Нежная укротительница

2 августа 2004 в 00:00, просмотров: 399

Она не любит женщин, это сразу видно. Но работает исключительно с ними. Ирония судьбы. Главный тренер сборной России по синхронному плаванию — Татьяна Покровская. Иногда — резкая. Когда нужно — дипломатичная. Но всегда — откровенная. Она может позволить себе яркий имидж и раскованный стиль. Как Тарасова — в фигурном катании, как Винер — в художественной гимнастике. Такие женщины — “штучный товар”. Тот редкий случай, когда имя тренера ученики затмить не могут. Даже самые звездные.

Она не любит женщин, зато умеет с ними работать. Не зря же родилась с мужским характером. И все-таки одна слабость у этой железной леди есть, но об этом позже...

“Я КОМАНДОВАЛА ДАЖЕ ТРЕНЕРАМИ”

По телефону она была сурова. Ну, точно, думаю, убьет за опоздание. Водитель гнал как мог, а указатель на Раменское, где сейчас проходит последний предолимпийский сбор российской сборной по синхронному плаванию, упорно не появлялся. Наконец приехали. Тренировка заканчивалась. Прогоняли короткую программу — в стиле русского фольклора. Покровская буйствовала: видела каждый недочет! А я-то думала, один Карполь такую шоковую терапию применяет. Как рыкнет иной раз на своих барышень — аж барабанные перепонки звенят. В общем, девчонкам досталось. А меня, на первый раз, пощадили. И даже покормили вместе с командой: супчик, второе, красная икра... К счастью, после обеда буря утихла. Татьяна Николаевна подобрела, и мы решили прогуляться по скверику близ стадиона “Сатурн”. Там же находится и бассейн, который давно облюбовали наши синхронницы. Они всегда живут в Раменском накануне Игр. И даже на выходные их домой не отпускают.

— Суровый вы начальник, Татьяна Николаевна! Когда, если не секрет, поняли, что профессия тренера — ваше призвание?

— Я поняла, что хочу командовать, наверное, уже года в три, — признается Покровская.

— Ваш отец был генералом?

— Полковником. А для военных часто устраивали настоящие балы — с длинными платьями, с вальсами... И родители брали меня с собой. Ой, ну как же мне все это нравилось! Я готова была танцевать с утра до вечера. И как только мы переехали в Магнитогорск, сразу самостоятельно нашла балетную школу и секцию художественной гимнастики. Я тогда считала, что художественная гимнастика — это когда сначала занимаешься обычной гимнастикой, а потом рисуешь. Потому и художественная. Меня такое сочетание сразу привлекло. Ну, в общем, прошла везде отбор и стала заниматься.

— И всюду командовали подружками?

— Хуже: тренерами. Особенно по гимнастике. Там была такая милая женщина, но слишком мягкая. Я из нее веревки вила. Я указывала ей, что делать и как меня учить. Потом, конечно, жалела об этом. Думаю, она намного больше могла бы дать мне, если бы я не мешала. Но против моего характера она ничего сделать не смогла. Я ведь всегда была солисткой. Одной из лучших. И конечно, она мне все прощала и ни в чем отказать не могла. То ли дело балет! Вот там мне спуску не давали. Я это понимала и считалась.

— Вот если бы вы занимались у Ирины Александровны Винер...

— Она бы точно меня обломала!

— И вы бы об этом не пожалели?

— А с чего жалеть? Обломать — это же не значит уничтожить как личность. Ту же Кабаеву возьмите: ее разве задавили? Ничего подобного. Наоборот — в таком противостоянии характер только закаляется.

— Но ведь есть ранимые и гордые по натуре люди, которые органически не выносят, когда на них кричат. Они не только не закаляются от этого — у них вообще всякое желание работать пропадает.

— Бывают такие, знаю. Но почему-то именно они больше всего провоцируют на крик. И даже прекрасно зная, как им это неприятно, все равно на них кричишь. Сама не знаю, как это объяснить.



ОСТЫВШАЯ ДУЭЛЬ

— Обидно, что на последнем чемпионате Европы в Мадриде Оля Брусникина не выступала в “соло”. Зрители такого наслаждения лишились — посмотреть ее “дуэль” с Вирджинией Дидье...

— Вирджиния — актриса, что уж говорить. У нее каждый элемент — произведение искусства. Но Брусникина всегда выигрывала у нее.

— Думаете, сейчас бы тоже выиграла? Такое ощущение, что после того, как Оля ушла, Дидье как будто по-новому раскрылась и стала для конкурентов недосягаема.

