Особенности национального “развода”

24 июня 2004 в 00:00, просмотров: 1558

— У вас, говорят, проблемы? — Вальяжный улыбчивый господин в дорогом костюме просто лучился сочувствием. — Слышал-слышал... Следственный комитет МВД — серьезная контора, там непростые ребята работают. А неприятностей от них сколько — мама дорогая!

Горький вздох. Сокрушенное покачивание головой. Мрачные картины ближайшего будущего: “маски-шоу”, выемки документов, испуганные лица клиентов. И все это — в солидном банке в центре столицы, оплоте “надежности, доверия и стабильности”.

— Вас “заказали”. Знаю. И не спрашивайте откуда. Вряд ли чего-то найдут, зато нервы потреплют. Да еще на всю страну ославят. Авторитет, имидж — все к черту, — ухмыльнулся дорогой господин. — Впрочем, все еще можно исправить. Вы знаете, как меня найти...


Солидный господин занимал солидную должность: начальник службы безопасности крупного банка. Отсюда — знакомства, информированность, знание проблемы. И — огромное желание помочь. По специальному прейскуранту, естественно. Проблемы с налоговой — одна цена. Товарищи из ФСБ интересуются — другая. Цена вопроса — от пяти до ста тысяч долларов, и вашего уголовного дела не найдут даже в архиве. Юрий Молчанов, обвиняемый в мошенничестве в особо крупных размерах, решал проблемы любого уровня. Любой сложности. На любой стадии.

— Помочь-то можно — если, конечно, знаешь, как и через кого нужно действовать, — и тут г-н Молчанов многозначительно замолкал. Все понимали правильно: уж Юрий Афанасьич знает, ЧТО и ЧЕРЕЗ КОГО нужно решать.

Впрочем, проблемы можно было и не решать — с риском для жизни. И неважно, кто не хотел “идти на поклон” к могущественному “главе охраны” — банкир, опытнейший муровец или “важняк” Генпрокуратуры. Рано или поздно их находили мертвыми.

Богатые тоже плачут

Преступления в банковской сфере уже давно во всем мире занимают первые места. И даже самый большой срок — 1620 лет — получил управляющий одного из банков ЮАР за финансовые мошенничества.

Фальшивые “авизовки”, “левые” счета, взлом сетей с последующим уводом средств и т.д. — способов десятки, если не сотни. Впрочем, при всем богатстве выбора “вводные” остаются неизменными. Хочешь прокрутить серьезную аферу — найди компаньона в банке. Хочешь украсть миллион — устройся на солидную должность сам.

Кто самый близкий товарищ банкира? Главный бухгалтер и начальник службы безопасности. Второй даже ближе. Он проверяет на благонадежность контрагентов банка, “пробивает” клиентов, обеспечивает возврат кредитов, охрану, разбирается” с “наездами” товарищей из правоохранительных органов. У нас все решают даже не деньги — связи. И при приеме на работу, особенно на должность главного “охранника” крупного финансового учреждения, последние имеют особую ценность.

Обычно такие истории не попадают в газеты. Любому — тем более банкиру, ворочающему миллионами, — трудно признаться, что его, будто последнего лоха, обвели вокруг пальца. Особенно если это делал человек, которого знаешь как облупленного и которому доверяешь годами. Но... Богатым тоже хочется верить, что их любят не только из-за денег. Им тоже нужно кому-то доверять.



...И с Путиным лично знаком

Главное — уметь кидать понты. Конечно, не всякий на них поведется, но если действовать с умом да не нахрапом — рано или поздно, но сработает. Г-н Молчанов мог бы по киданию понтов открыть собственный мастер-класс.

Конечно, сам из “бывших” (жаль, что не из Питера). И вообще: вся верхушка ФСБ — друзья по Высшей школе КГБ. (Уж этот пунктик новые компаньоны-товарищи должны знать обязательно!)

Конечно, родину защищал, награжден (без комментариев, хотя ордена-медали показывать совсем не обязательно).

А если еще намекнуть, что Дрезден чуть ли не дом родной, да с Путиным по службе пересекался...

— Служил в ЗГВ (Западная группа войск. — Е.М.), в Дрездене частенько бывал — по служебным надобностям. Я тогда полковником был. С Путиным? Ах, да, знаком — по тем временам, конечно, — любил рассказывать Юрий Молчанов. — На самом деле я больше времени в Берлине проводил. А однажды был личным переводчиком у Раисы Максимовны — во время визита Горбачева в Германию. Мы ездили в Дрезденскую галерею — это был частный визит, о нем не сообщалось в прессе...

В рассказах всего должно быть понемножку.

Тут — правду сказал. (Юрий Афанасьевич действительно окончил Высшую школу КГБ, факультет военной контрразведки.)

