Cанаторы дикого рынка

5 июля 2004 в 00:00, просмотров: 284

Специалистов по антикризисному управлению часто называют санаторами. Это слово точно выражает сущность их работы — оздоровление бизнеса. Санаторы избавляют рынок от “умирающих” фирм и компаний. Или, как выразился персонаж популярного телесериала про ментов: “Не волки, а санитары леса”.

Полиглоты Полиглотовичи

Деятельность санаторов можно определить и словом “реанимация”. Ведь главное для них не ликвидировать предприятие как таковое (хотя именно этим им чаще всего и приходится заниматься), а попытаться реанимировать производство, вернуть его к жизни, разобраться с многочисленными обязательствами, сделать хотя бы минимально рентабельным... Чтобы инвесторы, вложившие в фирму или компанию немалые деньги, получили прибыль, а государство — законные налоги. В крайнем случае назначенные управляющие (“антикризисники”) должны подготовить остатки имущества к продаже, чтобы кредиторам досталось хоть что-нибудь...

Антикризисное управление нельзя сводить только к банкротству. Это более широкое понятие, включающее в себя финансовый анализ деятельности предприятия и прогноз его модернизации, возможность восстановления и реструктуризации производства, очистки от долгов и прочее. Сюда же входит разработка оптимального менеджмента, стратегия маркетинга и другие важные аспекты развития конкретного бизнеса. Специалист-“реаниматор” должен обладать самыми широкими познаниями — в экономике, бухгалтерии, управлении, налогообложении, психологии, праве... Ему необходим опыт практической деятельности: санатор — это не теоретик, а практик. Он получает знания не столько в аудитории или библиотеке вуза, сколько на “полях сражений”, разбираясь с проблемами фирм и компаний. К сожалению, реальность российского рынка такова, что отечественным “реаниматорам” чаще всего приходится сталкиваться с процедурой банкротства. В 1992 году в стране был принят закон о банкротстве, после чего возникла острая потребность в антикризисных управляющих.

Банкрот бизнесмену не товарищ

Причины банкротства различны. К примеру, интернет-компании, созданные на волне бума, переоценили потребность рынка в средствах связи и интернет-услугах, а потому столкнулись с перепроизводством и прогорели. Вместительные многотысячные кинотеатры, построенные в советские годы, стали убыточными после того, как появились мультиплексы, объединяющие несколько кинозалов. А производители стали пострадали от международной конкуренции и допинговой политики некоторых стран. Банкротство ряда известных компаний произошло из-за ошибок в кредитной политике: набрали в долг больше, чем смогли инвестировать в рентабельные проекты, а потом не справились с выплатой процентов.

Массовые разорения случаются по государственным и форс-мажорным обстоятельствам, которые нельзя предсказать: война, стихийные бедствия. Так, рекордным по банкротствам стал в России 1998 год — знаменитый августовский дефолт. Тогда разорились десятки тысяч фирм и фирмочек, пострадали миллионы людей. Иногда предприятия объявляют о самобанкротстве — это проверенное средство избавиться от кредиторов и обременительных контрактов. Интересно, что нечто подобное было широко распространено в России в середине XIX века: московские купцы частенько объявляли себя банкротами, переписав предварительно все имущество на доверенных лиц. Кредиторам оставалось лишь кусать локти от досады... Такого обманщика — Самсона Большова — иронически вывел в комедии “Банкрут” (“Свои люди — сочтемся”) русский драматург Александр Островский. Но Самсон Силыч просчитался: доверенный приказчик Подхалюзин, завладев имуществом хозяина, женился на его дочке и сам стал распоряжаться богатством. А Большова посадили в долговую яму...

Бойцы санаторного фронта

Антикризисный управляющий помимо профессиональных знаний должен обладать твердым характером, ведь многие банкротства в России делаются “по заказу”: одни фирмы таким образом поглощают другие. Известны случаи, когда “проглатываются” десятки предприятий. В Москве, например, некая известная компания специализируется на банкротствах магазинов, оставшихся с советских времен: сначала доводит их до разорения, а потом “съедает” и превращает в свои торгово-офисные центры. И ничего нельзя сделать — все по закону... Поэтому реаниматор, вставший на пути такой фирмы-хищника, подвергается серьезному риску. Ведь, как писал еще Карл Маркс, нет такого преступления в мире, на которое не пошел бы капитал ради трехсот процентов прибыли. А в России на кону часто стоят куда большие доходы...

На Западе имущественные споры решаются цивилизованно, в суде, у нас же сплошь и рядом они переходят в боевые действия: в ход идет захват зданий и помещений, “черный” пиар, “заказные” статьи в прессе и т.д. Назначенный по решению специальной комиссии внешний управляющий сталкивается с недовольством работников, скрытым (или явным) противодействием конкурентов, напряженностью в отношениях с чиновниками, лоббирующими интересы “своих” компаний... Реаниматор, помимо готовности рисковать головой, должен обладать и железными нервами, чтобы не сломаться, не поддаться давлению. И еще лидерскими качествами — умением сплотить вокруг себя команду, способную выработать и реализовать программу восстановления предприятия. Требуются также дипломатические способности, ведь приходится иметь дело и вести переговоры с разными людьми, далеко не всегда настроенными благожелательно...

Как потопаешь — так и полопаешь

Самые успешные санаторы бизнеса называются кризис-менеджерами. Их приглашают разгребать авгиевы конюшни наиболее крупных компаний. Это спецы высшего класса, и зарплата у них такая же, как у ведущих топ-менеджеров иностранных фирм, — несколько тысяч долларов в месяц (иногда — процент от прибыли спасенного предприятия или часть его акций). Доход “спасателя” напрямую зависит от успешности работы — он выплачивается за счет имущества фирмы-банкрота. Начинающий санатор, разумеется, может рассчитывать только на скромные 400—500 баксов в месяц. Зато есть перспектива профессионального роста и дальнейшего финансового благополучия.

Учатся будущие бизнес-реаниматоры обычно на экономфаках академий и факультетах управления университетов. Учебная программа близка к традиционному курсу экономики и менеджмента, но есть, конечно, и свои специфические дисциплины. Конкурс на специальность антикризисное управление большой — не менее 8—10 человек на место, зато потом не возникает проблем с трудоустройством. При нашем диком рынке и постоянной угрозе банкротства работы санаторам хватит еще как минимум лет на пятнадцать—двадцать...




Партнеры