Мегахаус-Fest 2004: Cвежая кровь

23 июня 2004 в 00:00, просмотров: 303

За четыре дня до “Мегахаус-Festa” в Лужниках его главные действующие лица заняты, конечно, плотным репетированием подготовленных для него специальных программ и эксклюзивных сетов.

МАША МАКАРОВА

— главный comeback 2004-го — выйдет из безмолвия на сцене “Мегахаус-Festa”. Конечно, прежде сплюнуть надо трижды через левое плечо: Маша — девушка не то что непредсказуемая, она нынче — квинтэссенция всех известных панк-рок-альтернатив-див со всеми вытекающими (космичность Жанны Агузаровой и экспрессия Нины Хаген отдыхают). Тем не менее за четыре дня до “Мегахауса” Маша занята упорными репетициями концертной программы из пяти свежайших шок-рок-творений, главное из которых — “Х... войне!” — уже вышло ограниченным тиражом на каком-то сборнике. Но так и не было поддержано московскими радиостанциями, даже самые продвинутые из которых, облизываясь на актуальнейший мрачно-электронный фирменный саунд трэка (сварганенный какими-то моднючими прибалтийскими аранжировщиками), не смогли-таки пойти на скандальную “неформатность”. А вот “Мегахаус-Fest” на нее с радостью идет. Ибо, как сказала давеча Земфира, новая Маша Макарова — чуть ли не самое интересное, что появилось за последний период в нашей музыке.

Группа “Ума Турман”,

однозначный “свежий всплеск” нынешнего лета, полностью переместившись наконец в Москву из места зарождения — Нижнего Новгорода, раскочегаривается перед “Мегахаусом” на тусовках и вечеринках московского кинофестиваля. Русский бэнд с концептуальным названием был сразу же представлен прилетевшему гражданину суперVIPу Квентину Тарантино, коего, в контексте отношений с девушкой-звездой Умой, солист “Умы Турман” Вован разно-всячески склоняет в одноименной песне (“Тарантино — здоровенный детина, пьяная скотина” и т.д.). Песню эту автору “Килл Билла” спели на фестивальной церемонии открытия: товарисч долго поощрительно ржал над переводом. Тысячи зрителей “Мегахаус-Festa” в это воскресенье, видимо, тоже поржут и попляшут как под разудалый хит “Прасковья”, так и под остальной расхристанно-прикольный сет “Умы Турман”.

“Каста”

Народные рэперы готовят к “Мегахаусу” новую песню “Сестра” из записываемого к осени очередного альбома. Говорят, ценители высокой поэзии умоются благородными слезами: лирика “Касты” становится все отточенней и глубже, а хип-хоп-мэссиджи — все пронзительней и драматичней. “Сестра” — жесткая история про инцест, рассказанная высоким слогом, достойным аж поэзии Серебряного века. Ну — послушаем.

МАРА

заявила давеча в “Тотальном шоу MTV”, предваряющем “Мегахаус-Fest”, что намеревается преобразовывать русский рок посредством внедрения в него... секса. Всеми доступными, надо полагать, способами. Судя по тому, что девушка Мара выделывала на стриптизерском шесте в видеоролике “Холодным мужчинам”, — потенциал ее в этом секс-внедренческом смысле превеликий. Ну, поглядим-посмотрим. Как, стало быть, справится с задачей. Аккурат перед “Мегахаус-Festoм” дружественное нам “Радио Максимум” вот приняло в объятия Марину песню “Sex”, опять же... Все прям как-то возбудились-оживились...

КОРНЕЙ

за текущую неделю сверхскоростно преодолеет расстояние от первого выхода на публику (на “Максидроме” в Земфирином, разломившем “Олимпийский” пополам сете Корней, представленный рок-героиней, весьма неплохо исполнил свой “Воздух”) до почти сольного концерта в рамках “Мегахаус-Festa”. Корней — главная интрига прошлого года: все знали, что Земфира отрыла в недрах Интернета некоего самородка, переселила его из Донецка в Москву и стала всячески способствовать записи его дебютной пластинки. Пластинки тем не менее спустя год не последовало. Поскольку — перфекционисты. Что один, что другая. Доводить до совершенства — это образ жизни.

Земфира о Корнее:

— Мне очень приятно, что предоставился шанс дать возможность высказаться такому человеку, как Володя (Корней — псевдоним, производная от фамилии. — К.Д.).