— Совершенно недосягаема. Но я не согласна, что отсутствие главной соперницы пошло ей на пользу. Конкуренция всегда подстегивает. Знаете, борьба между этими девушками была настолько острой — они по-своему боялись друг друга. Даже Ольга, хотя она такая сильная. А уж Вирджиния — та вообще с ума от волнения сходила... Уверена: Оля бы снова выиграла у Вирджинии. У нее техническая база существенно сильнее. А артистизма и грации ни в коем случае не меньше. Но почему-то она не захотела выступать — это уже ее решение, и тут я давить была не вправе.

— Как жаль, что в олимпийской программе нет “соло”, хотя многие смеются: мол, плавание-то синхронное, какое же тут может быть “соло”?.. Но как много теряют зрители — и как это несправедливо по отношению к Дидье и к нашей Наталии Ищенко, которая в Мадриде выступила фантастически!

— Тем более что Вирджиния — из тех, кто способен выступать только в “соло”. Она солистка по натуре — и ни с кем в дуэте быть не может. Она не умеет подстраиваться, каждое ее движение полно индивидуальности... Вообще, “соло” однажды включали в олимпийскую программу. Но потом его заменили на группу, потом на дуэты. И только в Сиднее наконец выбили и дуэты, и группу.



ИРОНИЯ СУДЬБЫ

— Парадокс, что вы стали главным тренером именно по синхронному плаванию: вы ведь сами никогда этим видом спорта не занимались?

— Да, так сложилась жизнь.

— Выходит, тренер — отдельное призвание. И каким ты был до этого спортсменом — значения не имеет?

— В синхронном плавании — да. Про другие виды спорта говорить не буду. В гимнастике бы так не получилось. И в свое время мне пришлось из нее уйти. И тогда мой муж — он работает в Федерации плавания — привел меня в бассейн. Сначала — только в качестве художественного руководителя. Должность на пятнадцатых ролях... Конечно, это было не для меня. Я могу быть только главной.

— А как же муж: им вы тоже любите командовать?

— Мужа я, конечно, задавила. Впрочем, семья у нас хорошая: за долгие годы нашли подход друг к другу. Я ведь Близнецы — двойной знак. То — тигрица, страшно подойти. Но бываю ведь и совсем другой: нежной, ласковой, мягкой — лепи из меня что хочешь, как из пластилина...

— А как же вы все-таки стали главным тренером?

— Постепенно. Все ступеньки в команде прошла, прежде чем возглавить сборную СССР. А после развала Союза вынуждена была уехать и вернулась только в 1997-м, после Олимпиады в Атланте, — когда мне предложили стать главным тренером сборной России. У нас теперь замечательная команда: с “соло” и дуэтами работает Татьяна Данченко, в группе — Елена Грызунова.

— Не понравилось за границей работать?

— Нет, не понравилось. Вы знаете, сколько замечательных русских девочек, таких, как Ольга Седакова, работают сейчас с командами других стран. Получается, за счет нашей школы мировой уровень синхронного плавания поднимается! Но, как бы хорошо к нам ни относились там, мы все равно там — чужие и никогда национальными героями не будем. Я с 1993 года работала за границей. После Олимпиады в Барселоне меня пригласили на Мальорку. Прилетела туда и увидела, что местная команда никуда не годится. Думаю: ну вот, сейчас все возьму в свои руки! Разогнала, в общем, всю эту Мальорку... А толку-то?! Никому это было не нужно. Надо же: жила в раю и совершенно этого не чувствовала. Скучно было: без азарта, без отдачи... Потому и улетела в Рио-де-Жанейро — тренировать сборную Бразилии. Девочки там хорошие, трудолюбивые. Но шансов выбиться в элиту у них не было никаких. Все учились и тренироваться толком они не успевали. А был и второй момент. Только начнешь программу отрабатывать — а в Рио очередной карнавал! И на неделю все бассейны закрыты.

— А кому мешают открытые бассейны?

— Не знаю, так положено. Праздник у них!

— Теперь понятно, почему у вас олимпийская программа — на мотив бразильского карнавала...

— Это вообще-то эксклюзивный мотив. Муж моей дочки сам музыку записывал с серьезными профессионалами — специально для нашей команды. Он ведь бразилец.

— Ваш зять так любит синхронное плавание?

— Он очень любит свою тещу. А вообще Пауло — сам из шоу-бизнеса. — (Одна моя подруга сказала, что он третий по популярности певец в Бразилии. — Е.Ш.)