Тут — малость приукрасил действительность. (В ЗГВ дослужился до капитана и был переведен в Ставрополь, откуда уволен с формулировкой “Неполное служебное соответствие”. Устроился в МВД, во вневедомственную охрану, — и через год снова остался без работы.)

Главное, как учила героиня Ирины Муравьевой в известном фильме, делать это уверенно.

— Прежде всего он очень хороший психолог, — отмечают все знакомые Молчанова. — С виду такой большой, добродушный, располагающий к себе...

Своего первого банкира Юрий Афанасьевич охмурял больше года.

— Я часто ездил в Германию в командировки, в те же места, где служил Молчанов, и примерно в те же сроки. Дрезден, Карл-Маркс-Штадт... И все время нас опекали товарищи из органов. На этой теме мы и сошлись, — рассказывает Александр А., председатель правления банка. — Он периодически мне звонил — так, поболтать. А потом у нас с одной сделкой начались большие проблемы. Ни с того ни с сего — одна проверка за другой, выемки документов, а за каждый день просрочки — огромные штрафы. Молчанов неожиданно для нас оказался в курсе этой ситуации. Помогал чем мог, говорил, что подключит все свои связи...

Трудности сближают. Плевая сделка обернулась долгами, после чего банкир уяснил твердо: с товарищами из правоохранительных органов нужно дружить. И назначил Молчанова начальником службы безопасности.



О друзьях-товарищах

Как-то банкиры выехали на пикник — с женами, детьми, гувернантками. Хоть торжество и семейное, начальник службы безопасности, естественно, тоже там был. Место выбрали проверенное, чтобы никаких посторонних. Шашлыки, гулянка, смех. И вдруг — визг тормозов, бритые затылки и “калаши”.

— Есть проблема. Надо перетереть. Срочно! — И “переговорщик” выразительно кивнул на “пушку”.

— Я разберусь, — бросил через плечо Молчанов и отошел с незваными гостями в лесок.

Через несколько минут на полянке снова царила тишина и безмятежность: братки убрались восвояси. “Что это было?!” — падали в обморок банкирские жены. “А-а, это мои ребята”, — запросто объяснил всем Молчанов.

“Демонстрация силы” удалась на все сто. Начальник службы безопасности — серьезный человек. У него связи не только в правоохранительных органах, но и в криминальных структурах. Собственно, мини-спектакль и был для этого задуман.

— Потом к нам в офис стали приходить какие-то подозрительные личности. И все прямиком направлялись к Молчанову, — рассказывают сотрудники банка. — “Это Анзор (из грузинской ОПГ. — Е.М.), а это Аслан — “чех” (из чеченской ОПГ. — Е.М.), — между делом бросал он нам. Под конец мы уже начали беспокоиться за клиентов: такие лица могли испугать кого угодно...

Еще об одном друге Молчанова, дни и ночи проводившем у него в кабинете, вся страна узнала из криминальной сводки. “Внимание, розыск!” — сказал ведущий. И следом на весь экран появилось фото Сергея Смирнова. Оказалось, “лучший друг” находится в федеральном розыске за двойное убийство. “Наверное, вспылил парень”, — лишь пожал плечами Юрий Афанасьевич, узнав о случившемся.

Бывший спецназовец, прошедший Чечню, в июле 2000 года у всех на глазах зарезал двух молодых людей: Смирнову не понравилось, как они с ним разговаривали. Одному из парней после нескольких тяжелейших операций удалось выжить. Личность подозреваемого установили быстро, но найти его так и не удалось. Эту историю рассказали по ТВ. А через пару недель после эфира бармен узнал в одном из посетителей преступника “из телевизора”. Смирнов не отпирался, а сразу достал нож и набросился на бармена. Шесть ножевых ранений — парню вырезали полкишечника.

Смирнов до сих пор в розыске — правда, теперь он Пименов (достал левые документы). По оперативным данным, Смирнов-Пименов сколотил славянскую группировку из таких же бывших: в его бригаде — сплошь “чеченцы” и обладатели краповых беретов. Смирновских “спецназовцев” подозревают в совершении ряда заказных убийств в банковской сфере.



За долю малую, сиротскую...

Большие деньги — большие проблемы плюс куча желающих хоть что-то урвать. Сначала “проблемы” обходились недорого: пять тысяч долларов, десять... В офис частенько заглядывали товарищи из органов. С ними общался Молчанов.

Кто за кредитом приходил — и при официальной копеечной зарплате получал практически любые суммы, оформляя их на кого-то из родственников или знакомых. Достаточно было лишь слова Юрия Афанасьевича: “Он нам может пригодиться”.

