Красота дороже правды

9 июля 2004 в 00:00, просмотров: 474

Когда пишущие журналисты берут интервью, они заранее знают — минимум половина успеха зависит от собеседника. Отношения фотографа и модели — еще более сложные. Тут уже не подправишь пару фраз и не ответишь сам на собственные вопросы. В фотографии с первого взгляда видно — есть результат или нет. И часто непонятно, чей вклад решающий.


Работа фотомодели стала престижной и прибыльной в последние лет 15—20. До этого даже легендарная Твигги (женщина-подросток, с которой начались все мини-юбки мира) не могла рассчитывать на успех Евангелисты или Кэмпбелл. Да что там говорить — моделей никто не знал по фамилиям. Они участвовали в показах и съемках только под именами: “Сабрина в костюме от Валентино в Риме” или “Диана у Лувра” и т.д. и т.п. Пойди разберись через пару лет, кто эта Диана, а кто Сабрина и где их найти?

Появление суперзвезд было неизбежно по экономическим соображениям. Индустрия моды и производство предметов роскоши с 60-х годов развивалось так стремительно, что реклама и продвижение нового образа жизни и соответствующих ему товаров просто потребовали “собственных” мегазвезд. Если раньше можно было обойтись специально приглашенными из кино гостями типа Одри Хепберн, то теперь должны были появиться супердивы, накрепко связанные именно с модой и рекламой. Причем их популярность должна была быть такой, чтобы за ними охотились папарацци, чтобы их снимки на пляже вызывали интерес у изрядно разбогатевших обывателей, а похождения занимали верхние строчки в светской хронике.

Объективные потребности индустрии привели к созданию новой профессии. А то, что фотомодель — отдельная профессия, знает каждый, кто видел модные сессии. Опытная модель умеет “отработать” на камеру: поставить взгляд; не замереть в требуемой позе, а продолжать двигаться под щелчки фотоаппаратов, не выходя из общих требований постановки. Она должна чувствовать себя естественно в самых немыслимых позах и одеждах или совсем без оных. Что интересно, кроме Жаклин Руссо, никто из суперзвезд не смог сделать карьеру в кино. И наоборот. Это лишний раз доказывает, что кино и фото — два разных занятия.

Но профессиональные навыки моделей никак не уменьшают роли фотографов. Особенно это понятно, когда рассматриваешь работы отечественных творцов, снимающих для наших глянцевых журналов. Большинство из них, как школьники, пытаются повторить нечто, увиденное у американцев и европейцев. Именно поэтому все наши издания для мужчин можно смело предлагать в качестве социальной поддержки для пенсионеров — они развлекут, но не нарушат покоя.

Настоящее же мастерство заключается не в том, чтобы правильно выставить свет. Оно в том, чтобы вызвать мощную ответную реакцию. Как правило, сексуальную. Затравленный городской мужчина должен хоть на мгновение почувствовать себя самцом. Без этого все бессмысленно. И тут любой фотограф вынужден обращаться прежде всего к собственному подсознанию. Ведь если фото не будет дергать его, то оно не затронет никого.

И в погоне за результатом звезды — фотографы и модели — готовы идти не просто на эксперименты, а на провокации. Легендарный Херб Ритц в 89-м году собрал не менее легендарных Стефани, Синди, Кристи, Наоми в Голливуде в какой-то камере местного полицейского участка. Он посадил обнаженных красавиц на грязный деревянный пол, и по замыслу автора они сыграли испуг и ожидание. Увидев столько звезд в таком виде в обыкновенном “обезьяннике”, миллионы мужчин клюнули на картинку. К каким бы садомазокомплексам ни апеллировал Ритц, провокация удалась.

Патрик Демарчелир, чью фотографию мы публикуем в “Фотоальбоме”, заставил голую длинноногую девушку, держась руками за ветку, висеть на дереве, как кошка. Кажется абсолютно бессмысленным. Но результат есть — фотография цепляет, ее хочется купить.

Фотографам-репортерам с моделями приходится тяжелее. Собственно, по условиям жанра они вообще не могут пользоваться услугами профессионалов. Положившись на чутье, они должны выделить “перспективный объект” и вести его, надеясь, что удача улыбнется. Конечно, очень часто за “естественную подсмотренную ситуацию” пытаются выдать инсценировки, иногда сделанные совершенно мастерски. Практически каждый газетный фотограф имеет на своем счету подобные работы. Но сейчас речь не об этом.

Милдред Татушек имела собственный приемчик. На всех мероприятиях, которые приходилось освещать, она отслеживала присутствующих детей, надеясь, что они что-нибудь да отчебучат. В 1954 году она оказалась на очередной свадьбе и сразу сделала ставку на одну малолетнюю пару. Четырехлетний мальчик должен был нести шлейф платья за невестой. А рядом с ним шла трехлетняя девочка с букетом цветов. Когда невеста после церемонии решила поцеловать своего пажа, маленькая женщина, и без того, наверное, обиженная, что не она на этом вечере главная героиня, взревновала не на шутку. Она так смотрела на изменившего ей мальчишку, как ни одна жена не смотрит на загулявшего мужа. Просто возраст мешал ей скрыть собственные эмоции.

А Татушек была тут как тут. Она сделала кадр-шедевр, который был опубликован в “Лайфе” в 54-м году и до сих пор вызывает восторг. Ее прием не подвел, и непрофессиональные модели сыграли так, как не смогли бы сыграть никакие профессионалы.

У Малколма Брауна ситуация сложилась по-иному. Он был приглашен на заранее объявленную смерть. Буддийский монах Куан Дак 11 июня 1963 года решил публично сжечь себя в знак протеста против преследования буддистов в Южном Вьетнаме. (Наверное, он не мог себе представить, что в коммунистическом Вьетнаме буддистов почти совсем не останется.) На место самосожжения пришли его братья-монахи, среди которых было много детей. И журналисты, которые должны были это запечатлеть.

Куан Дак вел себя как великая фотомодель. Деловито достав из машины канистру с бензином и облив себя, он сел и абсолютно спокойно поджег оранжевую накидку. Уже став факелом и наверняка испытывая нечеловеческую боль, он не вскочил. Пока лицо монаха не загорелось, оно оставалось сосредоточенным и спокойным.

Имея такую модель, фотографу “Ассошиэйтед пресс” было нетрудно сделать работу, вызывающую сильные эмоции. Правда, несмотря на то что Куан Дак был стопроцентно не хуже какой-нибудь Клаудии Шиффер, у Брауна не было шансов повторить коммерческий успех Ритца. Ведь одним из условий подобного успеха должно быть то, что все происходит понарошку. Ведь согласитесь, реально заперли бы фотомоделей в камере — снимок был бы не таким красивым и вызывал бы у публики не сладкое томление под ложечкой, а возмущение, желание что-то изменить, что-то исправить. А за такие эмоции по-настоящему больших денег не платят.




Партнеры