Она ка-а-ак прыгнет!

10 августа 2004 в 00:00, просмотров: 219

Чемпионка мира в тройном прыжке и прыжке в длину обречена. Стоило три года назад Тане Лебедевой появиться на чемпионате мира с разноцветной головой, как все последующие годы ее преследует вопрос: “А что у нас будет эксклюзивного с волосами на следующем старте? Опять триколор или что-то совсем из ряда вон?” Таня и не знает: что говорить? С одной стороны, не в ее характере поступать предсказуемо. А с другой — совсем не в ее характере разочаровывать и не оправдывать ожиданий…


Тогда, перед Эдмонтоном, Таня, вернее, ее подруга, покрасила волосы, что называется, “от балды”. Фантазия мастера воплотилась в цвета национального флага. Случайно это произошло или специально, кажется, теперь не уверена и сама Таня. Но никого в своем патриотизме разубеждать не стала. Тем более что действительно патриотка. Почему бы и не триколор? В конце концов, эпатаж — это искусство, а выдумать нынче на голове что-то действительно запоминающееся не так просто, как кажется.

“Для эпатажа надо, чтобы внутри что-то взорвалось”. Тогда был как раз такой случай. Перед Эдмонтоном Татьяна внутренне бушевала. Еще не утихли страсти после олимпийского Сиднея, куда Лебедева ехала с лучшим результатом сезона в мире, а получила “серебро”. Еще был страх, что прилепится к ней это второе место намертво — не оторвешь. Еще не было и по-настоящему громких и красивых побед. Зато были здоровый выпендреж и бесстрашный вызов. Этот вызов на грани шока для окружающих — визитная карточка чемпионки мира.

Помните, как она первый раз заявила о себе как о прыгунье в длину? На московском турнире спустя пару недель после того, как стала чемпионкой мира в своем коронном “тройном”. Решила, что, раз “тройного” в Москве не будет в программе, она должна прыгать простым, потому что упустить такую возможность и не выступить перед отечественным зрителем в “Лужниках” не имеет права. И призовой фонд привлекал своими размерами. И после победы в Париже Татьяна была на таком гребне успеха, что море по колено казалось. По скромности свалила тогда всю вину за принятое решение на менеджера: он, мол, так решил, а я просто подчинилась.

— А что? Я подумала — нормально. Все, что надо, я в этом сезоне уже сделала: после рождения дочки в спорт вернулась, победы свои тоже вернула, чемпионкой мира стала в Париже… И что мне теперь может помешать? Прыгну-ка я в Москве в свое удовольствие. И сезон красиво закончу, и совсем с чистой совестью отдыхать улечу. Туда, где тепло. А в Москве-то, помните, какая холодрыга была? И — ничего. Я много тренируюсь в холодную погоду. Нельзя же себе тепличные условия создавать, надо быть готовой ко всему. Я Олимпиаду в Сиднее забыть не могу — дождь ее противный, в такую погоду прыгать — хуже некуда…

Да, тогда в Сиднее, еще до того, как хлынул дождь, болгарка Маринова в первой же попытке улетела на 15 метров 20 см. И судьба золотой медали была решена. Хотя Таня, несмотря на погоду, боролась до последнего.

— Я могла выиграть, могла. В пятой попытке прыгнула уже на 15 метров. А в шестой собиралась выложиться по полной… Хотела только послушать наш гимн для вдохновения — в этот момент Сережу Клюгина награждали. А меня организаторы погнали — скорее, скорее! Не разрешили попытку сделать уже после награждения. А какой настрой вот так — на полуноге? А вообще, если честно, я люблю прыгать, когда все вокруг ноют: “Ой, дождь, ой, холодно!”. На этом чужом нытье энергии прибавляется.

Этот эмоциональный вампиризм Лебедевой действительно помогает. Ей все время и всем вокруг хочется что-то доказать, что-то преодолеть. Иначе — скучно жить, невозможно просто. Когда в общем-то случайно решила прыгать в длину, не зная еще, что буквально через несколько месяцев на чемпионате мира в закрытых помещениях станет дважды чемпионкой мира — и в тройном, и в длину, — посыл для эксперимента был еще и такой: “Надо нервы и себе помотать, и соперницам”. Звучало весьма кровожадно, но кто сказал, что соперниц во время боя надо холить и лелеять?