— Его альбом, надо полагать, вы уже практически закончили?

— Альбом сделал он сам. Сразу оговариваюсь: я принимала в нем весьма косвенное участие. Изначально у меня с Корнеем была та же ситуация, что когда-то у Ильи Лагутенко со мной (Лагутенко помогал Земфире записывать первую пластинку, как известно. — К.Д.). Я тогда вставала на дыбы (при попытках чрезмерного вмешательства в процесс. — К.Д.), и Корней встал — и я послушно отошла в сторону. И решила: пусть он будет он, я буду я, ну и так далее.

— Но между вами случилось сильное человеческое взаимодействие и взаимовлияние?

— Мы как-то свыклись, спелись, притерлись друг к другу...

— Корней же четыре месяца ездил с тобой как басист группы “Zемфира”...

— Более того, я надеюсь, что он продолжит такое сотрудничество со мной и дальше. Меня, возможно, и подкупила в нем его многофункциональность. С одной стороны, я могу к нему апеллировать как к басисту группы, с которой я играю. С другой — могу с ним запросто разговаривать как сонграйтер с сонграйтером. С третьей — как певец с певцом. Я уверена, что этот парень заслуживает внимания, а купят его пластинки в огромных тиражах или нет — это вопрос следующий. Он очень хороший парень, музыкальный парень... Очень добрый. Пока не загноившийся, это очень важно.

На “Мегахаусе” Корней и покажет, на что он способен (включая большую часть предстоящей пластинки).

“ЗВЕРИ”

помимо специального концерта готовят на “Мегахаусе” широкомассовую премьеру (на огромном плазменном экране) новейшего видео “Южная ночь”, съемки которого закончились две недели назад в Одессе, а сейчас совершается скоростной ночной монтаж, дабы успеть к 27 июня. Собственно у группы невменяемо плотный гастрольный график (15 концертов в месяц), возвернется Рома Зверь в Первопрестольную аккурат к “Мегахаус-Festy”, и потому некоторые вопросы адресуем к “зверевому” продюсеру Александру Войтинскому.


— Ты же знаешь, что говорят про “Зверей”: примитивизм, по-любому — герои на один день, через полгода о них уже никто не вспомнит... По моему разумению, ваш примитивизм — это все же игра, это стайл такой, сознательное упрощение подхода... На самом-то деле вы не так просты, как кажетесь с виду?

— Знаешь, как бывает: ты пытаешься заговорить в незнакомой компании с человеком. Естественно — на своем уровне. А в ответ слышишь нечто, из чего делаешь вывод: надо сдвигать этот уровень, а то никакого коннекта не будет. И ты заговариваешь по-другому, и тогда тебя начинают-таки понимать. Вот какие-то рокеры, некие люди, принципиально верящие в свое предназначение и в свое творчество, встретившись с непониманием публики, предпринимают другой шаг — они не меняют язык, а говорят: ладно, не буду с вами общаться. И находят себе другую публику. Ах, ты не знаешь, что значит слово “дежа вю”? Извини, брат, но я с тобой разговаривать не буду. Ты мне не нужен, а нужен тот, кто в курсе, пусть таких и немного.

У нас же не такая условно-рокерская модель поведения. “Зверям” общение с большой аудиторией дороже. Надо разговаривать со всеми людьми, а не только с теми, кто знает умные слова и может расслышать гармонические ходы. Я как-то смотрел “Сталкер” Тарковского в Кинотеатре повторного фильма: девять десятых зала встало и ушло. Я же тогда сидел: еще был из тех, кто остается в зале в такой ситуации. Но если все выйдут — это ведь будет уже не кино, а лишь цветные пятна на растянутой простыне. К тому же “Звери”, конечно, стали заложниками теперь уже выбора радиостанций. Когда мы, допустим, с песнями “Игра в себя” или “Фабрика грез” обращаемся туда, слышим: стоп-стоп, это мы никогда крутить не будем. Давайте нам что-нибудь попроще... “Фабрика грез” ведь и музыкально, и текстово гораздо сложнее вещь, чем раскрученные песни. “Игра в себя” — вообще сложно-напряженная песня: про психологические проблемы взаимоотношений артиста с самим собой. Но “Русское радио” с “Европой плюс” — ни в какую: не будем крутить песни более сложного уровня, давайте нам “Южную ночь”...

