьбы с нашим собственным невежеством и с бесконечной коммерциализацией всего, что имеет отношение к самому важному в нашей жизни — к здоровью. Есть множество прекрасных врачей, ученых, а главное — людей, пострадавших от той или иной болезни, умеющих с ней бороться, желающих поделиться своим опытом. Жду, что эти люди присоединятся к нам. Просветительский фонд “Здоровье нации” объявляет о начале своей деятельности.

...Затевая разговор о проблемах важной для здоровья россиян информации, о ее источниках и каналах, о ее достоверности и безопасности, я обращаюсь к людям, не желающим быть рабами судьбы или заложниками государства, к людям, которые могут быть кузнецами если не своего счастья, то уж своего здоровья точно.

Я давно не питаю иллюзий. Но это не значит, что я не имею принципов. Стране нужна реформа гражданского сознания? Пусть мой поступок будет одним из камешков в ее основании. Есть время разбрасывать камни. Есть время их собирать. И есть время из них что-то строить.


P.S. Для всех желающих высказать мнение, предложить содействие, посоветоваться, просто поговорить — мои координаты: (095) 102-83-31, e-mail: mail@synopsis.ru



Партнеры