Нары для министра спорта

7 августа 2004 в 00:00, просмотров: 147

Слезы поражения, пот на искаженных от напряжения лицах, объятия победителей, толпы болельщиков и победные фанфары — все это мы видим на экранах. А что осталось за кадром Олимпиад?


Лев ЛЕЩЕНКО:

— Я ездил в составе группы поддержки российской делегации с 1976 года. Приходилось жить в разных условиях, например, в Монреале нас поселили в школе. Прямо в классах расстелили какие-то матрацы. Я спал у доски, Хазанов в ногах — у входа, а в голове спал трехкратный олимпийский чемпион Медведь.

Во время Олимпиады в США в 80-м году нас разместили... в колонии для малолетних. Ее только отстроили, но еще не “заселили”. Камеры были с кондиционерами, очень приличные и комфортабельные. Там же устроили наших хоккеистов, там же жил министр спорта СССР Сергей Павлов. Мы шутили, что после Олимпиады надо на дверях одной из камер повесить табличку: “Здесь сидел министр спорта СССР Павлов”.

Кстати, на Олимпиаде в Монреале случилось ЧП. Наш чемпион Олимпийских игр, прыгун в воду Немцанов, влюбился в канадскую девочку, спортсменку. И остался в Канаде. Это был нонсенс! Скандал! Когда мы улетели, осталась группа людей, сотрудники КГБ, которым было приказано вернуть мальчика любыми способами. Через три дня спортсмен вернулся в СССР. Знаете, как они это сделали? Через два дня после того, как канадцы объявили о намерении русского остаться, девочка пропала. Наш прыгун не мог ей позвонить, связаться с ней. Ему некуда было деваться, вот он и пришел в советское посольство, где его уже ждали. Парня элементарно обработали и забрали домой. Мы думали, его ждут репрессии, но сверху сказали: “Парня не трогать, он же вернулся, пускай выступает дальше”. Он даже выступал на чемпионате Европы в Алма-Ате, но больше за границу его не выпускали. Я не знаю, что с ним сейчас.


Владимир ВИНОКУР:

— Был еще уникальный случай с нашим пятиборцем. На Олимпиаде в США наш спортсмен в свою рапиру вмонтировал устройство, которое при нажатии зажигало лампочку. Вообще-то лампочка должна зажигаться только от соприкосновения с противником. Побеждает тот фехтовальщик, у которого больше уколов-зажиганий.

Наш Кулибин, даже не прикасаясь к противнику, зажигал эту лампочку нажатием руки. Пару раз трюк прошел, а потом один из соперников возмутился, стал кричать, что никакого укола не было. Он поднял скандал и потребовал проверить аппаратуру противника. Вскрыли рукоятку рапиры, а там — вмонтированное электронное приспособление. Русского спортсмена с позором выгнали с Олимпиады, а так как он был еще и капитаном, то все иностранные газеты писали потом в рейтингах “самых-самых”: “Самый несчастный капитан Олимпиады”.


Нина ЕРЕМИНА:

— На Олимпиаде в Мюнхене (1972 год) нам пришлось молчать про жуткий захват террористами заложников (бандиты захватили тогда израильскую команду. Восьмерых расстреляли сразу, а четверых потом).

Все страны тогда передавали репортажи в прямом эфире. Немцы даже показали, как террористы взорвали заложников. А мы приезжали на место трагедии и делали вид, что тоже передаем, “снимали” выключенной камерой. Это было страшно. Безумно. Там был перерыв на день, объявили траур. Мы с нашим корреспондентом Толей Малявиным тайно пошли в деревню, где это все происходило. Я мечтала поскорее уехать домой...



Партнеры