— А забить на претензии попсовых радиостанций вы не пробовали?

— А как же мы можем выйти на большую аудиторию, если ограничиться только “Нашим радио”? Критика, конечно, поддерживает такую позицию: нельзя идти на поводу у публики...

— Конечно, публику все же надо пытаться вести за собой, играть с ней в свою игру! Ну да ладно. У “Мегахаус-Festa” в этом году слоган: “Свежая кровь”, люди, свежие в каких-то своих проявлениях. В чем “свежесть” “Зверей” на твой взгляд? Кто-то язвительно шутит про “Зверей” — дурная кровь...

— У “Зверей” кровь очень свежая, она — бурлит. Рома делает ведь все без оглядки на то, что ПОЛОЖЕНО, понимаешь. Ведь в роке — и на том же “Максидроме” это ясно было видно — все, за исключением хэдлайнеров уровня Земфиры, складывается в такую однообразную музыкальную жвачку. Но их, рокеров, за это не будут ругать, поскольку они выполняют условия, соблюдают законы этой самой рок-музыки. Правда, этого недостаточно, чтобы широкие массы этих рокеров любили, недостаточно, чтоб было людям интересно это слушать. Рома живет без оглядки на эти рок-каноны, он понимает, что делает неположенные для рок-жанра вещи. Понимает, что его могут обвинить, сказать, что он — попсовик, что — вообще дурак. Он прекрасно это осознает: делая что-то для большого числа людей, невозможно отмыться от попсоватости. Он осознает, что идет под удар, и для него это поступок. Ведь Рома пришел сюда, ощущая себя рокером, он играл в Таганроге песни весьма сложные, у него любимая группа: “Sonic Youth” — вообще черт ногу сломит, изысканный тяжелый английский рок. Он весь оттуда родом, и для него такая упрощенность слов и музыки, как в “Зверях”, — это поступок.

— Иными словами, Рома Зверь может и по-другому, но делает эдак.

— Может, конечно. Проще и спокойнее, кстати, говорить сложными словосочетаниями. Но надо ведь, чтоб каждый понял, о чем ты. Почему Пушкин остался в истории? Потому что он так сделал: вдруг во времена всяких там высокопарных херасковых перешел на разговорный язык. Почему Моцарт остался: простые, легкие, веселые, очень понятные мелодии вдруг стал писать — на фоне Сальери, который ведь очень красивую музыку делал, настоящую, как сейчас бы ее назвали критики. Настоящую рок-музыку. А Моцарт — дурость какую-то, попсу...

От канонов рок-музыки, кстати, “Мумий Тролль” тоже отошел чуток, но все равно остался по ту сторону (хотя к слову “рок” у него и добавилось “попс”). А Рома перешагнул, он уже с этой стороны. И, конечно, группа “Звери” испытывает большие проблемы из-за того, что она и не там, и не там. Свой среди чужих, чужой среди своих: для рокеров Рома попсовик, для попсовиков — рокер. Потому на попсовой церемонии “МузТВ” ему дают премию “Рок-группа года”, а у рокеров на премии “Поборол” (церемония рок-награждения “Нашего радио”) ему ничего никогда не дадут. Потому что он каноны не соблюдает. (Хотя на “Нашем радио” его и крутят, нуждаясь в рейтингах.)

Более сложные произведения группы “Звери”, не засвеченные в радиоэфирах, можно будет сполна услышать на специальном концерте в финале “Мегахаус-Festa” 27 июня.

ТРИ ГЕРОЯ МЕГА-FESTA

Кстати говоря, для тех (журналистов), кто не в силах дотерпеть до воскресенья, подкидываем эксклюзивную возможность увидеть и пообщаться с тремя героями “Мегахаус-Fest’a-2004: “Свежая кровь”.

Корней, группа “Ума Турман” и герой хит-парадов Рома Зверь предстанут пред ваши светлы очи на предфестивальной пресс-конференции 24 июня в 18.00 в клубе “Б-2”. Ну и там же услышите все концептуально-значимое от Капитолины Деловой и ее специального гостя.

Телефон для аккредитации: 8-901-750-14-64 (PR-агентство Вячеслава Петкуна).




Партнеры