Кто работал за процент — как выяснилось позже, “своих” Молчанов не сильно-то баловал: в лучшем случае им доставалось 10 процентов от озвучиваемых банкирам сумм.

Остальные деньги вкладывались в дело — точнее, в стройку. Юрий Афанасьевич потихоньку от всех прикупил землицу в Малаховке и отгрохал там домину. За миллион долларов.

Постепенно “проблемы” подорожали — теперь их решение стоило от 50 до 100 тысяч баксов.

— Трудно сказать, когда Молчанов сам их придумывал, а когда они на самом деле реально существовали. В любой банк приходит до 30 различных запросов в месяц, и практически все они — от правоохранительных органов, — говорит следователь ГСУ ГУВД г. Москвы Сергей Завгородний, ведущий дело Молчанова. — Расследуется уголовное дело против кого-то из клиентов, и срочно требуется вся финансовая документация, подтверждающая чистоту сделки. Или контрагент банка подозревается в незаконном отмывании денег через офшоры — причин может быть много. Хотя в нашем случае действительно многие “запросы” были сделаны, как говорится, от балды, например: письмо из ГУВД или ФСНП (налоговой полиции. — Е.М.), конкретный товарищ настоятельно просит предоставить те или иные данные. А их разглашение по закону можно делать только по требованию прокурора. И таких “нестыковочек” — масса. Но эти тонкости не всякий юрист знает.

Главное — в них отлично разбирался Молчанов со товарищи в погонах.

В принципе посредником в “переговорах” может выступить кто угодно, но чаще, конечно, в этой роли бывают адвокаты. Те говорят сразу: я работаю “пятьдесят на пятьдесят” со следователем или опером — в зависимости от ситуации. А тот, под кого берутся деньги, о том, что он “в доле”, ни сном ни духом. (Последнее относится не к “оборотням”, которые, как ни странно, еще остались. — Е.М.)

Кто заказывает “проблему” — тот ее и решает. Впрочем, к этому выводу банкиры пришли не скоро.



“Всем лежать!” Это ограбление?

Первые сомнения появились 14 апреля 2001 года. Сразу в трех отделениях банка прошли обыски. “Маски-шоу”, “всем лежать!” — все как в кино. “Бойцами” оказались сотрудники ОБЭП Юго-Западного округа. Предъявили постановление: выдать документы, которые, как выяснилось позже, к их банку имели весьма опосредованное отношение. Не беда: забрали другие, а вместе с ними прихватили из кассы... 300 тысяч долларов.

Проверкой данного факта занимались УСБ ГУВД г. Москвы и МУР. Муровец Руслан Таджбенов отправился в ОБЭП за разъяснениями. Разговаривали долго — в итоге борцы с экономическими преступлениями 150 тысяч вернули.

— Что вы наделали?! — распереживался Молчанов. — Теперь проблем точно не избежать! Ну ладно, попытаюсь уладить — остальные 150 штук все же придется им оставить...

“Странно как-то ведет себя ваш начальник службы безопасности. Сначала появляется подозрительное постановление, а он никак не реагирует. Потом предлагает расстаться с такой суммой...” — в банковском кругу озвучил свои мысли Руслан. А через несколько дней нашли его машину, залитую кровью. Тело одного из опытнейших оперативников МУРа не найдено до сих пор.

Одному из замов председателя банка, Пономареву, частота возникающих “проблем” и суммы “траншей” на их “решение” тоже казались подозрительными. Как-то вечером он выпил вместе с Молчановым. Потом уехал домой. А через несколько часов засомневавшегося банкира нашли в лифте убитым. Дело — “висяк”.

Запросы продолжались. Молчанову верили, к тому же он все решал. Банкиры нехотя, но раскошеливались.

А через год “пришла в гости” налоговая полиция.

— Ой, неспроста они пожаловали, — снова забеспокоился Молчанов. — Конкуренты “заказали” масштабную проверку. Информация точная. Впрочем, за 150 тысяч (долларов. — Е.М.) я все улажу...

Предъявленная бумажка даже на первый взгляд не внушала доверия. Потребовались документы в очень большом объеме, затрагивающие бизнес банка и его клиентов. Все они не относились к компетенции налоговой полиции, к тому же противоречили Закону РФ “О банках и банковской деятельности”.

— Мы подали на силовиков в суд, и он признал их действия незаконными, — рассказывают участники процесса. — Молчанова чуть удар не хватил. “Вы допустили непоправимую ошибку! Теперь у вас будут очень серьезные проблемы. И это будет стоить очень больших денег!” — кричал он.