Вообще, мне кажется, что за появление в нашей сборной чемпионки мира по прыжкам в длину (пока еще только зимней) Татьяны Лебедевой руководство сборной должно скинуться на подарок летней чемпионке мира француженке Юнис Барбер. Эта самая темнокожая малинововолосая Барбер — сначала выиграла в Париже семиборье, а потом абсолютно бесцеремонно в последней попытке отобрала “золото” у нашей Татьяны Котовой в длине. Не тогда ли, когда наблюдала за Юнис, на сей раз в скромно выкрашенную, особенно по французским меркам, Танину голову пришла эта мысль: “пуркуа па?” — “а почему бы и нет?”

Заодно подсуетилась и давняя мечта — страх как хотелось пробежать по стадиону с флагом в руках. Не то чтобы Лебедева этого никогда не делала, наоборот, все знают, как лучится Таня счастьем после удачи, как без устали она раскланивается перед зрителем. Но это все где-то там, за рубежом. А чтобы в России, с российским флагом… В Москве это действительно произошло впервые, и после пробежки Таня резюмирует: “У нас зрителя на легкую атлетику надо пока еще заманивать. Песнями, плясками, чем угодно. Но делать это надо. И побеждать у них на глазах тоже надо, не где-то там, в телевизоре, а вживую, чтобы энтузиазм воспитывать…”

Сама Лебедева не умеет делать что-то без энтузиазма. Всегда очень энергичная, она даже с журналистами разговаривает с такой скоростью, будто боится чего-то не досказать, не успеть. И нисколько не скрывает того, что цели ее в спорте — самые высокие, а другие ей не нужны.

— Я должна выигрывать. Иначе все зря и вообще не стоит этим заниматься. Я должна знать, что соперницы меня боятся. Не потому что я такая злобная, а потому что без спорта, без движения не смогу — уже проверяла, пока беременная ходила, после родов…

Когда на десятый день после родов, аккуратно поставив коляску со спящей Настей около беговой дорожки на стадионе, Татьяна начала свою первую тренировку, то даже тренер не знал, что она задумала. А задумала молодая мамаша ни много ни мало — менее чем через полгода принять участие в зимнем чемпионате мира! Когда изволила сообщить об этом тренеру, даже не пытающемуся влезать в ее самостоятельный процесс занятий, он в кратких выражениях признал ее сумасшедшей.

Вообще-то ничего выдающегося в том, что спустя десять дней после родов спортсменка столь высокого уровня начинает тренироваться, не было. Роды прошли быстро, чувствовала Таня себя хорошо, даже во время беременности тайком от мужа попрыгивала легонько, поэтому вновь возникал любимый вопрос: “Почему бы и нет?”. Но вот то, что она абсолютно четко поставила перед собой высокую цель — сначала зимний чемпионат мира, потом летний — и просто неудержимо поперла к этой цели в свойственной ей безумной работоспособности, это заставляло с тренером молча согласиться: сумасшедшая. И еще добавить: просто экстремистка какая-то.

Через год после родов Лебедева выиграла чемпионат мира в Париже. Выиграла так, как умеет — напористо, мускулисто, устрашающе разбегаясь перед прыжком и рассылая воздушные поцелуйчики после приземления. Через полтора года, на зимнем чемпионате мира, стала двойной чемпионкой мира — и в “тройном”, и в длину.

Несколько дней назад в Туле на чемпионате России по легкой атлетике Татьяна вновь прыгала в “обычную” длину. С “тройным” было все ясно — это ее основная специализация, на Олимпиаде она прыгает им без вопросов, а вот в длину Лебедева решила отбираться на чемпионате на общих основаниях. Отобралась так, что показала лучший результат сезона в мире — 7 метров 33 см. Кажется, это тот случай, когда аппетит приходит во время еды.

До Олимпиады в Афинах — уже даже не дни, часы. Таня продолжает нагуливать аппетит. Она хорошо знает уже, что это такое — Олимпийские игры. Знает, что глупая случайность, лишние слова, вытянувшие лишние эмоции, случайно протраченный нерв могут прихлопнуть мечту, как назойливого, но тщедушного комара. Оно конечно — у Лебедевой в Афинах будет две попытки “озолотить” себя и сборную России. Но ее амбиции не удовлетворятся половиной. Раз две попытки — значит, должно быть и две медали высшей пробы. У них — спортивных вампиров и экстремистов — так, и только так.



    Партнеры