Они были первыми

6 июля 2004 в 00:00, просмотров: 387

В то время, пока на Ленинском проспекте в Центре исследований и разработок ЮКОС нововыпущенные магистры “в воздух чепчики бросали”, пока они рисовали себе радужные перспективы и были полны оптимизма в готовности “поработать на Родину”, в главном здании ЮКОСа проходили очередные обыски.

Вообще ситуация напоминает циничный анекдот советских времен, когда “страна выполнила пятилетку в четыре... генсека”. В том анекдоте диктор ЦТ Игорь Кириллов с его роскошным голосом открывал программу “Время” фразой: “Уважаемые товарищи! Вы будете смеяться, но нас опять постигла тяжелая утрата...”

Одного “рыбного” дня в неделю прокуратуре показалось мало. Борьба с нефтяной компанией стала их ежедневным подвигом. Они обыскивали нефтяников в пятницу. Ушли, не высказав никаких претензий. Чтобы вернуться в субботу в сопровождении и под защитой ладных хлопцев из ОМОНа. Наверное, думали, что пустующий в выходные офис будет сопротивляться всеми форточками и лифтами, каждой ступенькой своих лестничных пролетов.

Ладные хлопцы организовали оцепление здания, никого не впуская и никого не выпуская. Наверное, чтобы пресечь попытки бегства выбросившихся с верхних этажей офиса компьютеров. Потому что, кроме охраны и оборудования, в главном здании компании никого и ничего не было.

И что интересно, прокурорских товарищей интересовали именно те вопросы, что и днем раньше. В рамках уголовного дела, возбужденного против “дочки” ЮКОСа — компании “Самаранефтегаз”.

Итоги шестичасового шмона не слишком впечатляют. Изъяты жесткие диски в приемных и у ряда руководителей компании, опечатаны сейфы. Копии протоколов изъятия оставлены на охране. В описи изъятых документов масса бумаг, которые к “проштрафившейся дочке” не имеют никакого отношения: служебная переписка, штатное расписание некоторых подразделений компании. Почему-то были изъяты материалы последнего годового собрания акционеров НК ЮКОС. Особую пикантность этому обстоятельству добавляет тот факт, что все материалы годового собрания абсолютно открыты. Перспективы Геращенко, назначенного на этом собрании председателем совета директоров, получить хотя бы одну зарплату становятся все более и более туманными.

Так же, собственно, как и перспективы самой отрасли и ее научного потенциала. Тем молодым людям, что надели шапочки магистров, повезло. Не только в том, что два года назад ЮКОС выбрал именно их для обучения. Но и в том, что это было два года назад. Нет никаких сомнений, что, получив два сертификата — российский и международный (причем второй от такого авторитетного учебного заведения, как Французский университет нефти), — они на обочине жизни не останутся. Если что-то плохое случится с компанией, которая смогла дать им все возможности по максимуму, их быстро найдут гонцы из западных компаний, во всяком случае, у многих уже сейчас есть приглашения. Да и сами ученые научного центра ЮКОСа, не так давно разорвавшие свои зарубежные контракты и вернувшиеся на родину, снова засобирают чемоданы.

Будут ли другие таланты, кто займется их взращиванием — это вопрос. Кому это надо в нашей нынешней России: думать на годы вперед, если сегодня в передней на всякий случай у каждого второго бизнесмена уже стоит “тревожный чемоданчик”. С которым раньше отправлялись в разные командировки, а теперь готовятся в одну на всех.

Повезло не только этим ребятам. Повезло в свое время Михайле Ломоносову, что сумел за свое обучение заплатить рыбой. Собственно говоря, с того обоза из-под Холмогор и началась история российской науки. Сейчас же рыба не в ходу. И правительственные новации, что приведут к практически поголовному обучению на платной основе, на натуральную оплату тоже не рассчитаны. Пожалуйте, суйте в кассу ваши у.е. И высшее образование — у вас в кармане. Правда, сколько с такого диплома толку — непонятно. Во всяком случае, в серьезных компаниях, когда берут молодых спецов, не устают интересоваться, на каком отделении учился кандидат: на платном или для умных.

Что такое эти самые загадочные у.е., осмелюсь заметить, в поселке Бохан (в переводе — Шаман-гора) до сих пор представляют с трудом. В Самаре, Новокуйбышевске и других населенных пунктах, откуда ЮКОС набрал талантливую молодежь, хоть и представляют, но больше по телевизору, чем в руках.

Так что скоро нам уже не надо будет обсуждать, как бороться с проблемой “утечки мозгов” на Запад. По причине отсутствия того, чему утекать. Старые помрут, а новых — не прибавится. Кто ж тебя задаром, да еще и на свои деньги отправит стажироваться в тот же Стоктон? Кто тебе заплатит за работу над водородным двигателем? Дураков (с привычной нам точки зрения) нет. В смысле были, но именно сейчас активно кончаются.

Им тут намедни (извиняюсь за неудобное для власти слово) чуть ли не прямым текстом был выставлен ультиматум о безоговорочной капитуляции. Налоговики еще за один год насчитали тоже почти 100 миллиардов рублей недоимок.

Прямо “джентльмены удачи” какие-то: “Ты туда не ходи. Ты сюда ходи. Снег башка попадет — совсем мертвый будешь!”

А еще два года государевы слуги, видимо, держат в резерве. Чтобы довести сумму недоимок до ситуации, когда легче плюнуть и растереть, чем доказать, что ты не верблюд. И когда сумма недоплаченных налогов превысит всю выручку компании.

В Евангелии — честно скажу: не помню в каком месте, — сказано, что “последние станут первыми”. Увы, по христианским заветам жизнь у нас явно не получается. Вся эта “опупея” с ЮКОСом, особенно в нынешней, ее финальной части, словно бы вопиет: первые станут последними. И это в равной степени касается и перспектив новых магистров, и самой компании. И, к сожалению, всех нас. И правильно. Что вы нас Евангелием, когда у нас главная доминанта по жизни: не высовываться — авось пронесет. Весь исторический опыт подтвердил правоту нашей доминанты.

Или забыли, в какой стране живем?

Интересная была страна, многообещающая. А получилось как в песне: “Обещала, так и не исполнила”.




Партнеры