“Важняк” без компромиссов

Следователя Валерия Николаева в Генпрокуратуре называли “важняком без компромиссов”. Это прозвище приклеилось к нему после “дела Гусинского”: Валерий Николаев возглавлял тогда группу следователей, работавших по “Русскому видео” и группе “Мост”. Он же задержал и через три дня отпустил опального телемагната. Валерий Дмитриевич пользовался непререкаемым авторитетом. Все знали, что взяток он не берет, живет на генеральские 15 тысяч рублей вместе с женой-инвалидом 1-й группы и сыном-сердечником, инвалидом с детства. Николаев был одним из первых, кто занимался “делом Молчанова”. И он тоже недавно умер.

А началось все, как обычно, с постановления. На этот раз банком заинтересовались в Следственном комитете МВД РФ. В рамках расследования уголовного дела по другому, недавно обанкроченному банку, который подозревался в отмывании крупных сумм через офшоры.

— Это ужасно! — снова кричал Молчанов. — Нам пытаются пришить финансирование террористических организаций — якобы они через нас отмывались. Пятьдесят штук сразу, потом, возможно, потребуется еще, — уже не мелочился информированный шеф охраны.

На этот раз денег ему не дали: не поверили ни слову. А зря — проблемы действительно начались. В Следственный комитет всех теперь тягали чуть ли не каждый день. Самое удивительное, что на описываемый период у банка ВООБЩЕ не было никаких отношений с обанкроченным собратом.

Наконец подозрения переросли в уверенность — и соответствующее заявление подали в Генпрокуратуру; его рассмотрение поручили Николаеву. Молчанов и сотрудники Следственного комитета МВД РФ из отдела по расследованию тяжких и особо тяжких преступлений о коррупции и в сфере экономики работают вместе — к такому выводу пришел бескомпромиссный “важняк”. После его проверки в июле 2003 года один из следаков — Инджиев — был уволен. Против остальных Николаев потребовал от ГУСБ МВД и Генпрокуратуры возбудить уголовные дела.

Скандал замяли на самом верху. Материалы спустили в прокуратуру ЦАО г. Москвы, где в возбуждении уголовного дела отказали. Сор из избы решили не выносить. А в середине мая 2004-го Валерий Дмитриевич внезапно умер. Его нашли в чужой квартире, полураздетым. Окно нараспашку, трупного запаха нет, хотя он пролежал уже четверо суток. Николаев и раньше жаловался на сердце, а недавно лежал в больнице. Его смерть не показалась подозрительной. Впрочем, когда-то так “работали” солнцевские: открытое окошко, незаметный укольчик, и человек умирает “естественной смертью”...



И “бизнес под ключ”

Последнее дело, порученное Молчанову, тянуло на миллион долларов. Он контролировал покупку одного объекта в Ставропольском крае. “Контролировал” как надо — в результате он оказался оформленным на его родного сына. Сделку по суду признали ничтожной. К этому времени “объект” уже висел в интернет-магазине, в разделе “Бизнес под ключ”.

Молчанова вежливо, но настойчиво “попросили”. “Не будет меня — не будет и банка!” — пообещал разгневанный Юрий Афанасьевич.

— И начался кошмар, — рассказывает один из банкиров. — Домой, на работу, на дачу звонили какие-то люди и постоянно угрожали. Мы прятали жен, детей... Все эти анзоры, асланы — мы понимали, что это не шутки. “Чехи” на вас наезжают, — сообщил нам Молчанов. — 200 тысяч баксов, и все прекратится”. Мы заплатили — жизнь-то дороже...

Юрий Афанасьевич между тем обзавелся собственным делом: открыл небольшую ювелирную фабрику по выпуску эксклюзивных золотых изделий. А заодно и салон — туда, к вальяжному и улыбчивому господину, приходили богатые люди за какой-нибудь необычной дорогостоящей вещицей.

Впрочем, у самих банкиров и их клиентов проблем меньше не стало. И никто уже не сомневался, откуда ветер дует.

— Дайте мне часть банка или два с половиной миллиона долларов. И закроем этот вопрос, — озвучил свое желание наш скромный герой.

Потом Молчанов пообещал “решить вопрос” другому банку. Снова фигурировал Следственный комитет МВД, сумма — 500 тысяч долларов. И хотя обещанные проблемы были тут же организованы, номер не прошел: на Молчанова написали заяву. Сейчас он арестован и дает показания.

Как выяснилось недавно, Молчанов жил по поддельным документам (прописан он в закрытом городке Наро-Фоминск-11, в несуществующем доме — в том же, где и “авторитет” Тайванчик, близко знакомый с солнцевскими).

Друзья в банковской сфере нужны всем. А судя по общительности и информированности Юрия Афанасьевича, у него в “друзьях” чуть ли не половина московской милиции ходила...







Партнеры