“Летучий голландец” как Ленин

21 июня 2004 в 00:00, просмотров: 527

К концу сезона Большой театр приготовил свое решение проблемы (над которой без устали бьется человечество) бессмертия. Это очень страшно, уверяют реалисты российско-немецкой сборной, поставившей “Летучего голландца” Рихарда Вагнера. Страшную историю изложили в одном действии за два часа с небольшим.


“Это правда, что романтическую оперу Вагнера пересадили на велотренажеры?” — спрашивают меломаны и театралы. Правда, хотя первая из трех картин заставляет усомниться в репутации режиссера Петера Конвичного как мастера-новатора. Во всяком случае, в самой первой сцене задник явил подробности водной стихии: волны, пена, шторм и два натуральных трапа. На одном из них — человек-призрак, одетый на голландский манер: черный плащ, лента через плечо, шляпа с пером (Роберт Хэйл). Очень симпатичный, но очень несчастный — он проклят за грехи бессмертием и отсутствием могилы. Даже море не может стать ею для бедняги. Последняя надежда — девичья любовь и верность до гробовой доски. Короче, голландец просто как бессмертный Ленин — и это единственное сходство с вождем мирового пролетариата. Но его история печальнее, с полным набором романтической атрибутики: самопожертвование, клятвы, зловещий сон, любовь до гроба как антитеза алчности.

Итак, первая реалистическая часть, изложившая суть истории, переходит во вторую и, по задумке режиссера, как раз перенесена в фитнес-зал. Здесь главная героиня Сента (Анна-Катарина Бенке), та самая, что предназначена голландцу, наяривает с подругами на велотренажерах. Атмосферу света и радости, что несут цветные купальники и махровые полотенца, сопровождает жизнерадостный хор. Хор Большого театра в своем женском составе звучит замечательно.

Кажется, более неподходящего места для высокой трагедии сложно найти. И такое решение вызовет однозначный протест определенной части публики: зритель вряд ли сможет принять арии пылкого сердца и, главное, готовности к самопожертвованию, звучащие за стойкой бара с бутылками и пластиковыми стаканами. Но, как ни странно, возвышенная и светлая музыка Вагнера органично монтируется с фитнес-экзерсисами Конвичного, который скорее похож на химика, добивающегося путем синтеза неожиданного результата.

Результат не замедлил сказаться в финальном действии, решенном в духе полотен голландских мастеров. Изобилие золотого света разбавлено черным — как символ трагедии, не заставившей себя ждать: Сента бросается в море за человеком-призраком. Естественно, что отсутствие могилы приносит муки всем бессмертным — как литературно-вымышленным, так и политически-реальным.

Главные партии в “Летучем голландце” исполняют приглашенные знаменитости — Роберт Хэйл в роли голландца и Анна-Катарина Бенке в роли Сенты. Изумительным голосам мировых звезд вполне соответствует высокий уровень солистов Большого: Александра Науменко (Даланд), Максима Пастера (Рулевой), Евгении Сегенюк (Мари).






Партнеры