ШОУ НЕ ДЛЯ ХРУПКИХ

— Многие поверить не могут, что в синхронном плавании бывают травмы...

— А что вы удивляетесь: контактный вид спорта. Чем ближе девочки друг к другу— тем выше оценки. Но стоит сбиться с ритма — сразу кого-то зацепляешь. Вы посмотрите, у девчонок же все ноги в синяках! А бедной Брусникиной вообще мизинец сломали...

Врач команды Ирина Родионова:

— И все-таки мы с Ольгой ни одного дня не пропустили. Хитро вышли из положения — отрезали кусочек обыкновенного шланга и надели на пальчик.

— Больно Ольге, наверно, было?

— Очень больно. А что делать?..



СЛИЯНИЕ ДВУХ ПОКОЛЕНИЙ

— Как вы отреагировали, когда Брусникина и Киселева решили вернуться?

— Скажу честно: не все радовались их возвращению. Много было возмущений.

— Возмущений?..

— А как же! Многие считали, что Маша с Олей пришли на их места. Но я не могла лишить девочек права на честную конкуренцию. И сразу сказала: пусть недовольные сами доказывают, что они лучше. А ведь не смогли же выиграть: Брусникина с Киселевой оказались сильнее.

— Надо же: после двухлетнего перерыва!

— Воля у них, конечно, редкая. Настоящие профессионалы. Уважаю. А вспомните, как Лена Азарова возвращалась — после трех лет перерыва! До последнего боролась, чтобы попасть в состав олимпийской команды...

— Вас лично задел конфликт вокруг дуэтов — как писали, “борьба молодости и опыта”?

— Скандал абсолютно раздутый. После Олимпиады в Сиднее, когда все лидеры ушли, мне пришлось все начинать с нуля. Я была в шоке от новых девочек, они были в шоке от меня. Ничего. Быстро притерлись...

— Представляю, как вы их построили. С первой же минуты: “Равняйсь — смир-р-р-рно!”

— А по-другому нельзя...

— Но как вам все-таки удалось до такой степени поднять команду — сделать ее лучшей в мире, даже вопреки судейским интригам?

— Судейство сейчас действительно ниже всякой критики: никакой системы, все на уровне “нравится — не нравится”. Я еще понимаю, если речь — об артистичности. Но когда и технику так оценивают!

— Однако нашу команду засудить не смогли... Слишком высокий уровень — за счет чего?

— Секрет один: ДРЕССУРА.

— Точно, в вашем имидже есть что-то от укротительницы! Сколько часов в день вы тренируетесь?

— Девять. Семь часов на воде и два в зале: растяжка, хореография... (“Вот бы нашим футболистам так!” — невольно подумалось. — Е.Ш.)

— Мне показалось, вы не делаете поблажек даже для звезд. Удивительно, что они так стойко выдерживают критику, не ропщут...

— Что вы! Порой мы так сталкиваемся — искры летят. Я ведь тоже с характером женщина...

— Это чувствуется!

— ...А иногда такие обиды у нас бывают! По нескольку дней не разговариваем. Я в таких случаях сама жутко переживаю, потому что отходчивая. Потом подойду, обниму: “Ты прости меня!” Девчонки сразу: “Да ладно, Татьяна Николаевна, что мы, не понимаем?” А бывает: проходит много лет, и спортсменки, с которыми мы много ссорились, заканчивают, уезжают далеко, а потом звонят, говорят, что любят меня. Одна девушка недавно призналась: “Если бы не Покровская, ничего бы из меня не вышло, потому что я ленивая, а она даже мертвого тренироваться заставит...”



СЛАБОСТЬ ПОКРОВСКОЙ

Маленький секрет: есть у команды малютка-талисман — йоркшир Данька. Татьяна Николаевна привезла его аж из Рио-де-Жанейро. Теперь он на каждой тренировке девчонок подбадривает. А если недоволен чем-то — рычит. И сразу ясно становится, кто в доме хозяин.

— Татьяна Николаевна, часто вы Даньку с собой берете?

— Хотелось бы, но это так сложно. Его же вечно предлагают сдать в багаж. Можно себе представить, что бы от этой крохи осталось по возвращении...

А Даниил улыбается, прямо как человек, того и гляди заговорит. Вот кого Покровская обожает без оглядки и кому позволяет все на свете. Вот для кого она всегда нежная, мягкая, почти ручная...





    Партнеры