В ожидании Cобчак

10 июня 2004 в 00:00, просмотров: 157

Фестиваль “Кинотавр” идет своим чередом. Жюри, естественно, прячется ото всех, особенно избегая светских вечеринок, — за этим присматривает сам Марк Рудинштейн. Все настолько устали от всевозможных столичных тусовок, что в Сочи решительно всему предпочитают пляж. На after-party фильма “Повелитель эфира” можно было застать только Галину Бокашевскую и Ксению Качалину — актрисы скооперировались и дружно закусывали грузинское вино пахлавой.


До глубокой ночи гуляла съемочная группа фильма “Парад планет” — режиссер Вадим Абдрашитов, сценарист Александр Миндадзе, актеры Алексей Жарков, Сергей Никоненко и Петр Зайченко, а также примкнувший к ним композитор Александр Журбин. Журбин пел, а самые смелые — Никоненко и Зайченко — танцевали. Актеры в изрядном подпитии, впрочем, не теряли стать и старались не уронить собственное достоинство в воды Черного моря. Поздние посетители восточного ресторана смотрели на гулянье с нескрываемой завистью. В отличие от прочих у народных артистов был серьезный повод: в этом году “Параду планет” исполнилось двадцать лет.

На теннисный турнир, закончившийся на днях, ждали главного теннисиста от кинематографистов — Никиту Михалкова. Но режиссер настолько увлечен собственным проектом “Утомленные солнцем-2”, что ему пришлось отказаться даже от любимого сочинского воздуха. Династия Михалковых откомандировала жену Никиты Сергеевича Татьяну, которая заседала в приморском кафе с бизнесменами и непременным бантом на голове.

Без иронии самым маргинальным событием фестиваля можно назвать показ фильма Александра Сорокина “Воры и проститутки” с Ксенией Собчак и Владимиром Стекловым в главных ролях. Монументальное трэш-кино про революционеров, генетиков, кубинцев и космонавтов внесло смятение в зрительские ряды, которые аккуратно пустели к концу фильма. До сцены секса, которую в скафандрах разыгрывают космический отшельник Ювеналий (Владимир Стеклов) и журналистка Марина Потаски (Ксения Собчак), досидели немногие. Но причина тому — холодный июньский вечер. “Кинотавр” с трепетом ожидал появления Ксении Собчак на Театральной площади, однако “стеснительная” дебютантка так и не решилась выехать из Москвы.

Почти неофициальным, но от того не менее важным событием Международного фестиваля стал показ анимационных работ Константина Бронзита “Крепкий орешек”, “На краю земли” и “Божество”. Три фильма, в общей сложности занимающие 15 минут экранного времени, получили около 100 премий на различных фестивалях мира. Сеанс состоялся в “пляжный час”, но те, кто забрел в зрительный зал, — не пожалели. Под конец Бронзит представил ролик своего первого полнометражного мультфильма “Алеша Попович и Тугарин Змей”, одну из главных ролей в котором, по слухам, должен озвучивать Максим Галкин.

Юморную драму о моряках-подводниках “72 метра” Владимира Хотиненко, собравшую в прокате $3 млн., называют главным претендентом на “Золотую розу” “Кинотавра”. После показа на “Кинотавре” корр. “МК” задал несколько вопросов режиссеру Владимиру Хотиненко:

— Зачем прокатному хиту “72 метра” участие в фестивале?

— Очень давно, когда картина еще не была готова, я пообещал ее Рудинштейну в конкурс. Немножко странная ситуация, согласен, картину уже все посмотрели, она может считаться более чем успешным проектом. Но обещания нужно сдерживать.

— Видел ли “72 метра” президент и знаете ли вы его реакцию?

— Понятия не имею, хотя это очень любопытно. Мы все помним трагедию “Курска” и реакцию властей. Мне была бы интересна реакция Путина, потому что события, связанные с “Курском”, его сильно ранили.

— Вы же не хотели, чтобы ваш фильм ассоциировали с “Курском”?

— Вначале я действительно этого боялся. Но когда мы закончили картину, я подумал, что это даже хорошо. Как психотерапия: нужно вернуться к чему-то, чтобы вылечиться. Например, это произошло с вдовами “Курска”. Я уже знаю реакцию вдовы командира подлодки. Честно признаюсь, я волновался дико. Меня, кстати, запугивали тем, что имя нашего командира — Гена, как и ее погибшего мужа, и уже это будет неприятно, она может позвонить президенту, и у картины будут проблемы. А она сказала, что вдовы на экране стали узнавать своих мужей, сыновей, подошла со словами благодарности.

— Как вы решили финансовую проблему по воссозданию подлодки?

— Мы прошли длинный путь: сначала изучили возможность съемок на настоящей подлодке. Наивно предполагали, что можно найти старую лодку и в ней снимать. Но в ней снимать совершенно невозможно, и если ее залить водой, то там будет сплошная солярка. При этом сама лодка начинена таким количеством приборов, приборчиков, кабелей — ужас! Чтобы ее восстановить, нужны очень большие деньги. Но мы придумали декорацию, в которую поверили даже моряки-подводники. Мало этого, оператор-постановщик Илья Демин освоил подводные съемки, подводное плавание — а это тоже потерянное искусство в нашей стране.

— На картине было много консультантов?

— Они были вокруг нас. Мы же снимали на базах — в Гаджиево, в Североморске, в Полярном.

— Как моряки относились к съемкам?

— Они боялись только одного — что мы начнем стебаться, а им и без того тяжело. Представьте: эти люди мечтали о море, а служат под водой, море видят изредка, живут в чудовищных условиях и тем не менее идут и служат. Они ни при каких обстоятельствах не позволяют своей мечте разбиться о быт.




Партнеры